Я родилась в Москве в семье инженеров-программистов. Работали на оборонку, занимались системами навигации. Помню, что вся квартира была завалена перфокартами.
Папин род имеет дворянские корни, а мама всегда была этаким хранителем семейных ценностей, чтобы все были вместе, поддерживали и заботились друг о друге, уважали труд других людей. В семьях Кайдановских нет разводов, мы празднуем серебряные свадьбы, любим собираться вместе на Новый год и все семейные праздники за городом. В семье всегда была традиция серьезные решения принимать вместе на семейном совете.
С детства нас приучали к тому, что за тобой большая семья, близкие тебе люди. И это очень помогает в нашем современном мире. Старший брат, тоже технарь, отучился в институте имени Баумана на ракетостроении, всегда принимал непосредственное участие в моем воспитании. В 7-м классе я перешла в профильную школу-лабораторию с математическим уклоном. В математическом классе я была одной из двух, кто по выбору сдавал в 11-м классе физику. Мне тогда хотелось поступить на физмат. Когда в 2000 году окончила школу, ни физика, ни инженеры никому не были нужны. И родители понимали, что раз у меня все хорошо с математикой, нужно идти в финансы, потому что всегда нужны люди, которые умеют считать деньги и представлять по ним отчеты. Я поступила в Академию бюджета и казначейства при Минфине России (сейчас она входит в Финансовую академию). Получив высшее образование, я успешно работала на должности заместителя главного бухгалтера, к 25 годам стала главным бухгалтером. Все думали, что это происходит по чьей-то протекции, но нет: просто я всегда много работала, занималась самообразованием и ловила удачу за хвост. Но год за годом, занимаясь бухгалтерией, начала задаваться вопросом: это все, что я хочу?
До того как открыли школу, я ничего не понимала в искусстве. Да, ходила на выставки, но оценивала картины эмоционально, те, что затрагивали какие-то струны внутри. Очень часто, видя произведения искусства, я не понимала, что это такое, думала про себя: какая-то фигня.
Если бы не моя близкая подруга Саша, школы бы не было. Однажды мы пили кофе и говорили о том, как было бы хорошо открыть какое-то дело вместе. Именно она предложила художественную школу. На мне административно-финансовая часть (я знала, как открыть и вести бизнес, распределять расходы, сводить балансы, работать с госорганами), на Саше — творческая, а преподавать у нас будут профессиональные педагоги.
В тот же я день открыла поисковик и начала прикидывать, где наша школа могла бы располагаться. Именно в этот момент на «Таганской» в сталинском доме с арочными окнами выставили в аренду помещение. Мы пришли его посмотреть: красивые окна были в двадцатилетней пыли, оставшейся еще со времен СССР, вокруг план-схемы, свернутые в рулоны документы. Мы все вычистили, сделали ремонт и 1 апреля 2014 года открыли здесь школу.
Название выбрали не случайно — Пикассо один из тех художников, кто создавал свои произведения в разных техниках, стилях, не боялся экспериментировать в разные периоды своей творческой жизни.
Изначально ставку сделали на взрослых, потому что чувствовали — у людей появилась необходимость в смене сферы занятий хотя бы ненадолго.
В то время начали появляться художественные мастер-классы, уже существовало несколько частных художественных школ, но их явно было недостаточно: нехватка мест, когда сидишь буквально спина к спине, одноразовость этих занятий. И если у человека возникало желание учиться, оставалось идти либо на курсы при университетах, либо в государственные художественные школы, где нет индивидуального подхода к ученикам. После открытия школы нам достаточно быстро стало понятно, что и родителям детей, которые хотят заниматься ИЗО, было бы очень удобно приводить их к нам в школу. И мы продумали программу для детей и подростков с академическим уклоном и индивидуальным подходом к каждому ученику.
Сейчас у нас в школе работает 18 детско-подростковых групп. Максимально восемь человек в группе, для них мы сами предоставляем все необходимые материалы, чтобы не загружать этим родителей.
У взрослых занятия проходят в формате свободной мастерской, то есть ученик выбирает педагога, который ему нравится, время, которое ему подходит. У детей программа более структурирована, есть специальные программы для подготовки в профильные колледжи и вузы.
Важно, что мы попали в ту струю, когда люди начали развивать себя — ходить на лекции, в музеи, заниматься своим ментальным здоровьем. Сейчас наши взрослые ученики зачастую те, кто рисовал в детстве, но в силу жизненных обстоятельств не имел возможности заниматься творчеством. И только достигнув какой-то степени свободы в своей жизни, решил вернуться к рисованию.
Профессиональные педагоги, индивидуальный график и комфортная, почти семейная атмосфера. На полочках детских групп бережно хранятся альбомы с работами каждого ученика нашей школы. Раз в год мы делаем выставку детских и подростковых работ, педагоги с учениками их отбирают, мы все красиво оформляем, приходят друзья, родители, мы награждаем трех победителей в каждой возрастной категории: младшая, средняя и старшая детские группы, две подростковые группы. Выбираем победителей голосованием и отдельно учредили награду «Выбор педагога», потому что, как показывает практика, не всегда сильная академическая работа выходит победителем, часто выбор эмоционален.
В коронавирусный период школа, как и другой малый бизнес, выживала. Формат удаленного обучения совсем не подходит для академической школы. Да, можно запустить мастер-класс, но подготовить ученика к поступлению в вуз, объяснять про перспективу, тени невозможно. Были мысли о том, чтобы закрыть школу. Саша в этот момент как раз окончила курсы по дизайну интерьеров, уйдя с головой в это направление. Мое воспитание, видимо, и та ответственность перед преподавателями, учениками, которую я чувствовала, дали стимул продолжить работать, несмотря ни на что. Я уже неплохо разбиралась не только в административно-финансовых вопросах, но и в творческих. Не скажу, что решение далось легко: в тот момент случился нервный срыв, еще и из-за туманных перспектив, связанных с пандемией.
А потом меня отпустило. Так важно быть причастной к радости людей, которые к нам приходят! И по рисункам детей, когда они выполняют задание нарисовать, например, свою маму, это всегда видно: все мамы всегда красивые! Потому что к нам в художественную школу приходят дети, у которых с родителями взаимопонимание. Часто родители приводят к нам интересующихся детей либо уже в подростковом возрасте, обычно между 11–13 годами, либо ребята приходят к нам сами, потому что у них не получается нарисовать тени, перспективу, не хватает базы.
Мы вступили в такую эру, когда многое может быть отдано ИИ. Очень рекомендую родителям, которые думают, что какие-то рисовашки или лепка, шитье не так и важны, дать возможность ребенку развиваться в этом направлении. Это сделает его счастливым, сделает счастливым людей вокруг.
Когда я росла, взрослела, стимулом для меня были мои родители. Они оба очень сильные личности, смогли в сложное перестроечное время в 1990-х годах поменять всю свою жизнь, не потеряться, начать с нуля. Отец выстроил сложное химическое производство, а мама стала очень крутым финансистом.
Сейчас я черпаю вдохновение в общении с моими подругами. Мне повезло: каждые пять лет рядом со мной появляются сильные личности, на которых хочется равняться.
Весь коллектив у нас женский, поэтому в один прекрасный момент мы придумали такой формат, как арт-девичник: чтобы была возможность прийти с подругами порисовать, пообщаться за бокалом вина в хорошей обстановке с интересными людьми, выдохнуть, освободиться от напряженности рабочей недели или домашней обстановки. Школа в обозначенное время в этот день закрывается. Мы заранее организуем кейтеринг (его можно организовать и самостоятельно), выбираем несколько тем для будущих картин, педагога. Всегда приятно видеть, как человек в это время перезагружается положительными эмоциями от друзей, атмосферы, стен, пропитанных за столько лет созидающей энергетикой.
Сезонно проводим пленэры на несколько часов в городе или выездные на несколько дней за пределы Москвы. Например, большую поездку в Ярославль я планировала так, чтобы ученики не просто приехали на пленэр, а с удовольствием и душевно провели время. Посмотрела отели, завтраки в отелях, куда я поведу обедать, через своих друзей нашла там знакомую владелицу винных баров, получила ее рекомендации по вкусным местам города. Приехала в Ярославль заранее, встречала учеников, привела в чудесное кафе, накормила вкусным завтраком. Все переключились и бодрые, веселые поехали писать картины.
Несколько лет назад делали пленэр в Грузии, и так получилось, что одна из учениц вышла там замуж. Если бы мы не продумывали все до мельчайших деталей, та ученица не пришла бы в тот ресторанчик, где встретила своего будущего мужа, и через три месяца не пришла бы к нам счастливая с новостью, что выходит замуж.
Если вспомнить, как все начиналось, я точно бы прошла через все не сомневаясь. Это дало мне личностное развитие. То, как я сейчас хожу на выставки, воспринимаю искусство, и как это было до открытия школы — это абсолютно разные подходы.
Если раньше мы с мужем любили из поездок привозить не магнитики и тарелочки, а картинки, которые так трепетно выбирали, то после того, как открыли школу, я поневоле начала разбираться в искусстве и поняла, что абсолютно любой, кто придет к нам, за три часа сможет нарисовать любую из тех картинок, которые мы когда-то привозили. И даже еще лучше!
Помню, как в 2019 году мы с мужем приехали в Париж на выставку «Пикассо. Голубой и розовый», которая проходила в музее Орсе и была посвящена ранним его произведениям, выставлялись и наброски. Тогда я поняла разницу между восприятием обывателя и подготовленного зрителя. На одном из набросков была видна линия женского тела — просто линия карандашом, изгиб, но какое движение сделала рука, просто проведя карандашом линию! Это именно то, что видит и чувствует человек, хоть немного разбирающийся в искусстве.
Чтобы все шло так, как ты планируешь, ты должен участвовать во всех процессах. Попробую ли я открыть школы в Москве еще? Год назад сказала бы «нет», сейчас отвечу, что мечтала бы это сделать через какое-то время. И у меня есть еще одна мечта — пожить в Петербурге. Возможно, открою нашу школу там тоже.
Конечно, возможность выставлять свои картины нужна любому художнику. Поэтому я бы хотела реализовать постоянную галерею произведений учеников нашей школы. Я вижу работы и понимаю, что нужно и важно, чтобы люди их видели. В Доме кино мы однажды делали временную выставку картин наших взрослых учеников. Сейчас пока нет финансовой возможности это повторить, но надеюсь, что со временем мне удастся осуществить и эту мечту.
Фото: Даниил Овчинников
Стать героем рубрики «Почему вы должны меня знать» можно, отправив письмо со своей историей на bk@moskvichmag.ru