, 2 мин. на чтение

Московское нытье: как хипстеры испортили московские рынки

, 2 мин. на чтение
Московское нытье: как хипстеры испортили московские рынки

Я не люблю фудкорты и стритфуд. Даже слова эти звучат противно. Я люблю такие рынки, какие были в моем детстве.

Я помню Центральный рынок, он был идеальный. Там были в глубине два отдельных прохладных павильона — для мяса и для молока, их стены были покрыты голубым кафелем, под потолком летали одурелые наевшиеся мухи, а творог молочницы прикрывали марлей. Теперь на его месте идеальный универмаг «Цветной», в нем даже неплохой фудкорт, а в центре находится супермаркет. Он зачем-то называется фермерским маркетом, но это ложь, там фиксированные цены и кассы. Рынка в ЦАО уже лет тридцать как нет — нельзя же считать рынком относительно новый фудкорт на Рождественском бульваре.

Моим любимым рынком долго был Даниловский. До переделки рынка в фудкорт я знала на нем многих продавцов. Там были два старых брата, которые привозили из своей узбекской деревни умопомрачительное лакомство хаштак. Были торговка лиловой и желтой морковкой с гор Кавказа, пышная молочница из Рязани, которая приезжала только по вторникам, а также веселые шумные уличные ряды, которые в августе были полны местных овощей и фруктов. Там можно было торговаться, а любимые продавцы обязательно дарили что-то «попробовать». Порой я уходила с карманами, полными редисок, яблок и слив. Теперь уличных рядов нет, внутри дорогой супермаркет, в котором нет никакого желания покупать овощи и фрукты — они все от перекупщиков и выглядят так же, как в «Азбуке вкуса». Туда можно водить иностранцев, чтобы удивить их копченым иван-чаем или пирогами в кафе. Но где пожилые местные жители? Их нет. Все стулья в кафе и на веранде заняты молодыми людьми, которые специально приехали из других районов перекусить в модном месте. Они готовы стоять в очереди за вьетнамским фо бо, но никогда не покупают говядину на кости, чтобы сварить суп дома. Я просто перестала на Даниловском покупать продукты и стала искать настоящие рынки в других районах.

К моему ужасу, хипстеры добрались и до Москворецкого рынка. Он находится в районе Зюзино, между станциями «Нахимовский проспект» и «Варшавская», вдалеке от метро, в 10 км от моего дома. Рынок огромный, старый (с 1956 года), хаотичный. Во дворе под навесами бегают грузчики с тележками: «Поберегись!» — продавцы галдят и шутят с покупателями. Здесь можно торговаться и наслаждаться симфонией кричалок и шуток. «У меня специальные огурцы для бабушек! Огурцы без семечек! Молодые проходят мимо!» — кричит один, изо всех сил продающий кривые огурцы. «Ах, какая красавица! Мое сердце разбито навеки! Но у меня есть “бычье сердце” про запас! Помидоров, мадам, не желаете?» — шутит другой, предлагающий свои помидоры из Ростова-на-Дону. На этом рынке встречаются торговцы, продающие только свои выращенные овощи и фрукты, а это по нынешним временам настоящая ценность. Кто-то из торговцев дарит знакомым бабулькам перцы и помидоры, кто-то по имени окликает знакомых покупателей.

Однако этим летом появились тревожные нотки: на рынке отремонтировали большой крытый зал, там повесили модные лампы и открыли фудкорт с 20 кафе. Посетителей пока нет, да и много ли найдется желающих поехать в Зюзино за хипстерскими бургерами, пян-се и фо бо? На торговых рядах в зале почти нет продавцов, слишком высокая аренда. Но к зиме в крытый павильон наверняка переберутся перекупщики. А что станет с моим любимым шумным уличным базаром? Замостят плиткой, как на Даниловском, и построят веранды? Боюсь худшего.

Оставьте москвичам последние настоящие рынки! Хипстерам уже хватит модных кафе и фудкортов.