«Частная жизнь» с Джоди Фостер пропагандирует очень французскую разновидность любви

У американского психотерапевта из Парижа Лилиан Стайнер (Джоди Фостер) не задался день. Давняя пациентка Пола (Виржини Эльфира) снова пропускает сеанс, зато заявляется без записи другой пациент, который сообщает Лилиан, что прекращает к ней ходить: за долгие годы терапии он так и не бросил курить, зато это получилось сделать за полчаса у гипнотизера (о нем позже).

Оказывается, Пола не то покончила с собой, не то ее убили, и Лилиан выгоднее склониться ко второй версии, иначе получится, что она не заметила у постоянной пациентки суицидальных мыслей, и, кроме того, причиной смерти стали выписанные ей антидепрессанты. Вдовец Симон (Матье Амальрик) и дочь покойной Валери более или менее агрессивно настаивают на первой версии, что тут же автоматически делает их (по очереди) подозреваемыми в глазах Лилиан. Психотерапевт, конечно, расстроена, причем настолько, что начинает сомневаться в правильности выбора профессии и — шире — правильно прожитой жизни в целом. Всего за пару дней она тоже сходит к гипнотизерше (Софи Гиймин), к сделавшему ее бабушкой сыну Жюльену (Венсан Лакост) и на прием к бывшему мужу-офтальмологу Габриэлю (Даниэль Отей) узнать, с какой стати у нее вдруг внезапно неконтролируемое слезовыделение, делающее ее похожей на плаксивую тряпку. Все это закончится очень по-парижски — вместо того чтобы сосредоточиться на расследовании убийства клиентки, Лилиан (и режиссер Ребекка Злотовски) поддадутся искушениям «города любви» и распылятся в его деталях и мелочах, вкусной еде и заразительных разговорах. И зрители даже не особо против — пока на экране Джоди Фостер (а это 99% экранного времени), фильм смотрится прекрасно.

Плюсы:

— «Частная жизнь» (в кинотеатрах с 19 марта) — редкий случай увидеть Джоди Фостер во французском фильме, а вернее, четвертый за полвека (остальные три — «Прекрати называть меня крошкой», 1977, «Чужой кровью», 1984 и «Долгая помолвка», 2004). Также для знаменитой актрисы это возможность отойти от голливудского жанрового шаблона. Сон, который видит ее Лилиан под гипнозом, можно назвать диким и способным прийти в голову только европейским сценаристам: во сне Лилиан видит себя в оркестровой яме во время немецкой оккупации рядом с покойной пациенткой Полой, которая беременна от нее (!), а дирижерская палочка в руках мужа Полы Симона превращается в пистолет. Кроме того, один из полицейских, работающих с нацистами, оказывается сыном Жюльеном, и потрясенная этими видениями Лилиан убеждает себя, что вот оно — объяснение, почему они с сыном никогда не были близки. Произошедшее за последние дни так сотрясает основы благополучной ежедневной рутины Лилиан, что она начинает переживать настоящий кризис идентичности. Хорошо, что сын и бывший муж, вдоволь нагулявшийся и готовый вернуться к Лилиан, рядом;

— детективный сюжет существует здесь лишь для того, чтобы заставить главную героиню начать жить по-настоящему;

— сильные чувства, которые могут испытывать друг к другу женщины в самых разных конфигурациях, родственных или профессиональных, — постоянная тема фильмов Ребекки Злотовски. В костюмном «Планетариуме» самыми сильными сценами оказываются те, где мы наблюдаем за отношениями двух сестер в исполнении Натали Портман и Лили-Роуз Депп, а в «Гранях любви» речь идет о привязанности главной героини к старшей дочери нового мужа. Когда Габриэль, бывший муж Лилиан, хвастается ей поступком, который кажется ему «умным», она его опускает на землю: «Ты никогда не был умен. Красив — да». Мужчины в фильмах Злотовски нужны для секса и достижения определенных целей, но не для близости, которая здесь возможна только между женщинами. Конечно, Джоди Фостер близка эта мысль;

— «Частная жизнь» полна ностальгии по Франции из фильмов Клода Шаброля и Клода Соте. Консервативная Лилиан записывает сеансы на кассеты (а так как они раритет, тратит на них кучу денег), а в роли психотерапевта Лилиан снялся знаменитый 96-летний режиссер-документалист Фредерик Уайзман, который умер буквально через пару дней после премьеры (он даст Лилиан дельный совет, но она, конечно, как это бывает с сапожниками без сапог, его не послушает). Вся тема с гипнозом напоминает фильмы Вуди Аллена (больше всего «Проклятие нефритового скорпиона» 2001 года). Иногда даже кажется, что женщины-интеллектуалки отменили Аллена, чтобы занять его место и снимать за него его фильмы.

Минусы:

— иногда в сценарии появляются намеки на дальнейшее интересное исследование темы врача и пациента, сохранения тайны и правды — например, когда Лилиан осознает, что доказательство убийства Полы — ее профессиональная тайна. Но Злотовски быстро уводит фильм с чисто хичкоковской территории в область милых чудачеств любви. Чужая трагедия становится поводом чуть ли не для романтической комедии. Когда жизнь так хрупка, давайте не тратить время на неприятные вещи, как будто говорит Злотовски, которая накручивает клубок проблем, чтобы в финале легкомысленно от них отвернуться. Так что начинаешь смотреть «Частную жизнь» как подражание Хичкоку, но получаешь посвящение не лучшему периоду Вуди Аллена. Хочется воскликнуть, как секретарша мэтра Роше в «Ищите женщину»: «Так кто все-таки убил Налестро?», но в ответ получить недоуменные взгляды: да какая разница?

Фото: «Про:взгляд»