Геннадий Устиян

«Незнакомая дочь» с Оливией Колман: чужой ад страшнее

2 мин. на чтение

Мэгги Джилленхол всегда была слишком хороша для Голливуда. Она не вписывается в привычные представления коммерческого кино о главной героине, поэтому, когда Кристофер Нолан пригласил ее сыграть подругу Бэтмена в «Первом рыцаре» в 2008-м, это говорило о некой зрелости режиссера — наконец у Человека-летучей мыши появилась девушка с печатью интеллекта на лице.

Казалось логичным, что Джилленхол наконец попробует перейти по другую сторону камеры. Экранизация одноименного романа Элены Ферранте «Незнакомая дочь» (на Netflix с 31 декабря) — дебют Джилленхол в качестве постановщика, и очень удачный, Ассоциация иностранной прессы в Голливуде тут же номинировала ее как лучшего режиссера года на «Золотой глобус» (не номинировав при этом, например, маститого Ридли Скотта).

Элена Ферранте своими романами прочно заняла нишу созвучной нынешнему времени «женской» прозы. Не только в том смысле, что она пишет «по-женски», но и из-за постоянного обращения к теме женской дружбы и материнства. В «Незнакомой дочери» 48-летняя главная героиня, преподавательница итальянской литературы в Гарварде Леда Карузо (как говорит играющая ее Оливия Колман, «само мое имя напоминает об изнасиловании») приезжает на греческий остров отлежаться на пляже и в тишине почитать Данте. Для Леды это явно долгожданный, необходимый для эмоциональной перезагрузки отдых — ей нужен тихий номер, полупустынный пляж, ну, может, мороженое, которое ей приносит услужливый работник курорта Уилл (Пол Мескал из сериала «Нормальные люди»), студент из Дублина. Для Греции здесь вообще много англоязычного народа — управляющего местными пансионами Лайла играет Эд Харрис, а уединение Леды нарушает шумная компания американцев, среди которых юная мать Нина (Дакота Джонсон) с маленькой дочкой Еленой.

Леда не может оторвать глаз от матери с дочерью, иногда ее внимание со стороны может даже выглядеть подозрительно и неприлично. Нина с Еленой явно напоминают ей о собственном прошлом, и тут начинаются флэшбеки. У молодой Леды были муж и две дочери, Бьянка и Марта, которых она бросила на три года, когда у нее начался роман с коллегой (его играет Питер Сарсгаард, муж Джилленхол). Желание профессионального признания и новый, понимающий ее мужчина оказались для Леды сильнее материнского инстинкта, и с этим чувством вины она живет до сих пор.

В популярной культуре материнство принято показывать безусловной жертвой, за которую мать обычно не требует награды или благодарности. Киногероини, нарушающие этот негласный обет и бросающие детей ради мужчины или карьеры, показаны в отрицательном свете — достаточно вспомнить, как семья осуждала героиню Мерил Стрип в «Рики и Флэш» (2015) Джонатана Демми за то, что она бросила детей ради выступлений по клубам с рок-группой. «Незнакомая дочь» обращается с этой темой бережно и комплексно, и тут вступает Оливия Колман, доказывающая, что ее «Оскар» за «Фаворитку» был не случайным. Камера под руководством Джилленхол высвечивает на лице Леды множество эмоций — от нежности и восхищения до одержимости и горя. Актеры, перешедшие к режиссуре, часто снимают несовершенные фильмы из-за отсутствия опыта, но как минимум выжимают из своих коллег первоклассную работу. Джилленхол и Колман переступают через очевидные ограничения «женской» прозы Ферранте (в фильме также изменен ставший открытым финал). Они сняли фильм о том, как ошибки прошлого мучают человека всю жизнь, которая в какой-то момент все же дает ему возможность освободиться от чувства вины — но требует за это очень высокую цену.

Подписаться: