Это мой город: актер Кирилл Жандаров

Про то, как покорял Москву, разнося письма от Дома актера, о краткой встрече с Олегом Табаковым, об ощущении, что Москва отстала от Петербурга лет на пять, а также о том, как одна затея привела к сериалу «Загляни ему в голову». Я родился… На этот вопрос у меня в голове сразу же всплывает песня Аркадия Северного: «Я родился на границе, / Но отец мой и мать любили повторять: / — Будь, сыночек, будто птица, / Чтоб уметь песни петь и в мечтах летать». А так в Ломоносове, в Ораниенбауме, как у нас его называют, Рамбов. «Я рождался не в муках, не в злобе; девять месяцев — это не лет», пел Высоцкий, и я появился на свет в роддоме около парка, до сих пор часто прохожу там. Говорят, было холодно, метель. Хотя конец марта, но в городе, где я нахожусь, как-то так заведено. Но, по-моему, 29 марта должно быть тепло! Помню празднование своего 14-летия. За день до все ходили уже в свитерах, а в мой день рождения была дикая метель. Мы с друзьями пошли завалиться в какой-то ресторанчик в Ломоносове, впервые по-взрослому отпраздновать. Денег не было, но чуть-чуть на что-то хватало. Шли мы все в снегу. И в пальто! Что было очень классно в 1990-х — раз есть пальто, ты уже взрослый. Так же считалось и про костюмы. Помню, на школьный выпускной мне достался прокуренный костюм отца с семечками в карманах, на которых мама подшила дырочки. И я в нем чувствовал себя очень взрослым человеком! В одном регионе Италии так заведено: ты мальчик, пока носишь шорты, а становишься мужчиной, приподнявшись в брюки. И вот я впервые стал мужчиной, надев папин костюм на школьный выпускной. Вообще Ломоносов у меня место силы. Когда у меня пропадает энергия и запал, я уезжаю туда. Там ничего не поменялось во всех смыслах: все так же остались лучшие друзья с детского сада, я по-прежнему могу зайти в свою школу, да и не только в свою (я всегда любил людей и был общительным), как к себе домой и сказать: «Здравствуйте, как ваши дела?» Я знаю весь город и благодаря тому, что начал рано работать. Причем в единственном клубе в городе, назывался он «Гринго». Сначала был посудомойщиком, потом танцевал гоу-гоу на подтанцовках, потому что был влюблен в одну из танцовщиц, но в итоге мы с этой девчонкой даже не пообщались, а потом мне понравилась другая. Дальше меня взяли в охрану. Мой напарник, большой дядька, все время пропадал в зале, поэтому на входе оставался я один, 16-летний мальчишка. И каждый раз я прибегал на кухню с отпечатком огромной ноги 46-го размера на черной майке: «Меня побили, а сами бесплатно прошли!» Даже когда я собирался поступать в институт, мне сказали: «Не ходи, будешь у нас помощником шеф-повара». Я отказался от сиюминутных желаний больших денег и все-таки пошел в театральный. Но зато благодаря «Гринго». До сих пор мне знакомо большинство лиц в Ломоносове и всегда есть с кем зацепиться языком. В глубине меня таится внутренняя обида, что сейчас в новых домах никто не общается. Сейчас живу… В большом ЖК на Комендантском проспекте, несмотря на то что я люблю старый фонд. У меня осталось еще с детства много друзей, которые не имеют отношения к кинопроизводству, один из них главный строитель города. Когда я искал квартиру, он сказал мне: «Хочешь ездить в аэропорт быстрее всех, выбери Комендань. Мы тут ЗСД строим». И мы выбрали это место, чтобы можно было улетать или уезжать в любую точку мира быстрее всех. Несмотря на то что район спальный, он оказался хорошим, и мы всех перевезли сюда: моих маму и брата, тещу. Хотя жене все это надоело, она хочет обратно на Васильевский остров, где когда-то жила в общежитии театрального института. И я там жил. Но даже в наших новостройках я выстроил такую жизнь, какая мне нравится. Я сделал так, что в моем дворе могу зайти в магазин, я знаю, как зовут продавщицу, я знаю всех ее сменщиков, я знаю соседей. Мы общаемся, и это все время открытый диалог, а не мой навязчивый монолог. К нам могут прийти в гости наши соседи, как раньше. Моя московская история… После окончания института у меня была неплохая перспектива в Петербурге, сразу же мне было предложение сделано от двух театров — МДТ, в труппу которого я никогда не хотел, а еще и в БДТ, куда мне и моему однокурснику предложил пойти великий Кирилл Юрьевич Лавров. Но мне захотелось чего-то большего. И вдвоем с однокурсницей мы решили уезжать в Москву и поступать с нуля, никому не известные два студента решили покорить столицу. Как в кино, мы приехали в Москву на вокзал с кучей тюков. И, таскаясь с мешками, мы показывались в огромное количество театров. И я помню, как безумно мечтал попасть в «Табакерку» к Олегу Павловичу. Табаков с детства был для меня идеалом актерского воплощения персонажа на экране. Каким-то образом мне получилось договориться о показе в «Табакерку», я безумно нервничал и за два дня до позвонил и отказался. Хотя я специально поднял всех на уши и Олегу Павловичу рассказали, что два студента с тюками, как в старое доброе, приехали к нему, и он захотел на нас посмотреть. Я просто испугался, возможно, это было ошибкой, но для меня это был урок, что в дальнейшем никогда больше ничего не нужно бояться. Потом я в Москве устроился курьером, разносить газеты. И в какой-то момент мне доверили отнести корреспонденцию самому Олегу Павловичу. Я понял, что это возможность хотя бы посмотреть на Табакова. Прибежал в «Табакерку»: «Олег Павлович у себя? У меня для него корреспонденция из Дома актера имени Яблочкиной». А в ответ: «Оставьте на столе!» Говорю: «Так мне лично в руки отдать!» А мне снова про оставьте на столе. «Вы не понимаете, лично в руки!» И я понимаю, что его кабинет в шаге — вот он, единственный момент, когда можно увидеть Олега Павловича живьем. Просто увидеть, а может быть, что-то сказать даже, что я актер из Петербурга, не знаю… Почему-то не нашлось решения лучше, чем покорно оставить конверт на столе и побежать к кабинету Табакова. Постучал, в ответ: «Да-да?» Я вошел: «Здравствуйте, меня зовут Кирилл Жандаров, я из города Ленинграда (не Петербурга, даже сейчас у меня это проскакивает), я принес вам корреспонденцию из Дома актера имени Яблочкиной». Он сказал: «Замечательно, оставьте на столе». — «Я это уже сделал». На этом встреча и закончилась. Сама Москва показалась мне чем-то космическим, как люди обычно рассказывают про Японию. Когда я окончательно осел в Москве и приезжал в Петербург, говорил друзьям: «Боже, какие вы все скучные, вы такие все медленные, а вот мы в Москве!..» «Да-да, москвич нашелся», — улыбались они. Но я чувствовал себя полным москвичом. Я все время куда-то бежал, все время что-то делал, разносил корреспонденцию. У меня никогда не было денег на метро, поэтому по всей Москве ходил пешком. Жил я на Земляном Валу и каждый день отправлялся по знакомому маршруту внутри Садового кольца, чтобы обойти с корреспонденцией все театры. К новому, 2006 году я закончил свою историю с Москвой, к тому времени я уже устроился в газету «Оперативное прикрытие», продавал машины в журнале о земле, и меня позвали обратно в Петербург, где случился очередной вираж — я вновь вернулся к творчеству и пошел работать в театр. С этого момента моя дорога никуда не сворачивала. Мои любимые московские районы… Вообще меня от Москвы немножко потряхивает, но за последние пять лет, что я бываю там (ведь в основном съемки проходят в Москве), у меня появился любимый район, который всегда прописан в контракте, неважно, разместят меня в гостинице или квартире, мне очень нравится на улице Правды. Я даже выучил все офисы доставки Яндекса в округе, знаю, где почта. Хочу сказать, что в Москве, по крайней мере на «Белорусской», все очень сложно, а в Питере намного современнее. Почтамт я там вообще не понял. Я пришел с QR-кодом, на меня посмотрели в ужасе: «Боже, дайте паспорт!» По Москве я рулю только в кино, а так гуляю. Мне нравится выйти с Правды, пойти пешком по Тверской к Арбату и дальше, могу даже дойти до Мосфильмовской. Нелюбимые районы… Всегда трясет от фиолетовой ветки наверху — «Тушино», «Планерная». Часто там бывал, когда разносил корреспонденцию. Москвичи отличаются от петербуржцев… Москвичи менее общительные, меньше идут на контакты. В Петербурге осталось гораздо больше людей, которые думают не только о себе и придержат дверь, когда ты с коляской. Мне кажется, в Москве горожане очень много думают о себе. Хотя везде есть и сволочи, и прекрасные — я точно знаю десять человек в Москве, которые придержат мне эту самую дверь. Почему я больше не рвусь в Москву… Я вернулся в Петербург, потому что здесь у меня прикрыт тыл. Чувствую, что могу идти по Фонтанке в 3 часа ночи и не думать насчет того, что что-то случится. Не знаю почему. В Москве я такого не чувствую. Может быть потому, что я не родился там… А что более прозаично, в Москве все очень дорого. Когда я жил на Правде и снимался в каком-то проекте, ко мне приехали теща, сын и жена. Мы спустились в продуктовый магазин, «Спар», по-моему, и взяли точно такой же продуктовый набор, как дома. Вышло в два раза дороже! Вернувшись домой, я провел эксперимент: собрал точно такую же корзину и оказался прав — реально в два раза в Москве все было дороже. Новый сезон сериала «Загляни ему в голову»... Вообще-то это прикольная история. Когда-то мы снимали другой проект в Твери, и режиссер Лера Геннадьевна Ивановская как-то приехала из Москвы обратно в Тверь жутко расстроенная — ей нужно снять тизер проекта «Загляни ему в голову», чтобы попробоваться как режиссеру, а она не знает как. И наш классный продюсер Макс Королев подбодрил ее: «Преподнеси мне свою задумку». На смене она была задумчива и расстроена. Но нам пришла идея: и так грядут выходные в съемках, почему бы не попробовать прямо в Твери снять творческую заявку. Многие из команды не согласились работать бесплатно. Но всегда есть жена (актриса Мария Валешная. — «Москвич Mag»), которая может приехать, и друзья-актеры. Долго думали, где будем снимать, но я настраивал именно на Твери, ведь тут Михаил Круг, и я хотел сниматься во дворе, где он родился. И мы пошли туда снимать, сняли тизер, отправили его Максу Королеву, еще не на канал. Макс посмотрел и сказал: «Я беру всех, кто был в этом тизере, всех, кто над ним работал». Заявка получилась интересной, и он в нас поверил. Это оригинальная история, которую мы запустили еще в 2022 году, но она вышла хороша, и ее продлили на сезон. Это интересная штука — история про напарников, такой buddy movie style. Персонаж у меня странный и любопытный, в стиле героев Майкла Манна в сериале Miami Vice, хотя отчасти немножко и «Глухарь». Фото: Марина Рязанцева