, 4 мин. на чтение

Дом недели: Главное здание Московского университета, чуть не ставшее гостиницей

, 4 мин. на чтение
Дом недели: Главное здание Московского университета, чуть не ставшее гостиницей

Затея с Дворцом Советов, как известно, провалилась, и высшая точка совершенства обернулась впадиной бассейна «Москва». Идея небоскребостроения, однако, не покинула воспламененные государственные умы, и на улицах послевоенной столицы сомкнулось кольцо наделенных теми же чертами высотных зданий.

Самой высокой высоткой из «семи сестер» стало Главное здание МГУ: 240 метров, 36 этажей.

На пути поиска архитектурной идентичности московские высотки, быть может, лучшие находки профессионального цеха. Тем не менее, при довольно внушительном списке исследований этих уникальных объектов, до сих пор не было издания о высотке номер один, конкретно об устройстве, конструкции, интерьерах и фасадах этой городской доминанты. Исправили недоработку сами же резиденты МГУ им. М. В. Ломоносова. Автор текста не историк, не архитектор (и не собиравшийся ими прикидываться) — Роман Янковский, преподаватель юридического факультета. Он возглавил проект, собрал уникальный блок графических и фотоматериалов и, главное, нашел финансирование. Более 500 студентов, выпускников и сотрудников МГУ скинулись и вложили собственные средства в дело без всяких гарантий. Книга — настоящий памятник университетской солидарности — только что увидела свет.

Комплекс зданий на Ленинских горах должен был строить Борис Иофан, пребывающий в зените славы зодчий, победитель конкурса на проект Дворца Советов. Но его отстранили из-за упорного отказа передвинуть строительство здания с самой бровки склона с его ненадежными грунтами вглубь парка. Кстати, до революции эта выгодная точка была в распоряжении модного ресторана Крынкина. Великолепный вид на столицу влек состоятельную публику в этот тихий малолюдный пригород.

Жирный заказ университетской высотки достался Льву Рудневу, архитектору менее признанному, но не возражавшему подвинуть будущий объект. Согласно первоначальной программе 1947 года, строиться должна была 32-этажная гостиница с квартирами в боковых корпусах. Но ютящийся на Моховой улице и остро нуждающийся в помещениях университет выказал прыть. Академик Александр Несмеянов через химика Юрия Жданова, будущего зятя Сталина, получил аудиенцию у вождя и договорился о передаче будущей высотки МГУ, а заодно получил и кресло ректора.

Здание сохраняло заявленную этажность, предоставляя студентам общежитие в пешей доступности, однако разместить имеющееся количество факультетов в одном высотном объеме возможности не было. Решили сосредоточить максимум учебных помещений в отдельных низких корпусах, композиционно связав их с Главным зданием, или «Домом студента», как оно официально называлось.

Барельеф на Главном здании МГУ

В башне оставались «нетребовательные» геологический, механико-математический и географический факультеты вместе с ректоратом и актовым залом, на тот момент, кстати, по размеру третьим после зала Большого театра и зала заседаний Верховного Совета в Кремле. Оставшееся гигантское пространство отдали как раз под общежитие — первый советский кампус. К слову, экраном для всех впечатляющих световых шоу, что проецируются теперь на фасад университета, становятся окна комнат, где проживают студенты и аспиранты.

В пятиэтажном барабане под сияющим на солнце шпилем аудитории все равно нормально не разместились бы, да и лифты не обеспечили бы в необходимом для подъема масс людей количестве. Счастливым решением проблемы стал музей землеведения, по иронии судьбы вознесшийся над землей на двести с лишним метров.

Под самым шпилем находится круглый зал — ротонда, прекрасная в своей бесполезности, хотя и приспособленная под музей университета.

Музей университета под шпилем Главного здания МГУ

Опыт проектирования небоскребов ограничивался в СССР пока лишь нереализованным Дворцом Советов. Индустриализация строительства так же пребывала в зачаточном состоянии. Крупноблочные дома оставались разовыми экспериментами. Большинство зданий строилось по старинке: из кирпича выкладывали стены, пустоты заполнялись мусором вперемешку с раствором.

Скульптура «Юноша с книгой» возле входа в Главное здание МГУ

В МГУ применили каркас, сетку из вертикальных стоек и горизонтальных балок. «Ползучие» краны устанавливали на само здание, цепляя к каркасу. На строительстве Главного здания под вооруженной охраной работали заключенные, отобранные из первых осужденных на небольшой срок. На 22-м этаже находился лагерный пункт, где они и жили. Бежать арестанты не пытались, знали, что после сдачи объекта их амнистируют. Так и вышло.

Скульптура «Девушка с книгой» возле входа в Главное здание МГУ

Для доставки тяжелых грузов прямо к будущему парадному входу подвели железнодорожное полотно (потом разобрали).

Для работ на высоте приходилось проявлять изобретательность. При монтаже шпиля разобрали по частям большой кран. Потом 50-метровую конструкцию шпиля весом 12 тонн собрали внутри каркаса, облицевали, прикрепили звезду и медленно вытянули наверх лебедками.

Завершение шпиля Главного здания МГУ

Столь же прихотлива была технология отливки и установки циклопических фигур «Рабочего» и «Колхозницы» на высоте 120 метров (27-й этаж) скульптора Михаила Бабурина.

Глиняные модели в натуральную величину изнутри оклеили плитками литого камня, подняли краном на готовый арматурный каркас и внутрь подали бетон. Когда бетон затвердел, формы разбили.

Отливка форм с глиняных моделей «Рабочего» и «Колхозницы». Скульптор М. Ф. Бабурин

Кресла в актовом зале обивали бархатом, сам Дейнека создавал галерею мозаичных портретов ученых для фриза, монументальные люстры осветили анфилады парадных помещений вуза, отделанных наборным камнем, драгоценным массивом древесины, мрамором и бронзой. В крайних секциях, четырех башенках К.Л.И.М., планировалось поселить профессуру, у которых государство, соответственно, изымало их старое жилье.

Интерьеры квартир профессоров в корпусах К.Л.И.М.

Квартиры проектировались по тем временам роскошные — с паркетным полом, метлахской плиткой, обоями линкруст, индивидуальным мусоропроводом на кухне и комнатой для горничной. На первом этаже предусматривалось место для хранения велосипедов, а на крыше — солярий.

Вход в зрительный зал клуба

От закладки храма науки прошло шесть лет вместо намеченных четырех. Строители не торопились крепить бронзовые буквы с названием университета над входом: говорили, что высотку номер один собираются символически подарить Сталину и переименовать в его честь.

Временная гипсовая скульптура Сталина. Скульптор Е. В. Вучетич

Но тот умер за полгода до открытия (август 1953 года) и подарок не получил. Отливка 15-метровой статуи «организатора всех наших побед» у Главного входа была приостановлена, равно как исчезла с временного постамента и временная исполинская фигура из гипса.

Фото: shutterstock.com, иллюстрации из книги «Высотка номер один», @Nickolas Titkov, wikimedia.org