TРоботы на улицах или больше зелени? Нам всем хотелось бы знать, как изменится Москва. Вместе с девелопером R4S и визионерами, которые уже сегодня влияют на облик столицы и жизнь в ней, мы попробовали представить Москву будущего. Патриаршие — один из тех районов, где особенно заметно, как город меняется, сохраняя собственный характер. Историческая архитектура соседствует здесь с новыми домами, ресторанами, бутиками, театром и современным искусством. R4S много лет работает с недвижимостью в историческом центре Москвы. Значительная часть портфеля компании сосредоточена на Патриарших. Здесь находятся жилые и коммерческие объекты, в том числе клубные дома de luxe «Малая Бронная, 15» и The Patricks, а в торговых помещениях R4S открываются рестораны, бутики, beauty- и lifestyle-проекты. Еще один знаковый проект компании — клубный дом «Никитский, 6» на Никитском бульваре. В своих проектах R4S учитывает архитектурный контекст и характер места — от облика здания до коммерческих концепций, которые становятся частью его жизни. Один из таких проектов — «Большая Бронная, 11», новое пространство стрит-ритейла в самом центре Патриарших. Работа над ним стала поводом поговорить не только о будущем одного адреса, но и о будущем всего района. К разговору мы пригласили людей, которые знают и чувствуют Патриаршие изнутри: живут здесь, работают, создают архитектуру, рестораны, искусство и культурные проекты. Они стали героями спецпроекта «Что будет дальше» и рассказали, какими видят Патриаршие будущего. режиссер, художественный руководитель Театра на Малой Броннойресторатор, основатель и совладелец гастрономических проектов Leveldva, Ugolёk, Pinch и «Cеверяне» соосновательница ярмарки молодого современного искусства blazarосновательница и директор школы обучения творческим профессиям Masters основатели архитектурного бюро «Цимайло Ляшенко и Партнеры» режиссер, художественный руководитель Театра на Малой БроннойПатриаршие моего детства — это в первую очередь пруды, каток и Тверской бульвар. Тверской бульвар — это гуляние, лыжи на уроках школьной физкультуры, сквер посередине бульвара, где сейчас стоит памятник Есенину. Там всегда были клумбы, вокруг них стояли скамейки, и там собирались шахматисты, много-много шахматистов играли прямо на лавках, и мы с папой ходили смотреть. Папа очень любил шахматы и меня научил играть. Это летом. А зимой, конечно же, коньки на Патриарших прудах. Я, кстати, катался в тот момент, когда снималась сцена на катке в фильме «Покровские ворота». Мне трудно сказать, как Патрики менялись, потому что в определенный момент мы переехали из Гнездниковского переулка, где жили, в дом на Васильевской улице. И с тех пор я, кроме как на каток, на Патриаршие не захаживал. И уже совсем эта связь прервалась с тех пор, как я поступил в МГУ. И снова они стали для меня абсолютно моим районом с того момента, как я возглавил театр. К этому моменту Патрики уже были прекрасным, заново сформировавшимся районом прогулок, кафе, ресторанчиков и бесконечной тусовки. Если бы мне нужно было подобрать всего три слова, чтобы описать их, это были бы «радость» и «легкость». А еще слово «обаяние», потому что это очень обаятельный район. Я думаю, впереди нас ждет развитие технологий и при этом актуализация каких-то вещей, связанных с живым, природным, человеческим, естественным. Потому что, чем дальше развиваются технологии, тем больше человек возвращается к каким-то естественным, простым вещам. А театр... ведь это есть сама жизнь. Театр, как и жизнь, не повторяется, не фиксируется, мелькнет — и все. Но, как и жизнь, является делом прекрасным, радостным, веселым. Хоть в нем и бывают какие-то драматические моменты. И поэтому театр всегда останется театром. Никогда не будет побежден. Как сама жизнь. Что касается Москвы, я очень надеюсь, что она будет такой же уютной, как сейчас, и такой же человечной, потому что за последние 10‒15 лет она превратилась в самый-самый-самый комфортный город на Земле. А Патриаршие останутся таким же прекрасным старинным районом, в котором бурлит молодая веселая жизнь, энергия любви и радости. Я мечтаю, чтобы у Театра на Малой Бронной появилось постоянное пространство для Малой сцены мест на 100 в районе Патриарших. Вместо какого-то очередного ресторана или тусовочного места. Может быть, кто-нибудь нам с этим поможет? Я буду очень рад, потому что у нас есть вещи, которые хочется играть именно в малом пространстве, есть молодые режиссеры, которым хочется давать возможность работать в малом пространстве. У Театра на Бронной никогда ее не было, и я надеюсь, она, может быть, когда-нибудь получится, случится. ресторатор, основатель и совладелец гастрономических проектов Leveldva, Ugolёk, Pinch и «Cеверяне» Я москвич в четвертом поколении и с детства довольно часто оказывался в районе Патриарших прудов. Он меня всегда держал на каком-то очень тонком уровне. Не могу объяснить это, есть только внутреннее ощущение: просто нравится мне здесь бывать — и все. Думаю, меня многие поймут: район пропитан мистикой, булгаковщиной, и она здесь всегда была и будет — несмотря на все внешние изменения, которые происходят с Патриаршими. Когда дело дошло до моих ресторанных проектов, у меня была единственная мотивация — открыться на Патриарших. Уже по ресторану «Мари Vanna», в создании которого я принимал участие, я стал понимать, какая в этом районе живет публика. По большому счету, у меня была цель — уйти от московских мейнстримных гастрономических территорий и попасть в свою правильную интеллигентскую среду, где люди разделяли бы мои представления о потреблении, еде и всем остальном. И мы начали делать Uilliam’s. Географически и архитектурно Патриаршие — очень интересный район, и, как мне кажется, это и стало предпосылкой его развития. Они органично вписаны в центр Москвы, но при этом немного напоминают некую абстрактную Европу. Сама обстановка предполагает, что по улицам здесь будут гулять люди, а помещения на первых этажах занимают рестораны и магазины. В городе, где преобладают бетон, стекло и небоскребы, это «европейское» ощущение оказалось очень востребовано. И так на Патриарших сформировалась собственная городская среда. Можно сказать, что благодаря этому здесь случилась такая десятилетка спроса, интереса, пика внимания к ресторанам. А сейчас мы видим как бы угасание этой эпохи. Просто, на мой взгляд, критическая масса заведений на квадратный километр оказалась нарушена. Изначально рестораны появлялись по формуле гастрономической революции: маленькое заведение, шеф со своей уникальной едой и авторским взглядом. Потом количество этих заведений стало прибавляться. Открылось очень много хороших ресторанов. И, кстати, закрываются тоже хорошие рестораны. Поэтому это говорит только о том, что просто людей на все хорошие рестораны не хватает. Мне кажется, в ближайшее время самым актуальным вопросом на Патриарших будет то, как владельцы помещений и рестораторы будут взаимодействовать в условиях трансформации спроса. Это зависит от их мудрости, долгосрочности планов, способности что-то от себя отщипнуть ради того, чтобы бизнес оставался на плаву. Даже если взять Uilliam’s: бренд достаточно сложившийся и, можно сказать, культовый, он бы кормил арендодателя еще долгие годы. Но только если бы арендодатель все время не проводил индексации. Сильная популярность района привела к тому, что я называю чисто московским синдромом: когда на какую-то территорию, потому что там классно, приезжают вообще все — самые разные люди со всего города, и из-за этого там начинается небольшой хаос. Я понимаю, что местным это не особо нравилось, хотя уже не поймешь, кто на Патриарших местный, а кто нет — так все перемешалось. Я жду момента, когда ситуация изменится, и мы опять увидим тех самых людей с Патриарших — с их привычками, обиходом, лайфстайлом. Сами Патриаршие никуда, естественно, не денутся, они сохранят свою архитектуру, уникальность и аутентичность. Но, пройдя десятилетнюю встряску, обстановка здесь должна немного успокоиться. Я считаю, что закрывать район и делать его пешеходным точно не стоит. Обычно это приводит к тому, что улицы становятся более туристическими. Соответственно, сложные и уникальные концепции вынуждены уходить на вторую линию, прятаться. На первой линии будут одни кафе-мороженое и сетевые проекты, которым нужно показать свой бренд на этой витрине. Роскошь будущего — чистый воздух в центре мегаполиса. Мне кажется, и Патриаршие, и остальная Москва станут более зелеными. Появится больше электромобилей, велодорожек, а значит, воздух станет чище. Посмотреть хотя бы, как сейчас выглядит Новый Арбат — там летом поставили клумбы с цветами. Когда смотрю на них, я думаю: «Это растение, в принципе, здесь не должно было оказаться, а оно не просто растет, но и цветет». Я в последние годы стал интересоваться садоводством, так что у меня московское озеленение вызывает белую зависть. Где бы мне с такими садовниками познакомиться, чтобы у меня все так же росло и цвело. С этим моим увлечением связан еще один личный запрос: мне бы хотелось в Москве побольше ботанических садов для горожан. Причем разных — закрытых, открытых, круглогодичных. Это история интересная и развивающая. Думаю, в будущем все промзоны однозначно превратятся в жилье бизнес-класса, роботы на улицах станут привычными, и, скорее всего, по примеру других городов нас ждет платный въезд в Москву.Но мне бы еще хотелось развития водного транспорта: чтобы на маленькой лодочке можно было поплавать на Москве-реке. Пока для этого инфраструктуры не хватает. Конечно, сейчас есть прогулки на катерах, электросуда, но, мне кажется, мы все еще упускаем огромный потенциал водного транспорта, с помощью которого город можно было бы видеть и ощущать. соосновательница ярмарки молодого современного искусства blazarЯ приехала в Москву 20 лет назад, но мой муж вырос в Вознесенском переулке, между Тверской и Никитской. Благодаря мужу мне стало понятно, что жить в Москве нужно обязательно внутри бульварного кольца, максимум — внутри Садового, а лучше — в Пресненском районе. Нельзя сказать, что мы привязаны к Патриаршим из-за развитой инфраструктуры, даже наоборот: мы привязаны к району от души. Детей мы сначала возили в сад, а сейчас возим в школу в другие районы, хотя на Патриарших есть старые московские школы. Но вот каких-то развивающих центров, секций и кружков нет вообще, художественной или музыкальной школы тоже. Но мы ценим район за особую атмосферу: когда гуляешь с собакой, знаешь всех соседей, которых встречаешь. Или можешь девятилетнего ребенка отпустить на улицу одного, он зайдет в ресторан, тебе оттуда позвонят и скажут, когда он пойдет домой. Мне кажется, мало где в Москве детей можно так же спокойно отпускать одних. Если бы нужно было описать район одним словом, это было бы слово «свои», но точно не «богатство», «роскошь», «люкс». Со стороны кому-то кажется, что у нас тут вайб «Беспринципных», но на самом деле на Патриарших старый жилой фонд, есть не только исторические дома, но и простые панельные и кирпичные. Люди, которые хотят роскошной жизни, ищут огромную квартиру и дом с закрытым паркингом, в принципе не ходят пешком и здесь вряд ли поселятся. На Патриарших скорее живут те, кто ценит шарм, образованный сочетанием старого и нового и созданный самими местными. Местные жители, наоборот, просто одеваются, много ходят пешком, и ценят это: мы можем дойти до театра, до офиса, до родителей. Мы тут совсем не про люкс и роскошь, которую нам приписывает массовая культура.Мне кажется, в будущем на Патриарших, как и во всей Москве, старый жилой фонд, не имеющий статуса памятников архитектуры, будет постепенно уступать место новой застройке. Но мне хотелось бы, чтобы такие дома на Патриарших не исчезли, а получили вторую жизнь — с сохранением исторического характера и созданием современного, комфортного пространства для жизни. Еще будет здорово, если в будущем на Патриарших станет больше инфраструктуры для жизни, особенно для семей — садов, секций, кружков. Здорово когда «на районе» есть место и семьям с детьми, и спортсменам, и для молодежи. Детская площадка, которая стоит на пруду, установлена в 2001 году, и с тех пор новой у нас не появилось, хотя семей с детьми на Патриарших немало. Мой сын, которому сейчас 8 лет, иногда так и говорит: «Давай поедем куда-нибудь на современную площадку». Получается, что нам недоступно то, что сейчас есть в любом жилом комплексе в спальном районе. Было бы классно, чтобы в будущем вернулся каток на пруду — это уже такое культовое явление. А вот ресторанов нам точно пока хватает. Когда случился ресторанный бум, это нравилось далеко не всем: когда у тебя в пятницу вечером постоянно дежурит полиция, от такого мы не в восторге. Но сейчас, когда рестораны стали закрываться, людей приходит меньше, иногда идешь и думаешь, что чего-то не хватает. Еще у нас закрылся книжный магазин Masters, а до него — книжный «Республика». Мне кажется, такой интеллектуальной точки нам сейчас как раз не хватает. Даже супермаркета на Патриарших нет — есть только «Магнолия» на съезде на Бронную с Садового кольца и продуктовый около барбершопа «Мистер Райт». Пекарни у нас всего две — Valiko и «Волконский». В общем, нам нужно больше мест для повседневной жизни, а не для того, чтобы тусоваться.Мне кажется, в будущем Москва станет еще более децентрализованной. Люди смогут жить в пределах своего района, получая там все необходимое, и только ради развлечений приезжать в центр. К нам достаточно часто приходят девелоперы с запросом сделать культурный кластер внутри их жилых комплексов. Кстати, галерея на Патриарших есть, но она закрытая — с улицы туда не попадешь. В Москве вообще ограниченное количество офлайн-галерей. Патриаршие часто называют «московским Сохо», и я, недавно побывав в Нью-Йорке, могу сказать, что у них точно много общего: в Сохо уже позакрывались все галереи и остались одни магазины. А вот искусство, как мне кажется, в будущем не изменится настолько значительно. Из-за того, что у нас появились телефоны, мы не перестали читать бумажные книги. Из-за того, что у нас теперь есть интернет и стриминговые платформы, мы не прекратили ходить в кино. То же самое и с искусством: появление диджитал-искусства просто дает людям больший выбор, расширяет возможности восприятия, позволяет сформировать новый взгляд, но не отменяет классическое искусство. Из-за этого, например, работы эпохи Ренессанса не перестают быть такими же впечатляющими. Точно могу сказать, что пока в России запрос на графику, живопись, скульптуру значительно выше, чем на диджитал-искусство. основательница и директор школы обучения творческим профессиям MastersКогда я только приехала в Москву, я мечтала жить именно на Патриарших. Когда так сложилось, что наш проект расположился именно здесь, буквально с видом на пруд, для меня это, конечно, стало такой внутренней удачей. Район Патриарших — место с живым пульсом, разными энергиями и насыщенной жизнью. Здесь рождаются проекты и встречаются люди. Это место очень много нам дало, прежде всего — знакомство с широкой аудиторией.Если бы нужно было описать район Патриарших одним словом, я бы сказала, что это «центр». Мне кажется, район очень похож на Нью-Йорк — место с разными энергиями, постоянно появляющимися проектами, насыщенной жизнью. Патриаршие — такая точка сборки, где встречаются самые разные люди для того, чтобы генерировать новые идеи, предлагать новые инициативы. Важную роль в этом играют и местные жители, которые объединились в сообщество, и оно, можно сказать, охраняет район. Например, лебеди, которые летом плавают в пруду, — это как раз инициатива местных. Птицы приезжают на пруд весной, а на зиму возвращаются в зоопарк. Жители собрали средства на их содержание, следили за их жизнью, когда прошлым летом у лебедей впервые появились птенцы. Это стало для района целым событием. Можно сказать, что на Патриарших сложился симбиоз тех, кто давно здесь живет и придерживается своих ценностей, с более молодой аудиторией. Как раз это позволяет развивать культурные инициативы, открывать галереи и шоурумы дизайнеров, заниматься концептуальными проектами. Сейчас Патриаршие меняются — какие-то бренды уходят, рестораны закрываются. Но, я надеюсь, в итоге это приведет к более точному, точечному и концептуальному подбору арендаторов. Мне кажется, в ближайшие несколько лет сформируется слой людей, которые будут открывать бизнес на Патриарших. Район сможет стать новым центром моды, дизайна, гастрономии. Если сейчас это Нью-Йорк, то со временем район станет больше похож на квартал Марэ в Париже. Архитектура на Патриарших тоже изменится, но мне бы хотелось, чтобы современные здания были аккуратно вписаны в уже существующий ландшафт. Уже были неудачные архитектурные эксперименты в 90-е — и мы все их знаем. Поэтому нужно с уважением подойти к архитектуре прошлого, но в то же время создать здесь среду, отвечающую принципам минимализма и комфорта. Вообще мне кажется, Патриаршие и центр Москвы станут зонами, где ограничат серьезные вмешательства в облик города, и это позволит сохранить их в том виде, в котором мы их знаем. Возможно, будут какие-то точечные изменения — например, появятся велодорожки.Я довольно консервативный человек, поэтому мне хотелось бы, чтобы в Москве и на Патриарших в том числе появились такие «третьи места» — пространства для встреч и общения внутри своего комьюнити. Во многих московских проектах сейчас предусмотрены такие зоны отдыха, общественные пространства, внутренние дворики с кафе. Люди сейчас стремятся оградиться от общего потока информации, сформировать свои сообщества, и такие «третьи места» как раз в этом помогут. Еще я очень люблю крутые современные библиотеки, построенные по проектам известных архитекторов. Например, в Китае сейчас этот тренд активно развивается — в каждом небольшом городе есть огромная цифровизованная библиотека, доступная самой широкой аудитории. Хотелось бы, чтобы и в Москве такие места появлялись и развивались. На мой взгляд, Москва в будущем укрепится в статусе международного центра, где не только вкусно кормят и прекрасный сервис, но и где есть возможности для креатива. Мы сейчас активно движемся к тому, чтобы оказаться законодателями европейского стиля. Это заметно и в дизайне, и в архитектуре. Безусловно, технологии будут развиваться. Недавно Илон Маск сказал, что раньше они менялись за 20 лет так, как сейчас меняются всего за пять. Один из главных трендов, по словам в том числе и российских экспертов, — роботизация. Но я надеюсь, что это будет такая смарт-роботизация: роботы станут помощниками людей, например, в сферах логистики, доставки. Как человек, который много пользуется технологиями, в том числе искусственным интеллектом, я позитивно смотрю на его развитие. Очень важно сегодня прокачивать креативные скиллы, а ИИ и технологии в этом случае станут хорошим инструментом в ваших руках. Искусственный интеллект просто дает новые возможности, но все-таки за человека он ничего не сделает. Технологический бум в искусстве и творчестве случился лет пять назад с появлением NFT, но потом произошел откат. Мне кажется, сейчас, наоборот, творчество идет как бы в обратную сторону — на первое место выходят исторические проекты, темы памяти, мастерство рукоделия. Но все циклично: возможно, нас ждет новый технологический бум лет через пять. основатели архитектурного бюро «Цимайло Ляшенко и Партнеры» Цимайло: С районом Патриарших у меня сложились довольно хорошие отношения. Я живу недалеко — в Брюсовом переулке, и бываю на Патриарших пару раз в неделю. Еще в студенческие годы — а это были 90-е — мы с товарищами иногда встречались там в кафе. Правда, тогда это были не богемные места, а скорее бандитские, и в некоторые мы даже не рискнули бы зайти. Потом достаточно долгое время я работал в одной архитектурной мастерской, которая находилась на Бронной. Тогда там уже начали появляться рестораны, работали «Донна Клара», «Академия», «Маргарита». Примерно такими, как сейчас, Патриаршие стали лет 10‒15 назад. Если бы нужно было охарактеризовать район тремя словами, я бы сказал — «людные, пешеходные и разные». Несмотря на то что я, в принципе, люблю людей, мне кажется, что на Патриарших их иногда бывает многовато. Особенно мне не нравятся ребята на машинах, которые газуют так, что начинает болеть голова. Из-за такого наплыва людей камерность Патриарших немного пропала, но это естественный процесс: если где-то открывается все самое классное и лучшее, туда автоматически приходят люди. Причем даже повышение цен в заведениях не сработает: как только места становятся модными и востребованными, люди готовы просто гулять рядом, и все равно они будут чувствовать себя причастными. При этом мне нравится, что на Патриарших ты все равно понимаешь, что находишься в историческом центре. Действительно, есть основные улицы, где много людей и машин, но при этом есть тихие переулки и дворы, где спокойно, тихо и классно. Если сравнить Патриаршие и «Сити», то это совсем другой масштаб и другие ощущения. На Патриарших приятно гулять, удобно ходить пешком. Ляшенко: Мне кажется, полностью пешеходным район не станет. Долгое время Москва стремилась к тому, чтобы первые этажи зданий были общественными, особенно в центре, в том числе и на Патриарших. А ко всем этим кафе, ресторанам, магазинам нужно как-то подъезжать. Мне кажется, что район может стать более закрытым: туда можно будет проезжать только по пропускам, если там живешь или работаешь. Патриаршие — как лоскутное одеяло, сотканное из разной стилистики, архитектуры, зданий разных времен. В этом они в каком-то смысле — отражение всей Москвы. Москва ведь тоже очень разная — собрана из разных зданий, разных архитектурных стилей, разных эпох. В Москве памятник архитектуры XIX века может стоять рядом с советским зданием из силикатного кирпича, а дальше по улице будут церковь и дом, который построен буквально вчера. Москва в этом смысле отличается от Петербурга или Парижа, где все более или менее однородно. Цимайло: Мне кажется, что центр Москвы, в том числе и Патриаршие, будет развиваться так же, как он развивался на протяжении последних нескольких столетий. Одни дома будут постепенно заменяться другими, появится модная для своего времени архитектура. А вот какой она будет — сказать сложно. Скорее всего, единого стиля и главного тренда не будет, как его нет и сейчас. Рядом будут стоять здания минималистичные, в классическом стиле, бионическая архитектура — и это даже неплохо. Ляшенко: По-моему, у Патриарших как у района нет особых проблем, он движется в верном направлении. Тем более, притяжение Патриарших неизменно. Будущее района не в попытке вернуть или стереть прошлое, а в безупречном балансе эпох. Здания вырастут максимум на несколько этажей. Мне кажется, будет появляться больше электрических автомобилей, роботы-доставщики станут привычными на улицах, но при этом сохранится тренд на то, что центр города должен быть пешеходно-комфортным. Как-то со студентами мы делали радикальный проект — засыпать Водоотводный канал Москвы-реки и сделать там бульвар. Наверняка многие москвичи были бы против. Но, с другой стороны, сейчас канал потерял свою первоначальную функцию, не используется и даже, наоборот, нарушает связь улиц — для его пересечения нужно строить мосты. А так было бы новое пространство в городе, которое можно было бы использовать для прогулок и передвижения, а деревья давали бы больше кислорода. Уже сейчас он выглядит так, как мог бы выглядеть центр города в идеальной модели. Я бы не предлагал району никаких радикальных изменений. Скорее, я бы посоветовал привести в порядок максимальное количество памятников архитектуры и законсервировать их, попытаться их не трогать, а сохранить. Пруд я бы тоже не трогал, разве что выпустить туда рыбу, и чтобы рыбаки там сидели. Москва точно еще вырастет во всех направлениях — по площади, по количеству жителей. Пока сохраняется ее привлекательность как места для жизни, пока люди продолжают приезжать, она будет увеличиваться. Пока это далеко не самый большой город в мире, но потенциал им стать все же есть. Цимайло: Города и сейчас стремятся ввысь, так что центр Москвы точно станет повыше. Но все же небоскребы в центре, в том числе на Патриарших, вряд ли появятся. Патриаршие постоянно меняются, но сохраняют то, за что их ценят жители и гости района: камерность, узнаваемую архитектуру, гастрономию, небольшие бутики и особый ритм городской жизни. Новый проект R4S «Большая Бронная, 11» продолжает развитие этой среды, объединяя в одном пространстве стрит-ритейл и ­­­благоустроенную городскую территорию.Проект «Большая Бронная, 11» задуман как новый адрес для премиальных брендов и ресторанных концепций на Патриарших. Здесь смогут открываться как камерные бутики, так и крупные флагманские пространства, а архитектура проекта выстроена вокруг взаимодействия с улицей: панорамные витрины, индивидуальные входы и открытые террасы становятся естественной частью городского маршрута.«Патриаршие — уже сформировавшийся район со своим характером, архитектурой и образом жизни. Поэтому наша задача в "Большой Бронной, 11" — не придумывать для этого места новую идентичность, а создать проект, который станет ее естественным продолжением. Для нас важно, чтобы архитектура, благоустройство и будущие резиденты работали вместе и формировали качественную городскую среду», — говорит Ирина Буренко, заместитель генерального директора R4S.В проект заложено 24 коммерческих помещения, каждое с отдельным входом и панорамным остеклением. На втором уровне появятся открытые террасы для ресторанных и lifestyle-концепций. Территория вокруг «Большой Бронной, 11» станет продолжением проекта: здесь предусмотрены ландшафтное озеленение, архитектурная подсветка и подогрев тротуаров.Так на Патриарших появится еще один адрес, где архитектура, ретейл, гастрономия и городская жизнь существуют как единое целое. Реклама. ООО "МАРКЕТ". ИНН: 7710499884. erid: 2W5zFGDpqDK