«Не центристы, не левые, не правые»: смогут ли «Новые люди» покорить Москву?

01.04.2026

14 мин. чтения

Первые среди вторых

Согласно данным аналитического центра Всероссийского центра изучения общественного мнения (ВЦИОМ), в середине марта электоральный рейтинг «Новых людей» вырос до 10,7%. По версии государственной социологической службы, это рекордно высокая цифра за весь период существования партии. Она оказалась второй после теряющей проценты «Единой России» (ее рейтинг по состоянию на 15 марта был 30,6%), обойдя ЛДПР (9,7%), КПРФ (9,2%) и «Справедливую Россию» (5,3%).

«Рост рейтинга — это не случайность и не эффект новизны, — говорит в беседе с “Москвич Mag” зампред партии “Новые люди”, депутат Мосгордумы Александр Даванков. — Это реакция людей на конкретные дела. Мы не обещаем, мы делаем: защищаем дворы, добиваемся решений по транспорту, поднимаем темы, которые реально волнуют людей. Когда политика перестает быть телевизором и становится сервисом — люди это чувствуют. Шанс стать второй партией есть. Но мы не гонимся за цифрами ради цифр. Наша задача — стать партией номер один по доверию. А места в Думе — это уже следствие».

Директор Центра развития региональной политики Илья Гращенков в беседе с «Москвич Mag» полагает, что рост рейтинга «Новых людей» связан с «ростом актуальности их повестки»: «На съезде [5 марта 2026 года] в Петербурге “Новые люди” объявили, что будут выступать против запретов, за здравый смысл, нормализацию и возвращение к нормам Конституции. На этом фоне, когда “по закону” стали отключать интернет, блокировать Telegram, когда замаячила перспектива остаться даже без VPN, то возник вопрос: “А кто все эти законы тогда пишет?” Упали рейтинги партий, которые постоянно что-то запрещают — ЛДПР, “Единой России”, “Справедливой России”. И, соответственно, стал расти рейтинг антизапретительской партии. <… > Это не протест против власти, а предложение корректировать курс таким образом, чтобы были представлены интересы тех социальных групп и слоев, которым важно иметь доступ к интернету и альтернативы».

Говоря о гипотетическом втором месте «Новых людей» в Госдуме по итогам выборов в сентябре, Илья Гращенков рассказал о принципах формирования парламента и о необходимости «отличать партию и фракцию»: «Когда мы говорим про рейтинги партии, то “Новые люди” действительно [по данным ВЦИОМ в середине марта] вышли на второе место. Но по итогам выборов в Госдуму фракции формируются по смешанной системе — наполовину из списочников, наполовину из одномандатников. Поэтому у “Единой России” депутатов пропорционально больше, чем они набирают по рейтингам: львиная доля одномандатников, которые попадают в парламент, — это представители “ЕР”. Скорее всего, в этом году на выборах в Госдуму по некоторым одномандатным округам победят и представители “Новых людей”. Но не факт, что это позволит им сформировать фракцию, которая будет больше, чем у КПРФ или ЛДПР. Скорее всего, даже став вторыми по рейтингам, по общему числу депутатов “Новые люди” будут иметь примерно столько же депутатов, как и у других партий системной оппозиции. Конечно, нельзя исключать, что от “Новых людей” пройдет больше одномандатников, но это, как правило, люди с собственным рейтингом, когда избиратели голосуют за персону, а не за партийный бренд».

Политолог и социолог, руководитель аналитического центра партии «Яблоко» Иван Большаков придерживается более скептического мнения: «Чтобы уверенно говорить о перспективах второго места на выборах, нужно смотреть на рейтинг партии на нескольких выборках и довольно продолжительный отрезок времени. Если же мы обратимся к данным ВЦИОМ, опубликованным неделей раньше и неделей позже того самого опроса, мы увидим, что “Новые люди” либо уступают ЛДПР, либо делят с ней второе место (данные ВЦИОМ от 22 марта говорят, что электоральный рейтинг “Новых людей” составляет 10,4%, а сама партия опустилась на третью позицию после ЛДПР с ее 10,7%. — “Москвич Mag”). Таким образом, нашумевший опрос ВЦИОМ пока отражает лишь особенность текущего момента, связанного с общественным недовольством блокировкой Telegram, а не отчетливую электоральную тенденцию».

Политолог Михаил Виноградов в разговоре с «Москвич Mag» полагает, что шансы «Новых людей» будут зависеть от того, «удастся ли создать у их потенциальных избирателей ожидания от выборов»: «Социальная база “Новых людей” определенно не меньше, чем у ЛДПР и “Справедливой России”, но избиратель более скептичен и на сегодня у него нет завышенного ажиотажа от выборов (да он и не знает об их проведении)». Также он отметил, что в Москве, как и в других больших городах, социальная база у «Новых людей» выше, но озвученная проблема остается, хоть эта партия и «считает себя своей для избирателей, без восторга воспринимающих сверхрадикальную риторику и эстетику 2020-х годов».

И тут действительно интересно, как поддержка партии в Москве с более свободолюбивыми гражданами, чем в глубинке, отличается от провинциальной. Впрочем, представители «Новых людей» пытаются доказать, что они против территориального неравенства страны. «Москва — это всегда чуть быстрее, чуть требовательнее. Здесь выше конкуренция идей, выше запрос на результат. Но важно другое: в крупных городах по всей стране люди начинают мыслить одинаково — им нужны удобные сервисы, честные правила и нормальная городская среда. Разрыв между Москвой и миллионниками сокращается. “Новые люди” как раз про это — про современную политику без деления на центр и периферию», — говорит Александр Даванков.

Иван Большаков объясняет, что в Москве у «Новых людей» более высокая социальная база, потому что здесь «больше всего концентрация бизнесменов и студентов — тех групп, на которые опирается эта партия». Однако, отмечает собеседник «Москвич Mag», в городе также сильны позиции «Яблока» и КПРФ, которые конкурируют за средний класс и протестный электорат. «[Первый зампред партии “Новые люди”] Владислав Даванков занял четвертое место на последних выборах мэра Москвы. На президентских выборах 2024 года он действительно вышел здесь на второе место. Но этот результат был обеспечен общественным запросом на антивоенного кандидата, которым себя пытался выставить Даванков после отказа Григория Явлинского от участия в выборах и неудавшейся попытки участия в выборах Бориса Надеждина. Однако стоит напомнить, что сразу после подсчета голосов на встрече с Владимиром Путиным Даванков публично выступил в поддержку СВО. Повторить такой трюк еще раз вряд ли получится», — уверен Большаков.

Илья Гращенков в свою очередь уверен, что из-за более высокого рейтинга партии в Москве, Петербурге и других крупных городах вроде Новосибирска и Екатеринбурга «Новые люди» на думских выборах «могут получить больше, чем в целом по стране, и это даст значительный прирост к результатам партии именно из-за количества людей, здесь проживающих».

«Если в целом по всей России рейтинг “Новых людей” составляет около 10%, то в Москве он может превышать 20%, тогда как рейтинг “Единой России” — опуститься ниже 30%, — полагает Гращенков. — Поэтому [на выборах в Госдуму между “Новыми людьми” и “Единой Россией” в городах-миллионниках] даже возможна борьба за первое место, если запретительные меры продолжатся, интернет будут то включать, то выключать, а объяснять ничего не станут. В таком случае “Новые люди” станут единственными защитниками москвичей, которые привыкли платить через терминалы картой, пользоваться навигаторами и общаться в мессенджерах. Для этого электората отсутствие нормально работающей связи — это не только рост тревоги, но и потеря базисных потребностей. Как говорили недавно на круглом столе Экспертного института социальных исследований (ЭИСИ), за “Новых людей” в принципе готовы проголосовать до 30% избирателей. Думаю, что в крупных городах эта цифра — вполне возможный результат. Но в целом по стране он будет нивелирован за счет сельской местности, моногородов и отдельных субъектов вроде республик Северного Кавказа».

Свои среди чужих

Для того чтобы понять, кто такие «Новые люди», следует обратиться к их пусть небольшой, но красноречивой политической истории. Партия была учреждена весной 2020 года, ее лидером и создателем стал президент косметической компании Faberlic и член созданного Владимиром Путиным Общероссийского народного фронта (ОНФ) Алексей Нечаев. В отличие от организаций несистемной оппозиции партия смогла без особых проблем зарегистрироваться и участвовать в выборах. По итогам выборов 2021 года в Госдуму «Новые люди» создали свою фракцию, которая состоит из 15 депутатов.

В идеологическом плане партию часто называют системно- или консервативно-либеральной. Отчасти этому способствуют относительно смелые заявления и инициативы «Новых людей» не только против интернет-цензуры и многих запретов, но и, например, высказывания против закона о «пропаганде чайлдфри» и предложения вернуть прямые выборы мэров.

Но в сильно поправевшей официальной российской политике слово «либерал» не первый год считается ругательством и часто используется как ярлык, который приклеивают к демократическим и левым организациям за расхождение с господствующей повесткой. В этой ситуации сами «Новые люди» пытаются, что называется, соответствовать духу времени и, например, блокируются с такими структурами, которые никак нельзя считать умеренными центристами, выступающими за гражданские права и свободы (именно так на мировом политическом языке характеризуются, собственно, либералы). Например, в Москве партия Алексея Нечаева активно сотрудничает с националистическим «Обществом Будущее» Романа Юнемана и даже выдвигали его представителей на выборах в Мосгордуму в 2024 году. Как ранее рассказывал «Москвич Mag» политолог Илья Гращенков, тогда этот тандем сводился к «прокачиванию» правой антимигрантской повестки, например, к предложению ограничить въезд в Россию иностранным рабочим. Помимо этого «Новые люди» совсем нелиберально выступали за введение сборов для западных компаний, если те вернутся в РФ, и установление контроля за сюжетами фильмов, снятых на госгранты.

В этом контексте красноречивым можно считать и международное сотрудничество партии. На недавнем съезде в Петербурге «Новые люди» подписали соглашение о сотрудничестве с Европейским альянсом национальных движений, представители которого присутствовали на мероприятии. На этот счет политолог Олег Бондаренко оптимистично написал у себя в телеграм-канале, что для российского системного политикума это, вероятно, был «первый межпартийный контакт с европейскими партиями» после 24 февраля 2022 года, что «не может не вселять надежду на долгожданную нормализацию отношений одной части Европы — России — с остальной ее частью». Тут важно не столько восстановление контактов, сколько то, с кем, собственно, налаживаются мосты. Дело в том, что Европейский альянс национальных движений — это довольно специфическая и небольшая партия, представляющая конгломерат ультраправых организаций из Италии, Франции, Болгарии и других стран Старого Света, которые отличают национализм, евроскептицизм, мигрантофобия и ультраконсерватизм. Исходя из этого можно считать, что «Новые люди» — это партия, которая пытается занимать демократическую нишу, но не лишенная родимых пятен «консервативного консенсуса». Это отличает ее как от квартета классических системных партий, все больше походящих на фракции одной политической силы, так и от несистемной оппозиции.

В беседе с «Москвич Mag» Александр Даванков дал понять, что в его партии предпочитают не заниматься политическими классификациями: «Мы не про идеологию ради идеологии. Мы про решения. Системные партии застряли в прошлом. Несистемная оппозиция — в протесте ради протеста. Мы идем третьим путем: берем лучшее и убираем лишнее. Готовы объединяться со всеми, кто готов работать на результат. <… > Мне кажется, что пора уже признать очевидное: XX век — век больших идеологий, социализма, либерализма, национализма — закончился. Социалистические проекты рухнули, либеральный “конец истории” не наступил, узколобый национализм показал свою агрессивность и тупиковость. Сейчас спросом у избирателей, прежде всего горожан и представителей среднего класса, людей, которые умеют планировать и хотят прожить свою жизнь с пользой и выгодой для себя, пользуются “партии здравого смысла”. Безусловно, “свобода лучше, чем несвобода”, и любая политическая сила, которая хочет снискать любовь избирателей на честных и открытых выборах, должна выступать за увеличение степеней свободы, а не плодить бесконечные, часто надуманные, запреты. Но все равно во главе угла должно стоять грамотное регулирование. Где-то добавить, где-то убавить. Если в какой-то отрасли есть проблема, ее всегда можно решить без оглядки на идеологию. Если какая-то группа россиян испытывает нужду, не надо бояться прибегать к социальным льготам. Это не будет социализмом. Если существует какая-то проблема, не надо бояться ужесточить регулирование или ввести временные запреты. Это не будет консерватизмом. Если какие-то запреты перезрели и общество давно их игнорирует, не надо бояться снять эти запреты, потому что бездумные ограничения лишь вредят экономике и превращают граждан в правонарушителей. Но снятие таких запретов не будет оголтелым либерализмом. Это будет банальный здравый смысл. Надо привести власть и общество в согласие друг с другом. Когда одежда сидит на тебе как влитая, нигде не жмет, нигде не натирает, нигде не коротка — это и есть комфортное государство. Именно к этому надо стремиться. <… > Не надо бояться синтеза программных установок. Надо стремиться к здравому смыслу и комфорту наших граждан. Мы не центристы, не левые, не правые, не либералы и не националисты. Мы рационалисты».

Иван Большаков уверен, что в сегодняшней партийной системе «Новые люди» «принципиально не отличаются от других парламентских партий»: «Ряд публичных заявлений этой партии могут выглядеть смелыми, если не брать во внимание ее голосования в Госдуме. По ключевым вопросам “Новые люди” голосуют одинаково с другими парламентскими партиями, не выпадая из сложившегося после начала СВО общеполитического консенсуса. Депутаты этой фракции точно так же вносят абсурдные инициативы и голосуют за многие запретительные законы или как минимум не осмеливаются проголосовать против, предпочитая не голосовать вовсе. По подсчетам “Ведомостей”, “Новые люди” входят в тройку самых лояльных фракций Госдумы после “Единой России” и ЛДПР, голосуя “за” в 96,3% случаев, а “против” только в 2% случаев. Даже по вопросу блокировки Telegram позиция “Новых людей” не является уникальной, потому что блокировку критикуют многие партии — от “Яблока” до “Справедливой России”. Более того, в те самые дни, когда Роскомнадзор активно блокировал Telegram, а в центре Москвы пропал интернет, у представителей парламентских фракций была возможность выступить в Госдуме на актуальные политические темы. И показательно, что депутат от “Новых людей” посвятила свое выступление вопросам профтехобразования, а не блокировке мессенджера».

В борьбе за электоральный реализм

Фиксируемый ВЦИОМ рост электорального рейтинга «Новых людей» на фоне снижения у «Единой России» невольно заставляет задуматься о том, что если такая ситуация будет продолжаться все лето, то на сентябрьских выборах можно ожидать сюрпризов. При нынешней властной архитектуре это вряд ли может быть радикальный передел мандатов, а вот недопуск кандидатов, фальсификации, вбросы и прочие разного рода «корректировки» результатов голосования могут стать вполне реальными. В допандемийную эпоху со всем этим с разной степенью успешности системная и несистемная оппозиция боролась, громко заявляя о нарушениях закона. Были митинги, институты наблюдателей и суды при наличии относительно многочисленных медиа, отражающих происходящее. Сейчас почти ничего этого нет, но возникает вопрос, смогут ли те же «Новые люди» бороться с административным ресурсом и возможным переписыванием итогов голосования.

«Думаю, что “Новые люди” готовы бороться и защищаться, — полагает Илья Гращенков. — Эта партия системная, и государству нужен выпуск пара, так что нет ничего страшного, что увеличит свое присутствие структура, которая выступает за здравый смысл. Самому государству будет от этого легче и проще: в таком случае партия сможет представлять интересы важной для власти социальной группы, а не приведет к тому, что эти избиратели разъедутся по Грузиям и Армениям. Хотя, конечно, будут попытки фальсификаций. Очевидно, что это прерогатива местных властей — кто-то хочет выслужиться перед федеральным начальством либо провести своих людей. Готова ли партия бороться с фальсификациями такими же методами, как раньше это делала несистемная оппозиция? Я думаю, да. Возможно, наблюдение и защита своего результата у “Новых людей” получится лучше, так как на их стороне будет федеральный центр, для которого легитимные результаты выборов гораздо важнее, чем какие-то губернаторские очки и баллы, в конечном итоге бьющие по основам государственности».

По мнению политолога Ивана Большакова, административный ресурс обычно не используется против административных партий, созданных как политтехнологический проект, а, наоборот, работает на них. «Если другие парламентские партии имеют в своем багаже опыт оппозиции и протестной активности, то “Новые люди” ничем подобным пока не занимались, — полагает собеседник “Москвич Mag”. — Таких слов, как “оппозиция” и “фальсификация выборов”, нет в политическом лексиконе этой партии. На выборах 2021 года “Новые люди” называли себя реалистами, а не оппозицией. Второе место на выборах в естественных условиях можно получить только на противопоставлении власти, а для этого нужно встать на путь реальной оппозиции, к чему эта партия не готова в силу своего генезиса. В искусственных условиях второе место возможно как результат электорального инжиниринга и административной поддержки. “Новых людей” связывают с куратором внутренней политики Сергеем Кириенко, который лично посещает съезды этой партии. В случае роста протестных настроений при помощи админресурса “Новых людей” могут вывести на второе место, чтобы аккумулировать протестный электорат. Для усиления этой позиции с ними могут объединить “Партию прямой демократии”, которая так и не смогла сформировать внятное политическое лицо, или “Зеленую альтернативу”, потерявшую льготу на участие в выборах в Госдуму без сбора подписей. Но эффект от такого объединения будет разовый и незначительный».

Зампред «Новых людей» Александр Даванков, рассуждая о предстоящей избирательной кампании в Госдуму, настроен оптимистически: «Чем сильнее мы становимся, тем больше сопротивления. Это нормально. Но есть важный момент: сегодня уже невозможно “нарисовать” реальность так, как раньше. Люди все видят, фиксируют, выкладывают. Мы готовы к борьбе — юридической, политической, публичной. И будем защищать каждый голос».

Сообщество политтехнологов в марте напоминало потревоженное осиное гнездо. Рой комментаторов наперегонки высказывались про «шокирующие» замеры политических симпатий избирателей в преддверии выборов в Госдуму — опросы показали рост рейтинга партии «Новые люди», которая на фоне недовольства блокировками интернета и прочими зажимами воспринимается ни много ни мало как сторонница нормализации и конституционализма. Некоторые эксперты уже сравнили эту организацию с дореволюционными кадетами, полагая, что она станет чем-то вроде голоса городского креативного класса, на который опиралась элиминированная в 2022 году несистемная оппозиция. А при идеальном раскладе даже может оказаться второй после «Единой России». Но так ли это на самом деле? «Москвич Mag» изучил политическую физиономию «Новых людей» и попытался понять, в чем их феномен. Первые среди вторых Согласно данным аналитического центра Всероссийского центра изучения общественного мнения (ВЦИОМ), в середине марта электоральный рейтинг «Новых людей» вырос до 10,7%. По версии государственной социологической службы, это рекордно высокая цифра за весь период существования партии. Она оказалась второй после теряющей проценты «Единой России» (ее рейтинг по состоянию на 15 марта был 30,6%), обойдя ЛДПР (9,7%), КПРФ (9,2%) и «Справедливую Россию» (5,3%). «Рост рейтинга — это не случайность и не эффект новизны, — говорит в беседе с “Москвич Mag” зампред партии “Новые люди”, депутат Мосгордумы Александр Даванков. — Это реакция людей на конкретные дела. Мы не обещаем, мы делаем: защищаем дворы, добиваемся решений по транспорту, поднимаем темы, которые реально волнуют людей. Когда политика перестает быть телевизором и становится сервисом — люди это чувствуют. Шанс стать второй партией есть. Но мы не гонимся за цифрами ради цифр. Наша задача — стать партией номер один по доверию. А места в Думе — это уже следствие». Директор Центра развития региональной политики Илья Гращенков в беседе с «Москвич Mag» полагает, что рост рейтинга «Новых людей» связан с «ростом актуальности их повестки»: «На съезде [5 марта 2026 года] в Петербурге “Новые люди” объявили, что будут выступать против запретов, за здравый смысл, нормализацию и возвращение к нормам Конституции. На этом фоне, когда “по закону” стали отключать интернет, блокировать Telegram, когда замаячила перспектива остаться даже без VPN, то возник вопрос: “А кто все эти законы тогда пишет?” Упали рейтинги партий, которые постоянно что-то запрещают — ЛДПР, “Единой России”, “Справедливой России”. И, соответственно, стал расти рейтинг антизапретительской партии. <… > Это не протест против власти, а предложение корректировать курс таким образом, чтобы были представлены интересы тех социальных групп и слоев, которым важно иметь доступ к интернету и альтернативы». Говоря о гипотетическом втором месте «Новых людей» в Госдуме по итогам выборов в сентябре, Илья Гращенков рассказал о принципах формирования парламента и о необходимости «отличать партию и фракцию»: «Когда мы говорим про рейтинги партии, то “Новые люди” действительно [по данным ВЦИОМ в середине марта] вышли на второе место. Но по итогам выборов в Госдуму фракции формируются по смешанной системе — наполовину из списочников, наполовину из одномандатников. Поэтому у “Единой России” депутатов пропорционально больше, чем они набирают по рейтингам: львиная доля одномандатников, которые попадают в парламент, — это представители “ЕР”. Скорее всего, в этом году на выборах в Госдуму по некоторым одномандатным округам победят и представители “Новых людей”. Но не факт, что это позволит им сформировать фракцию, которая будет больше, чем у КПРФ или ЛДПР. Скорее всего, даже став вторыми по рейтингам, по общему числу депутатов “Новые люди” будут иметь примерно столько же депутатов, как и у других партий системной оппозиции. Конечно, нельзя исключать, что от “Новых людей” пройдет больше одномандатников, но это, как правило, люди с собственным рейтингом, когда избиратели голосуют за персону, а не за партийный бренд». Политолог и социолог, руководитель аналитического центра партии «Яблоко» Иван Большаков придерживается более скептического мнения: «Чтобы уверенно говорить о перспективах второго места на выборах, нужно смотреть на рейтинг партии на нескольких выборках и довольно продолжительный отрезок времени. Если же мы обратимся к данным ВЦИОМ, опубликованным неделей раньше и неделей позже того самого опроса, мы увидим, что “Новые люди” либо уступают ЛДПР, либо делят с ней второе место (данные ВЦИОМ от 22 марта говорят, что электоральный рейтинг “Новых людей” составляет 10,4%, а сама партия опустилась на третью позицию после ЛДПР с ее 10,7%. — “Москвич Mag”). Таким образом, нашумевший опрос ВЦИОМ пока отражает лишь особенность текущего момента, связанного с общественным недовольством блокировкой Telegram, а не отчетливую электоральную тенденцию». Политолог Михаил Виноградов в разговоре с «Москвич Mag» полагает, что шансы «Новых людей» будут зависеть от того, «удастся ли создать у их потенциальных избирателей ожидания от выборов»: «Социальная база “Новых людей” определенно не меньше, чем у ЛДПР и “Справедливой России”, но избиратель более скептичен и на сегодня у него нет завышенного ажиотажа от выборов (да он и не знает об их проведении)». Также он отметил, что в Москве, как и в других больших городах, социальная база у «Новых людей» выше, но озвученная проблема остается, хоть эта партия и «считает себя своей для избирателей, без восторга воспринимающих сверхрадикальную риторику и эстетику 2020-х годов». И тут действительно интересно, как поддержка партии в Москве с более свободолюбивыми гражданами, чем в глубинке, отличается от провинциальной. Впрочем, представители «Новых людей» пытаются доказать, что они против территориального неравенства страны. «Москва — это всегда чуть быстрее, чуть требовательнее. Здесь выше конкуренция идей, выше запрос на результат. Но важно другое: в крупных городах по всей стране люди начинают мыслить одинаково — им нужны удобные сервисы, честные правила и нормальная городская среда. Разрыв между Москвой и миллионниками сокращается. “Новые люди” как раз про это — про современную политику без деления на центр и периферию», — говорит Александр Даванков. Иван Большаков объясняет, что в Москве у «Новых людей» более высокая социальная база, потому что здесь «больше всего концентрация бизнесменов и студентов — тех групп, на которые опирается эта партия». Однако, отмечает собеседник «Москвич Mag», в городе также сильны позиции «Яблока» и КПРФ, которые конкурируют за средний класс и протестный электорат. «[Первый зампред партии “Новые люди”] Владислав Даванков занял четвертое место на последних выборах мэра Москвы. На президентских выборах 2024 года он действительно вышел здесь на второе место. Но этот результат был обеспечен общественным запросом на антивоенного кандидата, которым себя пытался выставить Даванков после отказа Григория Явлинского от участия в выборах и неудавшейся попытки участия в выборах Бориса Надеждина. Однако стоит напомнить, что сразу после подсчета голосов на встрече с Владимиром Путиным Даванков публично выступил в поддержку СВО. Повторить такой трюк еще раз вряд ли получится», — уверен Большаков. Илья Гращенков в свою очередь уверен, что из-за более высокого рейтинга партии в Москве, Петербурге и других крупных городах вроде Новосибирска и Екатеринбурга «Новые люди» на думских выборах «могут получить больше, чем в целом по стране, и это даст значительный прирост к результатам партии именно из-за количества людей, здесь проживающих». «Если в целом по всей России рейтинг “Новых людей” составляет около 10%, то в Москве он может превышать 20%, тогда как рейтинг “Единой России” — опуститься ниже 30%, — полагает Гращенков. — Поэтому [на выборах в Госдуму между “Новыми людьми” и “Единой Россией” в городах-миллионниках] даже возможна борьба за первое место, если запретительные меры продолжатся, интернет будут то включать, то выключать, а объяснять ничего не станут. В таком случае “Новые люди” станут единственными защитниками москвичей, которые привыкли платить через терминалы картой, пользоваться навигаторами и общаться в мессенджерах. Для этого электората отсутствие нормально работающей связи — это не только рост тревоги, но и потеря базисных потребностей. Как говорили недавно на круглом столе Экспертного института социальных исследований (ЭИСИ), за “Новых людей” в принципе готовы проголосовать до 30% избирателей. Думаю, что в крупных городах эта цифра — вполне возможный результат. Но в целом по стране он будет нивелирован за счет сельской местности, моногородов и отдельных субъектов вроде республик Северного Кавказа». Свои среди чужих Для того чтобы понять, кто такие «Новые люди», следует обратиться к их пусть небольшой, но красноречивой политической истории. Партия была учреждена весной 2020 года, ее лидером и создателем стал президент косметической компании Faberlic и член созданного Владимиром Путиным Общероссийского народного фронта (ОНФ) Алексей Нечаев. В отличие от организаций несистемной оппозиции партия смогла без особых проблем зарегистрироваться и участвовать в выборах. По итогам выборов 2021 года в Госдуму «Новые люди» создали свою фракцию, которая состоит из 15 депутатов. В идеологическом плане партию часто называют системно- или консервативно-либеральной. Отчасти этому способствуют относительно смелые заявления и инициативы «Новых людей» не только против интернет-цензуры и многих запретов, но и, например, высказывания против закона о «пропаганде чайлдфри» и предложения вернуть прямые выборы мэров. Но в сильно поправевшей официальной российской политике слово «либерал» не первый год считается ругательством и часто используется как ярлык, который приклеивают к демократическим и левым организациям за расхождение с господствующей повесткой. В этой ситуации сами «Новые люди» пытаются, что называется, соответствовать духу времени и, например, блокируются с такими структурами, которые никак нельзя считать умеренными центристами, выступающими за гражданские права и свободы (именно так на мировом политическом языке характеризуются, собственно, либералы). Например, в Москве партия Алексея Нечаева активно сотрудничает с националистическим «Обществом Будущее» Романа Юнемана и даже выдвигали его представителей на выборах в Мосгордуму в 2024 году. Как ранее рассказывал «Москвич Mag» политолог Илья Гращенков, тогда этот тандем сводился к «прокачиванию» правой антимигрантской повестки, например, к предложению ограничить въезд в Россию иностранным рабочим. Помимо этого «Новые люди» совсем нелиберально выступали за введение сборов для западных компаний, если те вернутся в РФ, и установление контроля за сюжетами фильмов, снятых на госгранты. В этом контексте красноречивым можно считать и международное сотрудничество партии. На недавнем съезде в Петербурге «Новые люди» подписали соглашение о сотрудничестве с Европейским альянсом национальных движений, представители которого присутствовали на мероприятии. На этот счет политолог Олег Бондаренко оптимистично написал у себя в телеграм-канале, что для российского системного политикума это, вероятно, был «первый межпартийный контакт с европейскими партиями» после 24 февраля 2022 года, что «не может не вселять надежду на долгожданную нормализацию отношений одной части Европы — России — с остальной ее частью». Тут важно не столько восстановление контактов, сколько то, с кем, собственно, налаживаются мосты. Дело в том, что Европейский альянс национальных движений — это довольно специфическая и небольшая партия, представляющая конгломерат ультраправых организаций из Италии, Франции, Болгарии и других стран Старого Света, которые отличают национализм, евроскептицизм, мигрантофобия и ультраконсерватизм. Исходя из этого можно считать, что «Новые люди» — это партия, которая пытается занимать демократическую нишу, но не лишенная родимых пятен «консервативного консенсуса». Это отличает ее как от квартета классических системных партий, все больше походящих на фракции одной политической силы, так и от несистемной оппозиции. В беседе с «Москвич Mag» Александр Даванков дал понять, что в его партии предпочитают не заниматься политическими классификациями: «Мы не про идеологию ради идеологии. Мы про решения. Системные партии застряли в прошлом. Несистемная оппозиция — в протесте ради протеста. Мы идем третьим путем: берем лучшее и убираем лишнее. Готовы объединяться со всеми, кто готов работать на результат. <… > Мне кажется, что пора уже признать очевидное: XX век — век больших идеологий, социализма, либерализма, национализма — закончился. Социалистические проекты рухнули, либеральный “конец истории” не наступил, узколобый национализм показал свою агрессивность и тупиковость. Сейчас спросом у избирателей, прежде всего горожан и представителей среднего класса, людей, которые умеют планировать и хотят прожить свою жизнь с пользой и выгодой для себя, пользуются “партии здравого смысла”. Безусловно, “свобода лучше, чем несвобода”, и любая политическая сила, которая хочет снискать любовь избирателей на честных и открытых выборах, должна выступать за увеличение степеней свободы, а не плодить бесконечные, часто надуманные, запреты. Но все равно во главе угла должно стоять грамотное регулирование. Где-то добавить, где-то убавить. Если в какой-то отрасли есть проблема, ее всегда можно решить без оглядки на идеологию. Если какая-то группа россиян испытывает нужду, не надо бояться прибегать к социальным льготам. Это не будет социализмом. Если существует какая-то проблема, не надо бояться ужесточить регулирование или ввести временные запреты. Это не будет консерватизмом. Если какие-то запреты перезрели и общество давно их игнорирует, не надо бояться снять эти запреты, потому что бездумные ограничения лишь вредят экономике и превращают граждан в правонарушителей. Но снятие таких запретов не будет оголтелым либерализмом. Это будет банальный здравый смысл. Надо привести власть и общество в согласие друг с другом. Когда одежда сидит на тебе как влитая, нигде не жмет, нигде не натирает, нигде не коротка — это и есть комфортное государство. Именно к этому надо стремиться. <… > Не надо бояться синтеза программных установок. Надо стремиться к здравому смыслу и комфорту наших граждан. Мы не центристы, не левые, не правые, не либералы и не националисты. Мы рационалисты». Иван Большаков уверен, что в сегодняшней партийной системе «Новые люди» «принципиально не отличаются от других парламентских партий»: «Ряд публичных заявлений этой партии могут выглядеть смелыми, если не брать во внимание ее голосования в Госдуме. По ключевым вопросам “Новые люди” голосуют одинаково с другими парламентскими партиями, не выпадая из сложившегося после начала СВО общеполитического консенсуса. Депутаты этой фракции точно так же вносят абсурдные инициативы и голосуют за многие запретительные законы или как минимум не осмеливаются проголосовать против, предпочитая не голосовать вовсе. По подсчетам “Ведомостей”, “Новые люди” входят в тройку самых лояльных фракций Госдумы после “Единой России” и ЛДПР, голосуя “за” в 96,3% случаев, а “против” только в 2% случаев. Даже по вопросу блокировки Telegram позиция “Новых людей” не является уникальной, потому что блокировку критикуют многие партии — от “Яблока” до “Справедливой России”. Более того, в те самые дни, когда Роскомнадзор активно блокировал Telegram, а в центре Москвы пропал интернет, у представителей парламентских фракций была возможность выступить в Госдуме на актуальные политические темы. И показательно, что депутат от “Новых людей” посвятила свое выступление вопросам профтехобразования, а не блокировке мессенджера». В борьбе за электоральный реализм Фиксируемый ВЦИОМ рост электорального рейтинга «Новых людей» на фоне снижения у «Единой России» невольно заставляет задуматься о том, что если такая ситуация будет продолжаться все лето, то на сентябрьских выборах можно ожидать сюрпризов. При нынешней властной архитектуре это вряд ли может быть радикальный передел мандатов, а вот недопуск кандидатов, фальсификации, вбросы и прочие разного рода «корректировки» результатов голосования могут стать вполне реальными. В допандемийную эпоху со всем этим с разной степенью успешности системная и несистемная оппозиция боролась, громко заявляя о нарушениях закона. Были митинги, институты наблюдателей и суды при наличии относительно многочисленных медиа, отражающих происходящее. Сейчас почти ничего этого нет, но возникает вопрос, смогут ли те же «Новые люди» бороться с административным ресурсом и возможным переписыванием итогов голосования. «Думаю, что “Новые люди” готовы бороться и защищаться, — полагает Илья Гращенков. — Эта партия системная, и государству нужен выпуск пара, так что нет ничего страшного, что увеличит свое присутствие структура, которая выступает за здравый смысл. Самому государству будет от этого легче и проще: в таком случае партия сможет представлять интересы важной для власти социальной группы, а не приведет к тому, что эти избиратели разъедутся по Грузиям и Армениям. Хотя, конечно, будут попытки фальсификаций. Очевидно, что это прерогатива местных властей — кто-то хочет выслужиться перед федеральным начальством либо провести своих людей. Готова ли партия бороться с фальсификациями такими же методами, как раньше это делала несистемная оппозиция? Я думаю, да. Возможно, наблюдение и защита своего результата у “Новых людей” получится лучше, так как на их стороне будет федеральный центр, для которого легитимные результаты выборов гораздо важнее, чем какие-то губернаторские очки и баллы, в конечном итоге бьющие по основам государственности». По мнению политолога Ивана Большакова, административный ресурс обычно не используется против административных партий, созданных как политтехнологический проект, а, наоборот, работает на них. «Если другие парламентские партии имеют в своем багаже опыт оппозиции и протестной активности, то “Новые люди” ничем подобным пока не занимались, — полагает собеседник “Москвич Mag”. — Таких слов, как “оппозиция” и “фальсификация выборов”, нет в политическом лексиконе этой партии. На выборах 2021 года “Новые люди” называли себя реалистами, а не оппозицией. Второе место на выборах в естественных условиях можно получить только на противопоставлении власти, а для этого нужно встать на путь реальной оппозиции, к чему эта партия не готова в силу своего генезиса. В искусственных условиях второе место возможно как результат электорального инжиниринга и административной поддержки. “Новых людей” связывают с куратором внутренней политики Сергеем Кириенко, который лично посещает съезды этой партии. В случае роста протестных настроений при помощи админресурса “Новых людей” могут вывести на второе место, чтобы аккумулировать протестный электорат. Для усиления этой позиции с ними могут объединить “Партию прямой демократии”, которая так и не смогла сформировать внятное политическое лицо, или “Зеленую альтернативу”, потерявшую льготу на участие в выборах в Госдуму без сбора подписей. Но эффект от такого объединения будет разовый и незначительный». Зампред «Новых людей» Александр Даванков, рассуждая о предстоящей избирательной кампании в Госдуму, настроен оптимистически: «Чем сильнее мы становимся, тем больше сопротивления. Это нормально. Но есть важный момент: сегодня уже невозможно “нарисовать” реальность так, как раньше. Люди все видят, фиксируют, выкладывают. Мы готовы к борьбе — юридической, политической, публичной. И будем защищать каждый голос».

«Новые люди» Александр Даванков Алексей Нечаев выборы выборы 2026