Сарафанное радио и энтузиазм: как малый бизнес адаптируется к миру без мобильного интернета

Новый цифровой режим, в котором оказалась Москва с марта, обсуждают даже бабушки у подъезда: ни заказы получить в уже привычных у дома пунктах выдачи маркетплейсов, ни связаться с курьером, который везет продукты и плутает без связи в поисках нужного подъезда. «Москвич Mag» спросил у владельцев и руководителей мелких компаний, насколько сильно их дело потеряло в выручке за прошедший месяц. Оказалось, что у бизнеса есть проблемы и посерьезнее, чем перебои со связью. Мебельный салон Valcucine находится недалеко от Министерства обороны на Фрунзенской набережной, и проблемами со связью их не удивить. Управляющий Владимир объяснил, что их кухни, диваны и столы делают на итальянской фабрике. Процесс небыстрый, никто никуда не спешит, поэтому проблемы с интернетом для них почти не заметны. «Не сегодня клиент внесет предоплату, так завтра. Мы как работали, так и работаем. Единственное, что действительно создало небольшие сложности — это замедление работы мессенджеров, через которые отправляли проекты на согласование. Поскольку клиенты часто приходят к нам через архитекторов, через них связь и держим. Архитектор может приехать, все рассчитать, выяснить и отправить клиенту проект напрямую. Если связи нет — из другого района Москвы, где ловит». И добавляет, что отсутствие связи в марте было столь кратковременным, что они его и вовсе не заметили. Рядом с салоном — «Ферма кафе». Ничего необычного: кофе и выпечка. Управляющая Ноза, вспоминая мартовские отключения, рассказала, что были дни, когда касса не подгружалась часа полтора — не работал эквайринг «Сбера» и Т-Банка. «Все платили наличными, в кассе мы пробить позиции можем и без связи, чеки должны уйти в налоговую в течение 30 дней. Настолько долго пока не отключали. Даже лучше, когда оплата наличными, ведь с недавних пор к сумме, которую банк снимает за эквайринг, прибавили НДС, наличными же эти проценты банку мы не платим. То есть от отключений связи скорее страдают банки». Чтобы сделать заказы у поставщиков, Ноза в те дни уезжала в район Университета. «Ненадолго поменяла место дислокации — одно кафе на другое, — шутит девушка. — Это не проблема. С доставкой мы не работаем, в период отключения, вероятно, с ней были бы сложности». Владелец «Ферма кафе» Владимир открыл эту кофейню года три назад, значительно дольше он держит другую кофейню «ФермаДома» в этом же районе — в доме на углу Фрунзенской набережной и 3-й Фрунзенской. «Мы живем на проходимости, — сказал он мне. — В основном заходят те, кто приезжает гулять в Лужники и по набережной. И в марте, когда случались перебои со связью, никто в район гулять не приезжал. Люди не могли доехать, уехать. У нас вайфай работал, были случаи, когда забегали, чтобы такси вызвать, но тут настроение не для кофе, люди нервничали. Сложно ответить, сказались ли на выручке помехи с интернетом, потому что сейчас и так просадка. То ли проблема со связью повлияла, то ли общая экономическая ситуация: точные выводы можно делать только в конце летнего сезона. Связь наладили, но если подобное повторится, придется усиливать работу роутера: сейчас мы платим 3,5 тысячи в месяц, будем платить 10 тысяч. Скажется на ценах, не уверен, что гостям это понравится. Покупательская способность снизилась, подняли налоги — НДС с 20% до 22%, это потянуло за собой повышения — поставщики и арендодатели подняли цены, не знаю, как будем выживать. Перебои со связью — это не трагедия, у бизнеса есть проблемы и посерьезнее». Будто в подтверждение слов Владимира вспомнилось, что кафе «Дом 34», которое открывали несколько лет назад на моих глазах с большим энтузиазмом и надеждой на успешную кофейную жизнь, продали в конце марта. Новые хозяйки Наталья и Ксения с 1 апреля еще не ощутили на себе проблем из-за отсутствия связи и всех сложностей малого бизнеса. Только думают, чем посетителей удивлять. Управляющие крупных сетевых продуктовых магазинов — «Азбуки вкуса», «ВкусВилла» и «Дикси» — только руками развели: «Были несколько дней проблемы со связью, но длилось это несколько часов. Вы серьезно думаете, что за пару часов в месяц будут крупные убытки? Покупатели все понимали, подготовились, оплачивали наличными». Представитель «Азбуки вкуса» Илья сказал, что их кассы могут пробивать все товары, даже маркированные, вне связи, единственное, что не смогут продать без интернета — это акцизный алкоголь. Максим, управляющий одного из магазинов «Дикси», объяснил, что продукты такой товар: не работает терминал — жители вернутся за продуктами через несколько часов. «У некоторых банков по картам проходила оплата через СБП, у бабушек всегда наличные, — добавил он. — С поставщиками проблем нет: наши логисты сами отслеживают продажи, присылают товар, который заканчивается, мы только раскладываем. Даже если и были просадки в марте, для сети это капля в море». Во «ВкусВилле» мне показали на внушительного размера черную коробочку — модем. «Вот, усилили связь, чтобы ловило лучше», — сказала управляющая Юлия. Удивились и в нескольких аптеках района — ответ был тот же: «Проблемы с эквайрингом длились пару часов всего несколько дней за месяц, либо наличными платили, либо покупатели уходили, но возвращались позже». Никаких проблем не ощутили в своей работе и в гостинице «Юность» на «Спортивной». Молодой человек, который не представился, а лишь спросил: «Вы ждете руководителя?», сказал, что место у них удивительное — когда везде сети не было, у них и связь была, и интернет. В одной из точек «Химчистки №1» администратор невозмутимо ответила: «Никаких проблем в марте и сейчас. Даже с эквайрингом». Кудрявый управляющий барбершопа «Культ» только улыбнулся: «У нас проблем с клиентами нет, потому что связь держим через звонки, никакой просадки за прошлый месяц». Илона, администратор небольшого магазина лакокрасочных материалов, название которого она попросила не называть, рассказала, что их бизнес значительно ощутил на себе перебои со связью: «Мы потеряли от выручки около 30% за март, на столько же замедлились наши рабочие процессы. В основном из-за доставки. Курьеры не могли связаться с клиентами, а они — с нами. Из-за проблем с мессенджерами мы принимали заказы, а оформляются они через бот, с опозданием, клиенты отказывались. Будем думать, как в новой реальности рабочие процессы оптимизировать». Приятная администратор салона красоты «Ф7» Маргарита посетовала, что из-за проблем с интернетом не открывались онлайн-карты, клиенты не могли найти салон, не работала реклама, оплаченная на онлайн-картах: «Привычные мессенджеры, через которые мы записывали гостей, теперь недоступны, не все хотят устанавливать новые, люди очень консервативны. Если мастер заболел и задерживается, надо предупредить, а наши сообщения не доходят, не все отвечают на неизвестные номера. Люди мечутся, приходится думать о простых СМС. Плохо работает интернет — хуже коммуникация с клиентами. Те, кто ходит к своим мастерам, ходить будут, но нам надо и новых клиентов привлекать! Был момент, когда и звонки не работали. За месяц количество клиентов значительно снизилось. Постричься часто нужно быстро, а если мы не отвечаем — клиент уходит в другой салон. Сейчас работаем над тем, чтобы улучшить наши программы по оповещениям, но если мобильная связь работать не будет, останемся без клиентов вообще». Управляющий ресторана «Вино и другие лекарства» Дмитрий охотно объяснил, что из-за проблем со связью сильно замедлились рабочие процессы: «Привык все решать быстро, напрягает, что то мессенджер не работает, то связи нет. Приходится дольше времени тратить на общение с поставщиками, логистикой. Мы ценим наших клиентов и их время, и когда висит терминал, нам приходится извиняться, просить подождать и снова подходить с оплатой. С марта такие проблемы часты. Все это сильно бьет по репутации бизнеса, даже если вина не наша. Брони принимали через чат-бот. Связи нет, вовремя не ответили — клиент ушел к конкурентам. Будто откатились на несколько лет назад в сервисе, а хотелось бы развиваться. Выручка упала, но итоги подводить рано. К нам многие стали приходить с наличными, вот от этого бизнесу только лучше. Да и сам я закрыл свои банковские счета, это моя личная позиция». Маленький цветочный магазин «Кливия» существует уже десятки лет. Место в торце дома, не самое проходимое. Я решаю купить веточку сакуры — как раз сезон. Владелица магазина Марина разбирает поставку с сотрудниками: «Мы пережили за десятки лет не один кризис. Как? Не знаю. У нас нет сайта, нет соцсетей. Мы от этого не зависим. Единственное, наверное, упоминание в онлайн-картах, как и у любого бизнеса в Москве. Пока все вкладывались в развитие соцсетей, я выстраивала коммуникацию с клиентами. Сарафанное радио — самый надежный способ и, похоже, на все времена. Работаю с поставщиками годами. До сих пор продают гвоздики по старой цене, за ними бабушки приходят много лет — одной 99 лет, другая приезжает из Одинцово. Я просто не имею права поднять цены. А вы же за сакурой? Девочки, сделайте Маше скидку 20%». Зашла в пункт Wildberries, там уже много лет работает Елена: «В марте у нас были проблемы с проводным интернетом: ни заказы открыть, ни отпустить. Клиенты стояли и терпеливо ждали, один человек ушел. Я быстро сообразила раздать интернет с мобильного. Да, из своего кармана заплатила, но что делать! Хорошо, что это длилось часа полтора. Больше никаких проблем. Знаете, у меня еще вторая работа есть, в ТЦ в Черемушках, и по сравнению с прошлым годом число покупателей сократилось процентов на семьдесят — вот где серьезная проблема». В соседнем помещении маленькое ателье. Администратор пожаловалась, что из-за замедления связи оплата по терминалу не проходит, наличные не у всех, клиентов меньше. «Те, кто говорит, что проблем у бизнеса из-за плохой работы связи нет, немного лукавят. Сейчас то, что мы годами создавали, рушится. Это очень больно». Рядом стоял дедушка, опираясь на палочку. К нему вышла швея, в руках — ветровка. Как я поняла, сломался бегунок. Бегунок, который я тысячу раз чинила сама, это не сложно. «У вас очень непросто пришита молния, тут только менять: новая молния и работа. С вас 6500». Дедушка вздохнул: «Хорошо». Взял в другую руку палочку, из кармана куртки достал кошелек, отсчитал в нем деньги и протянул их трясущейся рукой. Фото: Дима Жаров