В процессе эволюции у каждого москвича появилось как минимум пять суперспособностей

Обычный москвич не выбирает становиться супергероем: он не надевает трусы на трико, не лезет к радиоактивным паукам, а плащ старается надевать только по погоде. Но суперспособности у него все равно развиваются, просто потому что он каждый день выходит из дома. Вот, к примеру, умение видеть затылком. Мозг обычного московского прохожего перенастроил нейронные связи: теперь периферийное зрение охватывает все 360 градусов, чтобы он видел приближающиеся электросамокаты и велосипеды хотя бы за три метра. Он может не оборачиваться, но точно знает, кто и с какой скоростью к нему приближается. В Нью-Йорке люди смотрят по сторонам, потому что боятся, что их ограбят. В Лондоне они смотрят под ноги, потому что идет дождь и кругом лужи. В Москве люди смотрят во все стороны одновременно. Московский прохожий ощущает траекторию приближающегося двухколесного коня, не задумываясь об этом, как моряк чувствует направление ветра. В нужный момент он сверхбыстро уклоняется, и делает это с таким невозмутимым видом, будто таков и был его маршрут. Сверхскорость — еще одна важнейшая суперспособность москвича, без нее он бы просто не смог перейти Садовое кольцо. Возможно, здесь замешана какая-то особая московская гравитация, которая заставляет все двигаться быстрее. Но сами москвичи скромно пожимают плечами: «Да какая там суперспособность… Просто если будешь медлить, ничего не успеешь». Скорость москвича — это не просто физическая величина, это моральная категория. Если вы видите человека, бегущего по эскалатору, не делайте сразу выводов о том, что он опаздывает — вероятно, он просто выражает этим презрение к стоянию на месте. Даже двери в метро словно спроектированы так, чтобы подгонять людей. Это механизм, который учит нас не задерживаться на месте дольше двух секунд, иначе есть риск стать частью архитектурного ансамбля вестибюля. Бок о бок со сверхскоростью идет умение делать несколько дел одновременно. В том же метро москвич левой рукой держится за поручень, правой заказывает новые тапочки на маркетплейсе, глазами разглядывает рекламу в вагоне, а ушами слушает аудиокнигу. Если при этом надо пропустить бодрую бабулю с сумкой на колесиках, ноги двигаются машинально, не отвлекая разум от дел. Держаться за поручень, впрочем, не обязательно, я не раз видела людей, которые уверенно стоят в вагоне на своих двоих, словно они занимают почетное место на пьедестале, а не едут в трясущемся поезде. За рулем мало что меняется. Двухчасовая пробка — это офис на колесах, бутербродная, маникюрный салон и аудитория для прослушки лекций по искусству. Здесь можно выполнить дневную норму рабочих созвонов, особенно если ребенок на заднем сиденье в этот момент не отвлекает, а спокойно делает уроки на завтра. Еще одна удивительная суперспособность — иммунитет к запахам. Москва пахнет: это и метро, и шаурма, и выхлопные газы, и свежий асфальт, и стройки. Все смешивается в такой коктейль ароматов, что у неподготовленного человека может закружиться голова. Но не у москвича, и это не потому, что обоняние пропало — он спокойно отличит Byredo от Escentric Molecules. Просто мозг научился фильтровать лишнее, словно в носу стоит мощный фильтр. Москвич уже не чувствует того, что чувствует турист. Турист заходит в метро, и ему кажется, что он попал в параллельную вселенную. Москвич подписал с запахами договор о ненападении и теперь просто идет сквозь них — для него это словно белый шум, только для носа. Впрочем, в разгар лета оборона падает, и запахи начинают добираться до мозга. В этот момент остается порадоваться, что москвичи не умеют читать мысли, потому что если бы вслух звучало все, что они думают в эти моменты, дело легко могло бы дойти до драки. И, наконец, самая мощная московская суперспособность — телекинез. Проявляется она прежде всего в умении мысленно двигать пробку (ну или хотя бы пытаться). Каждый день, стоя в заторе на ТТК или МКАД, москвич напрягает все свои ментальные силы, чтобы заставить машины впереди тронуться. Он смотрит на красный свет, словно пытаясь переключить его взглядом. Он мысленно подталкивает застрявший автобус, он уговаривает водителя впереди не отвлекаться на телефон. И в какой-то момент москвич смотрит на пробку так пристально, с такой силой и ненавистью, что ему кажется — это должно сдвинуться. Он напрягает мышцы лица. Он задерживает дыхание. Он концентрируется. И машина перед ним действительно сдвигается на сантиметр. Смогли бы это сделать Бэтмен или Человек-паук? Конечно, нет, в Москве они просто туристы в немодных костюмах. Иллюстрация: Михаил Данилов