Это мой город: актер Михаил Филиппов

Об удивительных соседях по Басманному району, легендарном павильоне «Пончики» в Останкино, привычке, которая сохранилась с детства, и о Манежной, когда она была площадью. А также о новых ролях.

Я родился…

На Миусах. Но в центре наша семья жила совсем недолго. Вскоре папе дали комнату в коммунальной квартире на Можайском шоссе (теперь это Кутузовский проспект), и мы переехали. От тех самых ранних лет воспоминаний осталось не так много: рыбки в аквариуме, общий балкон, где я любил играть, детский садик и сказка «Теремок», которую мы разыгрывали перед родителями. Я был совсем крохой.

Но и там мы задержались ненадолго. За свою жизнь я поменял очень много адресов. Научился не привыкать к месту. Так же легко расстаюсь с людьми…  Но тоскую по прежней Москве. Мое ощущение точно передает это стихотворение Булата Окуджавы:

Закрывают старую пивную.
Новые родятся воробьи.
Скоро-скоро переименуют
Улицу моей любви.

Сейчас живу…

Недавно мы с женой снова переехали, живем недалеко от площади Разгуляй. С удовольствием осваиваю чудные тихие переулочки Басманного района. У нас слышно, как звонят колокола в Елоховском соборе…  Вокруг замечательные соседи! Из окна виден домик Василия Львовича, дяди Пушкина. Каждое утро здороваюсь с ним. На Новой Басманной жил Петр Чаадаев, а на Старой Басманной Чехов поселил сестер Прозоровых.

Мне не хватает в Москве…

Не могу найти зеленый сыр — продавался такой порошок. Он был очень вкусный, им посыпали макароны, а можно было сделать бутерброд с маслом и посыпать этим сыром. Исчез бесследно вместе с золотом партии. Но что-то из таких примет прошлого сохранилось. Рад, что местным жителям удалось отстоять и спасти от закрытия знаменитую пончиковую у Останкинского пруда. Ей 73 года, столько лет на одном месте. Всегда туда приезжали за пончиками с разных концов Москвы, и сейчас очереди.

О любимых барах и ресторанах…

Таких нет в силу моей привычки перекусывать. Еще в детстве мама говорила: «Ее кусочничай!», я все понимаю, но ничего поделать не могу, продолжаю. Поэтому рестораны для меня значения не имеют. В свое время с моим любимым и дорогим Петром Наумовичем Фоменко мы чудесно сидели, беседовали и выпивали на скамеечке во дворе. Важно не где, а какая компания, атмосфера возникает сама.

Любимый район…

Весь исторический центр, Басманный, где живу сейчас.

Нелюбимый район…

Москва — моя мать, я люблю ее и жалею. И потому не могу сказать, что какие-то районы мне не нравятся. Скорее я назову их районами, которых я не знаю.

Давно мечтаю и никак не доеду…

В места детства и юности — Серебряный бор, куда мы школьниками ездили купаться, мне там очень нравилось, надо выбраться однажды.

Мое отношение к Москве менялось…

В молодости я был по-звериному привязан к Москве. Я обожал ее, был влюблен в нее. Когда уезжал, рвался обратно домой. Вот так я скучал по ней. Однажды пришел в какой-то дикий восторг от того, что я москвич. Даже помню тот зимний день, на солнце искрился снег…

Понимаю, что все неизбежно меняется, но скучаю по своей старой любимой Москве. Началось это давно, когда в 1990-е мы потеряли Манежную площадь. Москва всегда состояла из улочек-закоулочек, а Манежная была единственная такая — огромная, роскошная, когда я выезжал на нее, захватывало дух. Она обнимала. После реконструкции, появления фонтанов, торгового центра этот простор исчез. Но жаловаться — зачем? Это напоминает брюзжание божьей коровки под пятой слона.

Кроме работы и дома меня можно встретить…

Мы с женой ходим в театры, часто бываем в музыкальном театре имени Станиславского. В прошлом году специально выбрались в Петербург, в БДТ на «Холопов» Андрея Могучего — прекрасный, мощный спектакль. Стараемся бывать в музеях, среди любимых — Музей русского импрессионизма, их выставки отличает вкус, который я ценю, особенно в театре.

Но лучше всего я себя чувствую дома, где диван, торшер и шкаф с книгами.

Если не Москва, то…

В свое время я мечтал купить маленькую квартиру в одном из тихих городков недалеко от Москвы. Возможно, Переславль-Залесский. Или Суздаль, мы каждый год стараемся там бывать, в этот город я тоже влюблен.

Три года назад я перешел в Малый театр…

Признателен Юрию Мефодьевичу Соломину, в сложный для меня момент он, человек, с которым мы едва были знакомы, протянул мне руку помощи и пригласил в свой театр. Позже, когда мы чаевничали в его кабинете и разговаривали на самые разные темы, я понял: такие люди выходят из-под пера Чехова — благородные персонажи, как доктор Дымов.

Тогда же я подумал, в шутку, конечно: Михаил Иванович —сакральное для Малого театра имя, здесь работали Михаил Иванович Жаров и Михаил Иванович Царев. А когда я пришел, не было ни одного тезки с таким отчеством. И вот теперь, с моим приходом, Михаил Иванович снова в этих стенах.

До сих пор не приду в себя от мысли, что я работаю в Малом театре. И вы знаете, без лишних громких слов, это честь и радость огромная.

Я по-настоящему счастлив, когда прихожу сюда и вижу, с какой самоотдачей работают коллеги. Меня трогает такая преданность театру. Как все невероятно поддерживают друг друга. И мастерски делают дело, которому себя посвятили! Такого отношения я не видел, пожалуй, нигде.

В Малом я играю в двух спектаклях — Сальери в «Маленьких трагедиях» и Собакевича в «Мертвых душах». Мне нравится наше сотворчество с режиссером Алексеем Дубровским.

В театре Маяковского выхожу в спектакле «Кант» в постановке Миндаугаса Карбаускиса. Недавно художественный руководитель Егор Перегудов предложил принять участие в постановке чеховской «Скучной истории». Спектакль выпустил петербургский режиссер Денис Хуснияров, с Евгенией Симоновой и со мной. Это первая наша совместная работа с Денисом, и мне она доставила большую радость. Спектакль непростой для зрителя, но театр и не должен развлекать.

Из театра Маяковского в 2023-м я ушел спокойно и сам, не хлопая дверью. Он остался внутри меня, я помню все и благодарен за пятьдесят лет службы в нем. Не все годы были счастливые, но это судьба любого актера.

Фото: Persona Stars