Почему вы должны меня знать: основатель бренда Odor Никита Калмыков

Я родился в Республике Татарстан, в маленьком старом купеческом городке Мамадыш, а рос на родине КамАЗа — в Набережных Челнах. С 5 лет пошел в музыкальную школу, где играл на виолончели и фортепиано, а позже сконцентрировался на живописи — окончил в 17 лет художественную школу. Если музыкальная школа была выбором родителей, то художественная — уже моим. В самом раннем детстве я вообще мечтал стать продавцом сладостей, чтобы у меня был к ним безлимитный доступ. А что продавать их не обязательно, чтобы постоянно потреблять, я понял позже.

Маленьким увлекался всем, что можно делать руками — бумажные елочные игрушки, рисование, аппликации и т. д. Любил собирать красивые пуговицы и кусочки тканей — это были мои сокровища. Все детство вокруг меня было много книг об искусстве, альбомы с живописью старых мастеров и масляные холсты, потому что моя мама по профессии искусствовед и художник. Из любимых альбомов помнятся «Художники русского театра» — такая старая объемная книга из маминой коллекции. Также большеформатный альбом с работами Кустодиева и, наверное, факсимильное издание «Азбуки Бенуа». Отец тоже постоянно из дерева вырезал и собирал украшения по эскизам мамы, вырезал шкатулки и доски, которые мама расписывала. Поэтому мой путь был предопределен. Уже в старших классах, имея академическую базу, мне нужно было только определиться с направлением — я рассматривал художественную керамику и станковую живопись. Но остановился на моде, увидев кутюрный показ Гальяно для Dior — и это оказалось самым сильным тогда моим впечатлением. Я понял в тот момент, что хочу делать одежду, хотя раньше об этом не задумывался. Периодически я видел по телевизору какие-то показы, но они меня особо не вдохновляли, а в коллекции Dior осень-зима 2009 авторства Гальяно сложилось все в такую большую красивую картинку — и музыка, и вся такая чуть театральная кутюрная одежда. Решил, что буду поступать на моду. В Москве учиться у меня был вариант только на бюджете, поэтому я долго готовился, чтобы поступить на бюджетные отделения сразу в Московский государственный университет дизайна и технологий (сейчас — РГУ им. А. Н. Косыгина. — «Москвич Mag») и МГПУ. Выбрал МГУДТ и не пожалел — именно там в тот период была и сильная академическая школа, и большой опыт в выбранном направлении. Уже на третьем курсе я проходил свою первую большую практику в бренде Леонида Алексеева, до сих пор испытываю к нему огромную благодарность и считаю его своим наставником. Я просто рассылал всем свои рисунки и портфолио, и он проявил свой интерес и дал шанс. Мы делали и макеты аксессуаров, и что-то экспериментальное — я постоянно взаимодействовал с цехом, с портными, с технологами, сам шил на машинках. Я все время непосредственно занимался конкретными вещами, которые создавал руками. Тогда это была самая ценная практика, потому что когда я ее искал, я отправил свой запрос совершенно всем русским дизайнерам, которые на тот момент существовали. И несколько мне ответили — они предлагали такую расхожую практику, когда ты носишь кофе, выполняешь какие-то административные дела, просто на которых нет времени у дизайнера или у команды. И только Леонид предложил действительно практику, которая была нужна.

Сразу после окончания университета в 2015 году моей первой работой стал бренд Sultanna Frantsuzova — с Султанной я тоже до сих пор общаюсь и ценю все, чему она меня научила. Наше сотрудничество продлилось совсем недолго, буквально полгода, я очень много там стилизовал — мои стилистические навыки пошли оттуда. Так как на тот момент она была большим функционирующим массмаркет-брендом, у меня навыков выпуска понятных хитов еще не было, поэтому я занимался более творческой экспериментальной работой. Я оформлял витрины ее магазинов, на тот момент около трех-четырех штук, и каждое утро ездил менять манекены. Отчасти можно сказать, что именно эти дизайнеры меня открыли.

Дальше случилась работа с Ульяной Сергеенко — мы проработали четыре года. Я отвечал за круизные коллекции. В каждой коллекции был огромный ассортимент — и одежда, и ювелирка, и аксессуары. И было невероятно работать, потому что любая идея воплощалась в жизнь, не было никаких «нет». Я очень благодарен всей команде.

Самым правильным моим решением было никогда не прекращать свой проект Odor, первой коллекцией которого была моя дипломная работа. Концепция бренда зародилась на последнем курсе университета. Я проходил практику в Берлине и тогда увидел множество барахолок, как люди классно стилизуют вещи, найденные в секондах, и начал собирать отдельные отрезы тканей, фурнитуру, из которых и сделал свою первую коллекцию.

Первая самая дорогая и масштабная съемка случилась в Израиле в нескольких городах с местным известным фотографом Микаэлем Лиани. С этой коллекцией случилась моя первая большая победа, когда эту съемку опубликовали международные журналы, а нью-йоркский Wolfy даже в печатной версии на шести разворотах. С тех пор мои коллекции собираются из винтажных материалов, которые я тщательно отбирал во всех своих поездках, и главная сложность сейчас в том, что эти поездки стали реже и поиск материалов труднее.

Работая на разные бренды, экспериментируя со стилями и архивами, я оттачивал собственную концепцию. У меня никогда не было инвестиций, поэтому все первые коллекции давались с трудом — я занимал деньги, придумывал, как адаптировать материалы, всегда думал о практичности вещей. Для применения сложных антикварных элементов и тканей нужны большие ресурсы для ресерча. Хочется, чтобы каждая созданная мною вещь была коллекционным объектом, предметом искусства, которым хочется обладать и бережно его хранить. Я делаю все сам. Единственное, у меня есть партнеры, которые помогают мне сшить какие-то сложные вещи — одно небольшое производство, которое мне отшивает маленькие тиражи.

В планах бренда пока нет глобального расширения или открытия магазина. Мне все еще хочется больше экспериментировать с материалами, больше находить антиквариата, который можно встроить в одежду, и производить коллекционные вещи, чтобы люди хотели ими обладать и даже не всегда, может быть, носить. В планах поработать с европейскими дизайнерами, с альтернативными или, может быть, даже с домами моды.

Я всегда стремился создать вокруг себя комфортную гедонистическую обстановку, где ты спокойно работаешь, живешь, любишь, и никто тебе в этом не мешает. В ближайшем будущем хотелось бы найти это место, найти это время и не зависеть ни от каких мешающих обстоятельств, а только творить и развиваться.

Фото: Даниил Овчинников