search Поиск Вход
, 1 мин. на чтение

Московский зевака: Валерий Печейкин о городских сумасшедших

, 1 мин. на чтение
Московский зевака: Валерий Печейкин о городских сумасшедших

Этим летом я наблюдал такую сцену. Центр Москвы. На остановке толпа народа высматривает автобус. Отдельно от всех, на проезжей части, стоит человек. Это мужчина, он довольно прилично одет и брит налысо. На бедрах его черная борсетка, в руке черный же портфель. Мужчина вытянул голову на длинной шее. Он кричит.

«Где [черт возьми] автобус!» Толпа не шелохнулась: мало ли, чудит человек.

«Гдеее [чееерт возьмиии] автоообуууууус!!» — теперь мужчина уже не кричит, он орет. Толпа смотрит на него. Я понимаю, что с владельцем борсетки что-то не так. Все понимают это, когда мужчина так и остается стоять с открытым ртом.

Прошу у вас прощения за эту неприглядную сцену. Я описал ее, чтобы напомнить вам одно сочетание слов — «городской сумасшедший». И если города на свете разные, то сумасшедшие тоже. Какой город, такие и психи.

Москва — город психов агрессивных. Они ничем здесь не отличаются от обычных людей. И обычные люди здесь не отделяют психов от себя. Когда я рассказывал свою историю знакомым, все говорили мне: «Ха, так это же я! Я так хочу!»

Думаю, у каждого из нас был такой момент, когда хотелось вдруг закричать. Вот так, посреди города, посреди людей, закричать что-то свое. Где, черт подери, автобус. Почему, черт подери, отключают воду летом. Когда, черт подери, перестанут копать. Или просто стоять на улице и орать из Москвы к небу.

Агрессия — это первый шаг к сумасшествию. В этом смысле все москвичи потенциально безумны. Внутри каждого стоит такой человек с борсеткой и кричит на автобус. Его вопль разносится по улицам, по социальным сетям, по театрам, барам, храмам. А потом остается с открытым ртом стоять на улице.

Ведь у крика в отличие от молчания есть предел. Каждый находит его сам, когда начинает хрипнуть. Молчание же — бесконечный ресурс.

В огромной Москве есть и молчаливые психи. Маленькие замкнутые люди, которых все толкают. Те, кто молча ждет автобуса. На них я надеюсь больше всего. Пройдет время тех, кто орал, и наступит время молчавших. Скромных, одиноких, замкнутых. Тех, кого пугает общественный транспорт и толпы в метро. Они не будут заставлять никого молчать. Они просто создадут такой город, в котором не нужно кричать, чтобы тебя услышали.