, 5 мин. на чтение

Томас Дворжак: «Москва — пешеходный город»

, 5 мин. на чтение
Томас Дворжак: «Москва — пешеходный город»

Экспериментальная лаборатория Magnum Photos в Москве

Три фотографа из самого известного в мире фотоагентства Magnum, основанного в 1947 году в Париже Анри Картье-Брессоном, в течение двух недель снимают Москву и москвичей для спецпроекта Magnum Live Lab/19 при поддержке «Москвич Mag». Результат работы покажут на выставке в Зарядье в начале февраля.


Москва 28.01—09.02

Парк Зарядье, Павильон Купол
Ежедневно
16:00—20:00


Томас Дворжак две недели собирал материал для московской выставки экспериментальной фотолаборатории Magnum Live Lab/19, но на самом деле Россию он снимает уже 27 лет. Наши фиксеры Инна Дулькина и Русина Шихатова не отходили от него во время проекта.

В Москве Томас Дворжак чувствует себя уверенно и свободно. «Это раньше, еще в 90-е, тут можно было поскользнуться на льду и сломать ногу. Сколько раз я, бывало, падал! Теперь тут все по-другому. Улицы очень хорошо чистят», — отмечает он, бодро шагая по Якиманке.

В первый раз в Москве этот уроженец Баварии оказался в 1991 году. «Жил в коммуналке на Патриарших, ел каждый день гречку — меня соседи угощали, неудобно было отказываться», — вспоминает он. «Макдоналдсу» на Пушкинской, который тогда только открылся, Томас радовался не меньше, чем москвичи. «Частенько туда захаживал, — признается он. — Рестораны в Москве в то время были очень дороги».

Как только Томас окончил школу, он отправился путешествовать по миру. «В моей родной баварской деревушке было очень-очень скучно, — рассказывает он. — Казалось, единственное, что могло изменить ту устоявшуюся жизнь — это Апокалипсис, но его все не случалось, поэтому я решил убраться оттуда подобру-поздорову».

В самом начале 90-х можно было прийти в любое место, договориться и фотографировать. Потом началось. А где ваша аккредитация? А пришлите нам факс!

Родители Томаса — чешские немцы. После войны они переселились в Баварию. «Никогда не мечтал о Восточной Европе, — доверительно сообщает Томас. — Никогда меня туда не тянуло. Но вот, сам не знаю как, я здесь оказался». Тогда, в Москве начала 90-х, Томас начинает заниматься фотографией, но в то время иностранных фотографов в городе очень много: Россия в моде, найти оригинальную тему не так просто. Кроме того, бюрократия, которая, казалось, исчезла навсегда, вновь стала обретать былую силу. «В самом начале 90-х можно было прийти в любое место, договориться и фотографировать, — вспоминает Томас. — Всем было все равно. Потом началось. А где ваша аккредитация? А пришлите нам факс!» Но Томас не работает в офисе, и факса под рукой у него нет.

© Томас Дворжак / Magnum Photos Magnum Live Lab, Москва, 2019

Тогда, в 90-е, он уже подумывал вернуться домой, но тут на каникулах случайно оказывается в Абхазии. Кавказ ошеломляет. Томас понимает, что должен остаться и исследовать эту территорию. «Мы ведь совершенно не знали там у себя в Европе, что Кавказ такой сложный и разнообразный, что там живет столько разных народов, — объясняет он. — Там в то время происходили очень важные события. Я понял, что обязан остаться и снимать все, что вижу».

Абхазия, Грузия, Дагестан, Чечня, Армения, Азербайджан…  В 90-е Кавказ полыхает. «Война отвратительна, — заявляет Томас. — Там страшно и противно. Увидев, как все происходит на самом деле, я только укрепился в своих пацифистских убеждениях».

Когда утихнут боевые действия, Томас останется в Тбилиси на десять лет, научится безупречно говорить по-русски с легким грузинским акцентом и делать фотографии, которые надолго остаются в памяти. «Главное не продвинутая техника, главное — огромное желание снимать, — утверждает Томас. — Снимать, потому что не снимать ты не можешь».

Томас никогда не учился в фотошколе. «Фотографу не всегда полезно погружаться в альбомы других авторов, смотреть много чужих фотографий. Эти знания могут сковывать, мешать самовыражению», — полагает он. Томас признается, что терпеть не может фейсбук, но много времени проводит в инстаграме. «Мне это скорее мешает, чем помогает, — признается он. — Утрачивается свежесть взгляда».

Никогда не любил большие фотоаппараты… С ними ты тут же обращаешь на себя внимание, это только мешает.

«Научиться хорошо фотографировать можно, только постоянно фотографируя, — рекомендует Томас. — Я знаю немало фотографов, которые, на самом деле, не любят фотографировать, для них это просто работа. Мне сложно их понять. Для меня это образ жизни». Сам Томас, кажется, никогда не расстается со своей миниатюрной фотокамерой. «Никогда не любил большие фотоаппараты, — отмечает он. — Они тяжелые, их нужно таскать в специальной сумке, с ними ты тут же обращаешь на себя внимание, это только мешает». Томас убежден: чтобы сделать хороший кадр, нужно, чтобы люди, которых ты снимаешь, забыли о твоем существовании. Фотографу лучше быть незаметным. «Я намеренно жертвую качеством снимка ради незаметности камеры», — признается он.

© Томас Дворжак / Magnum Photos Magnum Live Lab, Москва, 2019

Томас, как охотник в шапке-невидимке, выслеживает своих героев. Вот полицейские вышагивают по Манежной, вот студенты на занятиях по английскому загадывают друг другу загадки, вот писатель рассказывает публике о поэтике Достоевского — где бы Томас ни находился, для него главное — потеряться, слиться с толпой и из-за чьего-то плеча поймать тот самый кадр. «Я не снимаю постановочные фотографии по этическим соображениям, — объясняет он. — Ведь так я бы обманул своего зрителя».

Москва сама по себе — как большое кино. Как будто за каждой аркой разыгрываются сценки одной большой увлекательной истории.

Для московской выставки экспериментальной фотолаборатории Magnum Live Lab/19 Томас Дворжак составил длинный список мест, в которых он хочет снимать: парк, ЗАГС, строящееся метро, аэропорт, и еще 36 мест, где происходили важные события из фильма «Я шагаю по Москве». Одно из ключевых произведений оттепели вдохновило Томаса на оригинальный фотопроект: разобрать кино на цитаты и попытаться услышать голоса юношей и девушек из 1963 года в Москве 2019-го. На выставке каждый кадр Томас сопровождает цитатой из фильма.

Вот дворник подметает лепестки роз на тротуаре у Грибоедовского ЗАГСа. И надпись: «— А кто это? — Полотер. — Умный очень. — У! Я сам его боюсь». А вот юные туристки из Китая обнимают полицейского на Никольской, который только кажется суровым. И рядом цитата: «— Он, он лошадь рисовал! Держите его!»

Зимнюю Москву Томас снимает с совершенно весенним настроением. Москвичи на его фотографиях катаются на каруселях, едят мороженое, купаются в бассейне, танцуют вальс и обмениваются обручальными кольцами. И совершенно не удивляешься подписи «А просто летний дождь прошел, нормальный летний дождь» под фотографией москвички, запорошенной снегом. Снег? Дождь? Какая разница! Главное, что люди радуются. «Я очень люблю эту песню из фильма, — отмечает Томас. — Постоянно ее напеваю, когда фотографирую».

Томас признается, что в его родной Германии лирическую комедию Георгия Данелии мало кто видел. «У нас показывали либо Эйзенштейна, либо советские пропагандистские фильмы. А кино про обычных людей, про жизнь, про любовь не показывали вовсе. Своим проектом я в какой-то степени хочу заполнить этот пробел, — объясняет фотограф. — А еще я выбрал этот фильм, потому что всякий раз, когда приезжаю в Москву, я всегда очень много хожу».

По мнению Томаса, Москва — пешеходный город, и всегда такой была. «Мне всегда здесь было комфортно передвигаться, даже вдоль больших проспектов, тут всюду жизнь, везде происходит что-то интересное». Москва сама по себе — как большое кино. Как будто за каждой аркой разыгрываются сценки одной большой увлекательной истории, где слон, появившийся во дворе — часть сюжета. «Мой проект не стоит воспринимать слишком серьезно, — советует Томас. — Это всего лишь веселая игра, повод лишний раз улыбнуться».

Выставка Magnum Live Lab/19 открыта в павильоне «Купол» парка «Зарядье» до 4 марта.

Фото: Олег Никишин