В «Грации» Паоло Соррентино снова проговаривает банальности из лучших побуждений

У Паоло Соррентино в России есть давняя восторженная публика еще примерно со времен его «Великой красоты», которая во многом предопределила темы и повторяющиеся тики итальянского режиссера вроде актера-талисмана Тони Сервилло. Противники Соррентино ругают его за претенциозность и называют поп-версией Феллини для бедных, в крайнем случае восхищаясь только первым сезоном «Молодого папы». Новый фильм (в кинотеатрах с 30 апреля), не переведенный с итальянского La Grazia как «Милость», а оставленный «Грацией» за некоторую двусмысленность слова, вроде бы продолжает любимые темы Соррентино (политика, власть, старость, смерть, красота, Тони Сервилло, опять же, раздираемый сильными чувствами и сомнениями), но может успокоить его противников — с ходом времени режиссер, бывший трубадуром банальностей, как-то слегка поугомонился и сбавил накал выспренности и показного цинизма. Плюсы: — как и в другом фильме Соррентино «Лоро», главным героем которого был вульгарный в своей чрезмерности бывший премьер Сильвио Берлускони, «Грация» рассказывает о премьер-министре Италии, только на этот раз вымышленном. Мариано Де Сантис (Тони Сервилло) по прозвищу Железобетон (чем он скорее гордится) проводит на посту последние дни, омраченные необходимостью подписать два указа, которые ему настойчиво подсовывает дочь, адвокат Доротея (Анна Ферзетти). Первый — противоречивый закон о праве на эвтаназию, что плохо для Де Сантиса в обоих смыслах: подпишет — назовут убийцей, не подпишет — запомнят садистом. Второй документ на подпись вызывает у него не меньше поводов для беспокойства — нужно помиловать (или нет) двух преступников. Первый, 73-летний старик, убил страдавшую Альцгеймером жену, чтобы покончить со страданиями обоих. Вторая, молодая женщина, зарезала во сне мужа, который ее колотил. Де Сантис серьезно относится к своему решению — настолько, что лично встречается с первым осужденным и отправляет дочь ко второй. Влияние на него явно оказывают воспоминания об умершей восемь лет назад жене Авроре, которая как-то ему изменила, и Де Сантис уверен, что с его старым другом Уго (Массимо Вентуриелло), который метит в преемники; — Соррентино показывает власть как участь одиноких. Помимо вечно недовольной дочери компанию Де Сантису составляет только начальник охраны Лабаро (Орландо Сэнк), и когда приходит время прощаться и с должностью, и с охраной, становится понятной сила этой профессионально-дружеской привязанности. Время от времени премьер-министр ужинает с персонажем, достойным Феллини — витальной и громкой искусствоведкой Коко Валери (Мильвия Марильяно), которая утверждает, что в молодости крутила шашни с художником Де Кирико. По жанру и настроению это грустная комедия о скорби, сожалениях и ответственности за свои поступки; — конец срока во власти здесь показан как маленькая смерть, к которой нужно всерьез подготовиться. В общем, помимо воспоминаний об изменившей ему 40 лет назад жене у Де Сантиса больше ничего важного нет — в этом и трагедия жизни, и, к счастью, повод для шуток; — как всегда в случае с Соррентино, «Грация» — очень красиво снятый фильм, напоминающий своим проходом по улочкам в районе Испанской лестницы о сделавшей режиссера всемирно известным «Великой красоте». Минус: — «Грация» — один из самых сдержанных в хорошем смысле фильмов Соррентино. Даже чернокожий (ради дешевой пощечины) папа римский с дредами произносит всего одну избитую «мудрость»: «Ложь — инструмент провинциальных священников», имея в виду, что сам-то он режет правду-матку. Если нет устойчивой идиосинкразии ко всему стилю Соррентино, «Грация» может понравиться даже зрителям, которые до сих пор «прощали» режиссера только за первый сезон «Молодого папы». Фото: A-One Films