Толстой-Золя, Пушкин-Дюма и дачники: книжные новинки июня

Литературные заговоры, дачные кошмары и неожиданные встречи с классиками — в этом месяце писатели приготовили читателям немало сюрпризов. О самых любопытных книжных новинках рассказывает литературный критик и шеф-редактор «Яндекс Книг» Константин Мильчин. Роман Татьяны Дыбовской начинается с задумчивой беседы, которую ведут два знаменитых собеседника: наш классик Иван Сергеевич Тургенев и его французский коллега Густав Флобер. Разговор — череда намеков, но кое-что становится понятно. Оказывается, Иван с Густавом и другими французскими друзьями-литераторами затеяли игру-мистификацию. Выдумали несуществующего писателя Эмиля Золя и от его лица сочиняли романы. А теперь, намекает Тургенев, эта игра может спасти жизнь одному очень важному для всего человечества писателю. После в романе происходит резкая смена обстановки и времени действия. Наши дни, школьная учительница Ольга в свободное от работы время играет в загадочную игру по мотивам жизни Льва Николаевича Толстого. Это даже не игра, а что-то вроде группы чатов. В одной из них собрались конспирологи от литературы: они где-то узнали о теории, что вскоре после написания «Анны Карениной» Толстого подменили и вместо него в Ясной Поляне жил некий самозванец. Банду конспирологов возглавляет загадочный олигарх. И снова резкая смена обстановки и времени действия. Голова еще не закружилась? Итак, Российская империя, 1870-е годы, растет революционное движение, власти встревожены, по всему Петербургу то демонстрации, то покушения, то казни, то аресты. Империя под ударом, империя наносит ответный удар. Сейчас самое важное — не дать примкнуть к революционерам живому классику Льву Николаевичу Толстому. А для революционеров главная задача — спасти живого классика Льва Николаевича Толстого от проделок царских спецслужб, потому что зловещий царедворец Константин Петрович Победоносцев, кажется, всерьез готов писателя убить. Так совместными усилиями свершается операция «Борода»: революционеры переправляют Толстого во Францию, а на его место в Ясную Поляну заселяется наймит царизма, двойник Толстого Михаил Михайлович. Что же до настоящего Льва, то он в Париже живет жизнь под фамилией Золя и быстренько становится главным писателем Франции. Это не сложно, все конкуренты как-то поумирали, и вот наш классик становится их классиком. Идеальная рокировка. Англичане любят искать истинных авторов пьес Шекспира. В России классика жанра — споры об авторстве «Тихого Дона», поскольку для некоторых читателей мысль о том, что роман написал Шолохов, до сих пор кажется недостаточно убедительной. Есть и более экзотические версии: например, что Ершов не писал «Конька-горбунка», а настоящим автором был Пушкин. Еще дальше заходят теории, согласно которым Пушкин не погиб на дуэли, а продолжил литературную карьеру во Франции под именем Дюма. Именно с подобными мифами играет Дыбовская. Доведя логику литературной конспирологии до предела, она предлагает собственную версию великой подмены. Эта идея становится основой сразу двух сюжетных линий — политического триллера XIX века, где революционеры противостоят тайной полиции, и современного детектива, в котором группа энтузиастов ищет доказательства подмены, способные перевернуть историю литературы. Академическое толстоведение такой подход едва ли одобрит: слишком многие факты здесь сознательно подгоняются под эффектную гипотезу. Но роман и не претендует на историческую достоверность, оставаясь прежде всего остроумной и довольно изобретательной хулиганской литературной игрой. В России Лев Толстой проводил большую часть жизни в Ясной Поляне, а перебравшись во Францию и превратившись в Золя, переехал под Париж в поместье Ментон. Писатели, которым не повезло родиться в век поместий, вынуждены довольствоваться дачами как для жизни, так и для вдохновения. В сборнике «Дачники» отечественные писатели и писательницы, от Яны Верзун и Марины Степновой до Дениса Драгунского, осмысливают самые разные аспекты дачной жизни. Для неоднократного лауреата премии «Большая книга» Алексея Варламова дача в первую очередь — пространство воспоминаний. В его рассказе, одном из лучших текстов книги, речь идет про первую дачную любовь. У рассказчика была робкая влюбленность в соседку Аню, а еще он любил рыбалку. Из города приезжает старший друг рассказчика Артур, у которого завязывается с Аней серьезная, гораздо более серьезная любовь. Ночью все три участника треугольника оказываются на озере, но вместо неловкой сцены растоптанных чувств, которых ждет читатель, следует комичный эпизод, в котором герой внезапно вновь завоевывает сердце Ани неожиданной рыбной победой. У Дарьи Бобылевой и Аси Володиной дача — территория кошмара. Бобылева, специализирующаяся на добродушном хорроре в узнаваемых локациях, обрушивает на дачный поселок разнообразную чертовщину, с которой может справиться только девочка-интроверт. Володина предлагает классический ад нежеланных встреч с безумными родственниками — давняя, но от того не менее важная дачная тема. Наконец, для Сергея Носова дача это культурный феномен. Англичанин, специализирующийся на русской литературе, ночует в бывшей даче Ахматовой в подпитерском Комарово и, угорев, начинает общаться с Анной Андреевной, которая предсказуемо великолепна. Фото: DexonDee/shutterstock.com/Fotodom