Иностранный акцент: аргентинец Николас Пинейро, основатель рейтинга «Лучшие собаки России»
Я родился в Париже, но французского гражданства у меня никогда не было. Мой отец — аргентинский дипломат, и из-за его дипломатического статуса французский паспорт я при рождении не получил. У меня аргентинское гражданство, хотя первые два с половиной года жизни я провел во Франции. Потом мы вернулись в Аргентину, а оттуда переехали в Бразилию, новую дипломатическую миссию отца. Именно в Бразилии в моей жизни появились собаки.
Вскоре после переезда мы всей семьей попали в серьезную автомобильную аварию. Все остались живы, обошлось без тяжелых травм, но для нас, детей, это был сильнейший шок. У папы всегда были охотничьи собаки, в частности английский сеттер, однако это были именно его собаки. Мама решила, что теперь питомец нужен всей семье, чтобы быстрее прийти в себя. Она увидела объявление о продаже щенков немецкого дога и поехала посмотреть, ничего нам не сказав. Среди щенков был серый мраморный дог с голубыми глазами. Для выставок он не подходил, но маме сразу понравился. Она назвала его Гаучо в честь аргентинских пастухов и привезла домой. Через месяц я и мои сестры почти забыли аварию. Младшая вообще училась ходить, держась за собачий хвост. Гаучо дал нашей семье столько тепла, что отношение к собакам у всех нас изменилось навсегда.
Через три года у него обнаружили онкологическое заболевание, а еще через полгода Гаучо умер. Мама была так благодарна псу за все, что он сделал для семьи, что решила всерьез заняться немецкими догами. Ее подруга, жена посла Мальтийского ордена в Бразилии, разводила доберманов и мопсов и участвовала в выставках. Мама тоже стала ходить на собачьи выставки, но с догами, и через несколько лет стала одним из лучших заводчиков немецких догов в Бразилии. Мы с сестрами ездили вместе с ней на все выставки и участвовали как хендлеры.
На многих собачьих выставках существует конкурс юных хендлеров: дети и подростки учатся готовить собаку, правильно двигаться с ней по рингу и показывать ее судье. Я начал выступать в семь лет и первый конкурс выиграл с биглем. В подростковом возрасте я выиграл Кубок Южной Америки среди юных хендлеров, затем стал лучшим юным хендлером на Всемирной выставке собак в Бразилии. Завершил юниорскую карьеру в 2008 году на Crufts в Бирмингеме — одной из самых известных выставок мира, где занял второе место. К этому времени отец уже работал в Москве временным поверенным в делах Аргентины. Я приехал к нему и остался в России учиться и работать.
На самом деле Москву я увидел раньше, четверть века назад: впервые приехал сюда в 2001 году, затем ежегодно навещал отца. Москва начала 2000-х и Москва 2008 года была для меня двумя разными городами. В первые приезды она казалась подростку довольно опасной. Я помню брошенные машины на Тверской, помню, как из нашей машины украли магнитофон. Родители не разрешали нам с сестрами ходить по городу одним.
В 2008-м Москва уже выглядела гораздо спокойнее, менялась инфраструктура, появилось ощущение безопасности. Я поступил в Российский университет дружбы народов. Год учил русский на подготовительном факультете, потом два года провел на филологическом. Мне хотелось не просто объясняться, а понимать, как устроен язык. На подготовительном факультете мы читали адаптированные тексты, а когда я впервые открыл Пушкина и Лермонтова, возникло ощущение, что литературный русский и тот, которому учат иностранцев, два совершенно разных языка. Именно это меня и увлекло. Позже я перевелся на юридический факультет и окончил его. Практикующим юристом не стал, но знание российского законодательства постоянно помогает в бизнесе и организации мероприятий.
В 2008 году я привез в Москву своего пса породы басенджи и столкнулся с тем, чего раньше здесь не замечал. На улицах люди часто реагировали на собаку агрессивно: кричали, прогоняли, жаловались, что с ней гуляют возле дома. Особенно пугали сообщения об отравленных приманках, которые разбрасывали догхантеры. Получался странный контраст: одни прохожие останавливались полюбоваться красивой собакой, другие ее ненавидели.
Перемены в отношении москвичей к животным я заметил примерно в 2012–2013 годах. О проблеме бездомных животных и случаях жестокого обращения начали больше говорить, появились первые кафе, куда можно было прийти с собакой. Стало очевидно, что Москва движется к модели pet-friendly города. Сейчас с собакой можно войти во множество заведений, появились площадки для выгула, груминг-салоны, гостиницы и сервисы для владельцев. Для человека, который помнит Москву двадцатилетней давности, разница огромна. А в декабре 2018 года был принят Федеральный закон «Об ответственном обращении с животными».
Помню, двадцать лет назад меня поразил масштаб российского собаководства. После тяжелых 1990-х было трудно привозить животных из-за границы и обновлять племенные линии, но заводчики сохранили сильное поголовье. Они годами копили деньги, чтобы купить качественного щенка в другой стране, сами разводили, тренировали и показывали собак. Профессии хендлера почти не существовало: чаще всего один человек был одновременно владельцем, заводчиком, грумером и участником выставки. Когда в начале 2000-х российские собаки стали чаще выезжать на чемпионаты Европы и мира, то, к удивлению конкурентов, начали регулярно возвращаться с высокими титулами.
Я хорошо помню Всемирную выставку 2009 года в Братиславе: российские участники были очень заметны, и международное сообщество оценило уровень российских питомников. Эти результаты появились благодаря заводчикам — людям, которые при довольно скромных возможностях вкладывали в собак все силы и средства.
С 2010 по 2015 год я участвовал в организации «Сабанеевки», одной из главных российских выставок, названной в честь зоолога Леонида Павловича Сабанеева, и отвечал за приглашение иностранных судей. С моей помощью в Россию приезжали руководители и эксперты ведущих кинологических организаций США и Великобритании. Эта работа позволила увидеть российскую систему изнутри. Сильные собаки и заводчики здесь были, но для международного признания им приходилось постоянно ездить в Европу. Региональные выставки оставались почти незаметными, а единой понятной системы оценки результатов не существовало.
Мне захотелось это изменить, в 2017 году я создал рейтинг «Лучшие собаки России». Идея была простой: объединить результаты крупных выставок на одном портале и считать баллы по прозрачной формуле. Их количество зависит от числа участников в породе и статуса выставки. Когда я впервые рассказал о проекте, многие говорили, что владельцы известных собак никогда не станут ездить ради баллов в Нижний Новгород, Казань или Екатеринбург. Они привыкли выставляться за границей и не видели смысла менять привычные маршруты. Но система заработала. Сильные хендлеры и заводчики поехали в регионы, а местные участники впервые получили возможность увидеть рядом собак высокого уровня, сравнить подготовку, груминг и работу в ринге. Конкуренция стала профессиональнее, количество рейтинговых выставок начало расти.
Мне было важно, чтобы признание получали не только собаки, но и люди, которые за ними стоят. Заводчик встает в четыре утра, везет клетки и оборудование, моет и стрижет животных, часами ждет выхода в ринг, иногда часами мерзнет на улице. Поэтому церемонию награждения победителей первого рейтинга мы в 2018 году провели в Four Seasons Hotel Moscow напротив Кремля. Владельцы и хендлеры пришли в вечерних нарядах, лучшие собаки вышли на красную дорожку. Для российского собаководства это был непривычный формат, но именно такого праздника, на мой взгляд, эти люди заслуживали.
Следующим этапом стала выставка «Лучшие собаки России», которую я провожу вместе с Российской кинологической федерацией. Право участвовать получают те собаки, которые заняли в рейтинге своей породы с первого по десятое место. Это уже не закрытая профессиональная церемония, а большое событие для зрителей, где можно увидеть лучших представителей сотен пород.
В феврале этого года выставка впервые прошла в «Гостином дворе». Для меня было принципиально вернуть большое кинологическое событие в исторический центр Москвы: первые специализированные выставки собак проходили в московском Манеже еще в XIX веке. Согласовать мероприятие с большим количеством животных в нескольких сотнях метров от Кремля было непросто, но именно эта площадка дала проекту те масштаб и статус, к которым мы стремились.
Обычно публика видит только декоративную сторону выставок, но собаки ежедневно ищут взрывчатку и запрещенные вещества, помогают спасателям и сопровождают людей с инвалидностью. Мне хотелось показать все направления кинологии в одном пространстве.
В России я встретил свою жену, у нас родилось двое детей. Я приехал в Москву восемнадцатилетним студентом, а стал здесь профессионалом, мужем и отцом. Поэтому Москва для меня давно не временное место жительства, а мой город.
Мне нравится московский общественный транспорт: он чистый, безопасный и предсказуемый. Я часто пользуюсь метро и МЦК, хотя у меня есть машина. Главное преимущество Москвы для меня — культурная жизнь: театры, музеи, выставки, концерты, детский спорт. По сочетанию инфраструктуры, безопасности и возможностей для семьи Москва остается городом, в котором мне хочется жить.
Фото: из личного архива
