Это мой город: композитор Александр Чайковский

О детстве на Сретенке, любви к московским трамваям, замене крутых лестниц в переходах эскалаторами, минусах широких тротуаров и о том, что Москва стала добрее. Я родился... В Москве на Сретенке, в Даевом переулке. Я немолодой человек, поэтому очень хорошо помню старую Москву. Как ни странно, очень люблю Комсомольскую площадь: когда я был маленьким, мне всегда нравилось смотреть, как по мосту ходили паровозы, было очень интересно. Сейчас я живу... В Москве на Ленинградском проспекте, в самом его начале в доме 12, во дворе бывшей табачной фабрики «Ява». Оказался там, потому что поменял квартиру в свое время. Люблю гулять в Москве... Практически не гуляю, потому что у меня совершенно нет времени. В Москве это происходит крайне редко. Я даже чаще гуляю в Питере, поскольку там у меня квартира недалеко от Мариинского театра. Мои любимые районы в Москве... Их немало. Бульварное кольцо, Ленинский проспект, например, хотя редко сейчас там уже стал бывать. Очень нравится Комсомольская площадь. И еще тот район, где трамвай идет по улицам старой Москвы, за «Новослободской» — там он петляет по улицам Лесная, Палиха. Это подлинная старая Москва, замечательная совершенно. Я вообще очень люблю ездить на трамвае. У меня до «Белорусской» сейчас опять запустили трамвай — седьмой там делает кольцо. И я очень часто, когда еду в Питер, обязательно стараюсь сесть на трамвай и доехать до Комсомольской площади. Нелюбимые места в городе... Ну, так сказать, мне не очень нравится Бирюлево. А чтобы я что-то прямо очень не любил, такого нет. Правда, сегодняшняя Москва стала такая огромная, что я уже иногда теряюсь просто. Когда я еще водил машину, я в принципе хорошо знал город. А сейчас путаюсь в этих колоссальных виадуках. Это все замечательно, но тут уже без телефона, без навигатора невозможно. Я сижу в такси, меня везут, и я думаю: « Где я? Что я?» Вообще иногда совершенно не понимаю. Место в Москве, до которого все никак не доеду... Я очень хочу доехать до Железнодорожного музея и никак не могу. Раньше он был на Рижском вокзале, там стояли поезда, а сейчас я даже не знаю, где это, куда-то все перенесли. Еще в депо открыли Музей пассажирского транспорта — там стоят старые троллейбусы, автобусы. Вот туда я очень хочу попасть, но пока не получилось. О ресторанах... В ресторанах и в Москве, и в Петербурге бываю редко, как правило, они расположены рядом с работой. Например, замечательное кафе «Чайковский» внизу филармонии. Это, кстати, очень хороший ресторан, качественный, в основном я бываю здесь. Но иногда бываю в центре в «Кофемании» на Большой Никитской, поскольку это рядом с консерваторией, или в ресторане «Большой», который у Большого театра. Прекрасное заведение. Москвичи отличаются от жителей других городов... Москвичи всегда спешат. Конечно, смешно об этом говорить, и не это главное. Москвичи сейчас, на мой взгляд, изменились — они стали добрее. Раньше я такого не замечал. Если оступишься, тут же к тебе кто-то подбегает, поднимает. Или выхожу я из поезда на Ленинградском вокзале, в руках чемоданчик, спускаюсь в метро или по переходу иду — всегда кто-то подходит, предлагает помощь. Вот это меня воодушевляет. В Москве лучше, чем в Нью-Йорке, Париже или Лондоне... Я в Нью-Йорке и Лондоне уже очень давно не был, в Лондоне последний раз — двадцать с лишним лет назад. Но если взять любые крупные города и мировые столицы, то в Москве чище, и воздух сейчас лучше. Хотелось бы изменить в Москве... В Москве совершенно практически отсутствует то, что есть и в Лондоне, и в Нью-Йорке, и в Мадриде — эскалаторы на подземных переходах. Возьмите станцию «Маяковская»: там же два этажа надо подниматься по лестнице, причем очень крутой. Почему бы не заняться этим московским властям, я не знаю. Я уже не говорю про бедных людей, которые вынуждены подниматься на надземные переходы, особенно зимой, вы поднимаетесь на второй или третий этаж по сути. Как же это делать без эскалаторов? Я понимаю, климат холодный, но придумайте, сделайте. Это дорого, но мне жалко пожилых, старых людей — мы все-таки уже не Средневековье живем. Еще мне очень не нравится глупость, это касается и Москвы, и Питера: кто догадался делать перроны вокзалов мелкой плиткой? Ты выходишь из вагона, тысяча людей идут, все везут чемоданы — и стоит чудовищный шум, как в кузнечном цеху. Когда в том же Китае вы выходите из поезда, там перрон как зеркало вообще и ничего не слышно. С большим сомнением отношусь к тому, по каким законам сделана организация движения машин. Это красиво, но когда в старом центре сделали такие огромные тротуары и машины еле-еле едут в одну сторону — для меня сомнительно, зачем надо было сужать проезжую часть, учитывая, что по тротуарам идут три человека в час. Точно так же Садовое кольцо — широченные тротуары. На Тверской раньше была куча продуктовых магазинов, масса народу, а теперь все закрыто, потому что встать негде, стоянки запретили, улица пустая и магазины разоряются. И еще одна вещь мне очень не нравится: зачем перед памятником Маяковскому закрыли пространство? У художников или архитекторов какой-то аляповатый вкус. Зачем украшать изумительные памятники? Если не Москва, то... Петербург. Чего в Москве не хватает... Глобально, мне кажется, в Москве практически все есть, очень много сделано за последнее время, город очень хороший. Просто нужно все то, что есть, грамотно использовать. Вот грамотности использования, наверное, скорее всего, не хватает. Ума иногда не хватает, впрочем, ума нам всем не хватает, во всем. Фото: Даниил Рабовский