Москвич после работы: слушаем соул, изучаем неформалов, пробуем «Просрочку» и ходим по Волге
Рубрика «Москвич после работы» — это дневник сотрудников «Москвич Mag» за пределами рабочих чатов и редакционных заданий: сюда попадает все, что за прошедшую неделю показалось нам любопытным и просто стоящим упоминания.
На этот раз редакция стояла в гигантской очереди на соул-исполнителя JMSN, наблюдала взросление центровых московских неформалов, обнаружила, что черный цвет совсем не означает мрак, ушла в неожиданный круиз по Волге в компании лучших голосов «Серебряного дождя» и посмотрела надрывную пьесу о пенсионерке, зачисленной в умершие.
Редактор Петр Скопин побывал на концерте соул-звезды JMSN
2 октября в клубе Base проходил концерт JMSN, одного из самых ярких представителей альтернативного R&B, успевшего при этом поработать с Кендриком Ламаром, Маком Миллером, Tyga и некоторыми другими небожителями. Яркие иностранные привозы в этом году можно пересчитать по пальцам, поэтому неудивительно, что этот концерт собрал вокруг себя почти ажиотаж: на безрыбье и JMSN почти Канье Уэст. Впрочем, ларчик открывался просто — у артиста большая российская аудитория, а «Love Me, Cherry Pop» и другие песни разошлись по рилсам в соцсетях.
Публика оказалась на удивление интересной. В очереди, которая протянулась аж до ТРЦ «Гагаринский» (не менее 600 метров), перемешались зумеры, миллениалы и люди вполне пенсионного возраста. Школьница Анна рассказала, что ждала концерта несколько месяцев и откладывала на билет деньги с подработки и даже школьных завтраков. Ее, а также старшую сестру и подруг привела бабушка Алина, которая вспомнила, как еще в нулевые бывала в этом же здании на корпоративе «Коммерсанта». Стоящий рядом студент Илья пришел со своей девушкой Кэти из Бирмингема и компанией друзей: между собой они принципиально говорили по-английски и спорили, что лучше — «Love Me, Cherry Pop», «Outsider» или почти крис-айзековская «Groovy». Темщики лет пятидесяти с косичками и глазами навыкат предлагали пройти без очереди за тысячу рублей с человека, но осень в этом году теплая, поэтому следовать за ними мы не спешили.
Через полтора часа нас все-таки запустили внутрь. В этом году осень радует теплой погодой, поэтому околеть не успели. Пара бокалов просекко — и в зал. JMSN оказался из тех артистов, чья нишевость заканчивается ровно в момент выхода на сцену. Он легко перескакивал от почти хеви-металлической жесткости к легкому соулу, а затем к чистому попу, с каждым треком меняя атмосферу и не давая залу заскучать. В этой музыке одновременно слышатся Майкл Джексон, Radiohead, R. Kelly и RATM, а внешне все нарочито просто — однотонные кофты, спортивные штаны, никаких поп-звездных декораций. Отдельное удовольствие — его команда: те самые западные «фирмачи», у которых каждый звук находится на своем месте. Эта безупречная звуковая стена особенно напоминает, чего порой не хватает российским концертам: души у наших артистов часто в избытке, а вот перфекционизма — не всегда.
Кульминацией стал хитовый «Love Me» с хором российских поклонниц, вышедших на сцену. Предыстория хеппенинга оказалась почти случайной: исполнитель поставил лайк под фанатским видео, а уже в Москве пригласил девушек на совместную репетицию. «Но почти до самого концерта мы не знали, выйдем мы на сцену или нет», — рассказали они. Спели — и так уверенно, что на минуту можно было решить, будто хор JMSN привез с собой из Америки.
Любопытно, что самого российского отрезка тура официально будто бы не существовало. На сайте JMSN после Альбукерке 26 сентября сразу значится Ереван 7 октября: Москва и Петербург из международного маршрута выпали, хотя концерты здесь и в Екатеринбурге состоялись. Довольно хитрый способ посетить своих фанатов, не получая при этом неизбежные разнос и отмену в западных соцсетях.
Иногда артист, которого у нас знают главным образом через алгоритмы стримингов и соцсетей, оказывается интереснее мастодонтов, ожидаемых годами, рассуждали мы с девушкой, когда шли к метро «Ленинский проспект». Судя по тому, как настойчиво зал дважды звал JMSN на бис, заметили это далеко не только мы.
…а еще он смотрел кино про неформалов, читал Пригова и принимал ванну из засушенных орхидей
Чуть позже Петр Скопин сходил на показ документального фильма Юлии Гуськовой «Мы не знакомимся» о московских неформалах, которые собираются в центре города, дружат, влюбляются, ссорятся и попутно примеряют на себя взрослую жизнь.
Показ шел на «Стопке» — контркультурном фестивале издательства «Фронда» и пространства «Книжный» на Китай-городе. Место выбрали почти программное: «Книжный» (ранее «Клуб Клуб»), где проходил фестиваль, давно стал одной из московских цитаделей неформальной молодежи, так что подобное кино смотрелось здесь особенно органично.
Поначалу фильм кажется потоком подросткового трепа: мат, выпивка, драки, хулиганские выходки. Но за шумной поверхностью проступает нежная история о первой любви, дружбе, одиночестве и первых разочарованиях. «С телками вообще тяжело, в идеале бы найти такую же, как ты сам, с теми же интересами», — жалуется один из героев, успев разочароваться даже в сексе. Ребята бесцельно гуляют по центру, играют в компьютерные игры и пытаются понять, что делать дальше. Искать себя им приходится в турбулентном мире, который меняется быстрее, чем успеваешь к нему привыкнуть.
У курилки «Книжного» — той самой, где засветилась Ксения Собчак, снимая материал о неформалах, — мне удалось поговорить с режиссером Юлией Гуськовой. Большого замысла, признается она, поначалу не было: «То, что мне знакомо, то, где я бывала, необычные молодые ребята, которых я встречала в центре Москвы, это меня и вдохновило. Потом я погрузилась в этот проект на полтора года». Фильм начинался как дипломная работа, но Beat Film Festival захотел показать ее первоначальный вариант. Так у картины возникла фестивальная судьба.
По словам Гуськовой, фильм будет понятен не только московскому зрителю. Показы проходили в Саратове, а в Мордовии режиссер однажды встретила в придорожном кафе трех неформалов и тоже показала им фильм. «У них загорелись глаза, — рассказывает Гуськова. — Когда ты видишь похожих на тебя людей, это дает веру, что ты не одинок и есть близкие по духу люди». Там же удалось познакомиться с героем фильма Глебом, который рассказал, что за последние пару лет переосмыслил жизнь, бросил пить и прочие допинги и ищет большую цель, которой хочет себя посвятить. Вот такое самовоспитательное кино.
А потом я заглянул в книжный (уже без кавычек), находящийся в глубине клуба. Собрание сочинений Дмитрия Пригова здесь стоило примерно как две шоколадки; к досточтимому Александровичу добавились Бодрийяр, Танидзаки и Игорь Шумов. Остаток воскресенья я провел в интеллектуальной праздности, достав из загашника собственные старые рассказы, которые давно ищут издателя; вспомнить хотя бы и перечитать. И, конечно, немного гедонизма. «Мы захватим этот мир, как бы он ни сопротивлялся», — думал я, пока девушка наливала нам ванную с лепестками засохших орхидей под аккомпанемент последнего альбома JMSN.
Редактор Ксения Басилашвили погрузилась в черный цвет на выставке в Фонде культуры «Екатерина» и обнаружила там совсем не то, чего так боялась
Не могу сказать, что в моей жизни сейчас черная полоса, но общий фон светлым назвать тоже сложно. Поэтому сперва я решила еще больше себя не перегружать и на выставку «История черного цвета» не ходить — пугали траурные ассоциации. Название тоже показалось слишком простым — скорее подходит для цикла лекций. В результате отважилась (нет ничего более тайно привлекательного, чем ужас и нуар) — и сразу поняла, как ошибалась!
Выставка стала личной медитацией: я пришла к открытию, и все два этажа и восемь залов были в моем распоряжении. Никого. Наверное, слишком ранний час. Произведения первых имен: Кирилл Челушкин, Владимир Дубосарский, Ольга Тобрелутс, плюс классики: Эрик Булатов, Эдуард Штейнберг… В диалоге с ними — новые авторы, с работами специально под выставку. Год создания — 2026-й, это заколдовывало. Сделано здесь и сейчас людьми, которые проживают этот странный период рядом. Интересно, как отражается в их работах наш день.
Черный, не в силах запугать меня даже в залах, посвященных мрачному Средневековью (скорее оказались самыми сказочными), плавно перешел в серый, в оттенках которого оказались и синий, и розовый, и зеленый. Вообще сказочность не отпускала, правда, в какой-то момент я нарвалась на хоррор — картину Владимира Дубосарского «Березка» 2026 года: девушка со странным взглядом в березовой рощице вместо умиления истертым символом родины скорее вселяла тревогу.
Для меня основным впечатлением стали живописные цветы художницы Ольги Тобрелутс, не ожидала от нее такого романтизма. Сейчас модно сопровождать выставки ароматами, устанавливать под картинами колбочки с запахами. На выставке в фонде «Екатерина» это было бы излишне: мне казалось, я и так пропиталась тяжелым ароматом терпких ночных лилий, которые расцвели на полотнах Ольги. И более тонким флером от белых тюльпанов Дмитрия Шорина, картина «Непал» тоже этого года.
Выставку сопровождают исторические и философские тексты с объяснением теории и истории черного. Я задумалась, как будут оценивать наше время эстетически. На выходе нашла ответ, ненавязчиво поданный картиной Ивана Симонова — на белом фоне приоткрытые ажурные ворота: «Эпоха разоренной красоты». Не знаю, в какой портал открываются эти двери. Но если в сейчас, то поспорю. Красота никогда не перестает. Осталось ее сохранить.
Наш автор и записная театралка Евгения Гершкович побывала на премьере «Просрочки» в пространстве «Внутри»
Пространство «Внутри», одна из самых актуальных независимых площадок нашего города, где маленький зал вечно заполняется до отказа неравнодушной публикой, буквально на днях обзавелось новым резидентом. Им стал «Очередной» театр, созданный Алексеем и Сашей Золотовицкими. «Все мы немножко дети в этой горящей повозке. Остается только в театр сходить (очередной)», — объясняют братья свою затею.
Не откладывая, «Очередной» сыграл премьеру. «Просрочку» по пьесе Нашей Гетвы поставил младший Золотовицкий, Саша. Работы молодого и крайне востребованного режиссера, этакий коктейль из тонкой иронии, кафкианского абсурда, нежнейшей любви к своему герою. В данном случае любви к маме. Актриса Вера Харыбина занята в главной роли.
На сцене разворачивается душераздирающая история Раисы Федоровны Ивановой, пришедшей в МФЦ и узнавшей, что система числит ее умершей. Далее пенсионерка идет по инстанциям. Сотрудники ЗАГСа, районного суда и морга подтверждают: да, она скончалась 40 дней назад. Смешное со страшным — вечные спутники. Свои помидоры Раиса Федоровна продолжает выращивать, но уже на кладбище.
Издатель Андрей Золотов отправился в круиз по Волге с ведущими «Серебряного дождя»
Зачем вообще отправляться в круиз, спросит любой скептик, заворачиваясь в пледик. За тем, что если из дома выходить не хочется, а сменить обстановку уже критически необходимо. Можно даже не выходить из каюты, а только провожать пейзаж, закаты, чаек, рассветы и все такое. Итак, о чем это я?
Понедельник прошлой недели, а это 28 сентября, для меня, старого рокера, дата важная. В 1991 году это была суббота, и я обязательно сорвался бы на Тушинский аэродром на грандиозный концерт «Монстры рока», если бы 35 лет назад был постарше пяти лет.
Концертное шоу с моими кумирами Pantera, Metallica и AC/DC записала Warner Bros., я смотрел его сотни раз, но в понедельник вечером мне не хватило. Я начал искать что-то еще по теме и нашел две части радиопередачи «Прогулки с Игорем Наумовым» на «Серебряном дожде». Потрясающий репортаж, вот же, думаю, повезло Игорю, что был там и все видел сам.
И вот в субботу 3 октября (кстати, день рождения Сергея Есенина, уж не знаю, зачем вам эта информация) оказываюсь на теплоходе «Волга Дрим», где приглашенными звездами оказывается золотой состав того самого радио: Набутов, Наумов, Левинский…
Удивительная штука жизнь: мы идем по каналу имени Москвы в Углич, Наумов своим фирменным баритоном рассказывает об истории этого канала, а ведь он пролегает как раз через Тушино! В общем, после лекции за бокальчиком обсудили тот самый репортаж, который оказался полной реконструкцией.
Наумов тоже был очень юн для того гранд-слэма на аэродроме, но в своем рассказе восстановил картину так, будто сам там был, да и любого из вас проведет нужными тропами. Подробную заметку о том, как проходил сам круиз, постараюсь написать чуть позже, а пока упомяну, что Наумов водит экскурсии по Москве, там и предлагаю нам с вами однажды увидеться.
Фото: Петр Скопин, @jmsn, пресс-служба фонда «Екатерина», пресс-служба пространства «Внутри», Андрей Золотов
