, 11 мин. на чтение

Выборы в Мосгордуму: кто такой «хороший оппозиционер» и кандидат-самовыдвиженец Роман Юнеман?

, 11 мин. на чтение
Выборы в Мосгордуму: кто такой «хороший оппозиционер» и кандидат-самовыдвиженец Роман Юнеман?

Что такое Московская городская дума, политическая борьба за которую породила самые массовые политические протесты со времен «Болотной кампании» 2011–2012 годов?

Формально Москва — это отдельный субъект федерации, но ее парламент — самый бесправный из всех региональных законодательных собраний. А потому участие в выборах в Мосгордуму необходимо, по сути, для двух вещей: во-первых, для легализации несистемных политических сил на федеральном уровне, а во-вторых, для получения представителями этих сил депутатских полномочий. Полномочия эти дают массу интересных возможностей, от шанса подглядеть в документы мэрии и донести увиденное до широких народных масс с криком «Смотрите, здесь украли!» до сопровождения колонн на будущих протестных митингах в качестве живого щита, поскольку депутаты МГД обладают какой-никакой, а неприкосновенностью.

Так что, в принципе, участие в предвыборной кампании в МГД имеет смысл. Грубо говоря, это смотр политических сил, которые претендуют на то, чтобы «унаследовать землю» после того, как нынешняя власть так или иначе закончится. И интереснее всего в этой борьбе наблюдать не за «Единой Россией», КПРФ или другими системниками и не за ложащейся под дубинки ОМОНа на площадях оппозицией, а за теми, кто, обходя это противостояние, идет к своей цели, как говорится, не поднимая пыли. Таких несколько человек по разным избирательным округам, но сегодня нас интересует 30-й, от которого идет один из немногих зарегистрированных независимых кандидатов Роман Юнеман.

Кто вы, кандидат Зорге?

Итак, начнем с азов, то есть с биографии, для аутентичности врубив в колонках одноименный бит группы «Кровосток». Обычно кандидаты в Мосгордуму, предлагая себя избирателям, делают упор на то, что они являются москвичами как минимум во втором, а то и в третьем, четвертом и так далее поколениях, и других таких коренных не найти и днем с огнем. Но не Юнеман. На вопрос «А где?» он может смело отвечать известной рифмой «в Караганде», поскольку именно там и прошла большая часть его жизни.

Но все же родился Роман Юнеман в Германии, в семье сосланных в Казахстан и репатриировавшихся в начале 1990-х поволжских немцев. Уже через год его родители неожиданно покидают фатерланд и возвращаются в Караганду. Дальше — пробел, школьные годы чудесные, за которыми следует поступление в московскую ВШЭ на факультет мировой экономики и политики. В 2017-м Роман Юнеман получает красный диплом и на следующий год устраивается в международную консалтинговую компанию Boston Consulting Group, которую еще через год бросит ради того, чтобы основать АНО «Жилищная инициатива» и выдвинуться кандидатом в Московскую городскую думу.

Все это как-то до того гладко, что почти стерильно, но все же остается вопрос: а каким образом иностранный студент, даже твердо решив стать москвичом и получив после выпуска хорошую работу в иностранной компании, вообще смог участвовать в выборах хоть в каком-то качестве? В Москве, как и в большинстве крупных российских городов, действует жесткий ценз прописки (регистрации), и миллионы ее постоянных жителей лишены всех избирательных прав. Преодолеть этот барьер можно двумя способами: либо пробить головой, а именно порвав все жилы и сойдя с ума от работы, за полтора десятка лет осилить ипотеку и купить квартиру в Москве, либо обойти, вступив в брак с тем, у кого уже есть вожделенная прописка, и то на получение гражданства в этом случае понадобятся пять лет.

И нет, речь тут идет даже не о пресловутом цензе оседлости. Важно понять один момент: идущий в депутаты МГД Роман Юнеман еще не совсем москвич. Да, он прожил в столице целых шесть лет (не зная никакой другой Москвы, кроме «похорошевшей при Собянине»), но пять из них он пробыл студентом, а работал и платил налоги всего год. И сразу решил баллотироваться в городской парламент, минуя уровень советов муниципальных образований, то есть его знания городской проблематики могут быть лишь сугубо теоретическими.

Что еще? Да, пожалуй, остался один штришок к официальному портрету — в 2018 году Роман Юнеман принимал участие в объявленном правительством конкурсе молодых управленцев «Лидеры России», но не прошел дальше полуфинала, а иначе речь бы шла не о московском депутатстве, а о посте вице-губернатора в одном из российских регионов. Но не сложилось.

Уже все? Не совсем. Юнеман — человек из обоймы Навального. Нет, он не сотрудничал с ФБК, но все же стал одним из тех, кому самый неупоминаемый российский политик и организованный им Центр сбора подписей помогли в этом нелегком деле. И тут есть два интересных момента: во-первых, сам Роман постоянно открещивается от любых ассоциаций с лидером внесистемной оппозиции, во всех интервью повторяя фразы вроде «Я не навальнист» или «Я иду в политику как раз для того, чтобы России не пришлось выбирать между Путиным и Навальным». А во-вторых, кажется, сейчас между ними и в самом деле наметился конфликт: на днях Юнеман опубликовал на своей странице в Facebook филиппику в адрес Леонида Волкова в связи с тем, что в рейтинге разработанного ФБК сервиса «Умное голосование» на первом месте по 30-му округу оказался не он, а кандидат от КПРФ Владислав Жуковский.

Ну и главный вопрос в связи со всем вышеизложенным: почему же тогда Юнемана не зарубили на стадии регистрации, как это произошло с большинством остальных кандидатов, либо выдвинутых, либо поддержанных Навальным и ФБК? Причем мало того, что не зарубили, а, наоборот, осторожно хвалят, приводя в пример как «хорошего оппозиционера», который провел нормальную политическую работу и добился регистрации, вместо того чтобы «орать на площадях». Хотя, скорее всего, дело именно в том, что Юнеман на словах всегда аккуратно дистанцировался от Навального — его сочли «умеренным и безвредным» и пропустили.

И все же мы пока ни на йоту не приблизились к пониманию того, откуда взялся Роман Юнеман, кого конкретно он представляет и за что намерен бороться, если его все-таки изберут. Значит, придется идти другим путем.

Жилищные инициативы и филиал ада в Сахарово

Заходим на страницу АНО «Жилищная инициатива» и читаем: «Создана командой молодых архитекторов, юристов и социологов, собравшихся с одной целью — сделать жизнь жителей Москвы лучше не только в центре». Чуть ниже находится раздел «Наши проекты», где всего один кейс — борьба со стоянкой нелегальных таксистов у метро «Аннино». Ради этого, безусловно, стоило собирать команду молодых архитекторов, юристов и социологов. Больше таксистами на московских окраинах заниматься просто некому.

Казалось бы, посмеялись и прошли мимо, но нет. В одном из своих видеоинтервью Роман Юнеман все же обмолвился о том, куда именно везут большинство своих клиентов эти таксисты. Конечная цель поездки почти всегда одна и та же — МФЦ УФМС по Москве в Сахарово. Это место, где при помощи нескольких компьютеров и чиновной казенщины Федеральная миграционная служба сумела превратить процесс получения российского вида на жительство, разрешения на временное проживание или гражданства в хождение по мукам.

Поездка в Сахарово, расположенное в 50 км от МКАД — удовольствие довольно затратное как по деньгам, так и по личным ресурсам. Нужно ехать от новой станции метро «Лесопарковая» либо на специальном автобусе, который идет полтора часа, либо на нелегальных таксистах за 1500 рублей. К «Лесопарковой» этот автобус перенесли относительно недавно — с 1 сентября 2018 года, а до этого он отправлялся как раз от «Аннино», и стоянка таксистов там осталась, что называется, по старой памяти, поэтому берут они дешевле.

Между прочим, через расположенный в Сахарово филиал бюрократического ада на земле обязаны проходить не только узбекские дворники. В эти же коридоры отправляют и русских репатриантов, которых активно заманивают в Россию наши посольства в постсоветских государствах, и приглашенных на работу экспатов, и иностранцев, с которыми вступили в брак граждане России, и беженцев из охваченных войной областей Украины. Эти же коридоры должен был пройти и сам Роман Юнеман, причем как минимум дважды — и как получающий специальную визу иностранный студент, и как муж российской гражданки. А теперь он борется за ликвидацию одного из двух ведущих в Сахарово транспортных потоков ради того, чтобы получить еще пару десятков тысяч голосов коренных москвичей на предстоящих выборах. Платой за эти голоса станут проблемы, время и ресурсы тех, у кого нашлось чуть меньше денег и везения, чем у Романа Юнемана.

В этом, наверное, и состоит вся логика российского популизма, и именно этим он так отвратителен. В Нью-Йорке левая депутатка палаты представителей Окасио-Кортес не стесняется апеллировать к мигрантам и угнетенным, к наиболее бедным жителям этого города, потому что она сама выходец из этой среды. А у нас кинуть таких же, как ты, ради личной карьеры считается чуть ли не в порядке вещей.

А теперь давайте на этом примере покажем, как работает популистский механизм: Роман Юнеман не говорит о том, что, став депутатом, он добьется переноса МФЦ УФМС из Сахарово в черту Москвы или потребует пустить от «Аннино» дополнительные автобусы, чтобы в нелегальных таксистах там не было нужды. Нет, решение проблемы у него описывается именно словом «ликвидировать». То есть бросить кость своему избирателю, перенеся проблему куда-нибудь в другое место, но не решив ее как таковую.

Заглянем в предвыборную газету, ибо программа кандидата — лицо кандидата. Здесь ничего конкретного. Пункты «право голоса в местных вопросах», «комфортная среда», «против точечной застройки», «против платных парковок», «снять барьеры и прекратить поборы» выглядят копипастой из программы любого другого кандидата. Кажется, они есть даже у замаскированных «независимых» выдвиженцев от «Единой России». Единственная конкретика — это ликвидация (снова ликвидация) «проблемного» общежития мигрантов на Днепропетровской улице и борьба с прокладкой Юго-Восточной хорды, но с хордами сейчас тоже борются все.

Словом, единственное, что определяет лицо кандидата Романа Юнемана — это антимигрантская повестка, которая была мейнстримом на позапрошлых выборах в Мосгордуму, когда с ней выходили и коммунисты, и «Яблоко». Сейчас, когда на первом плане оказались социальные проблемы, а мигранты сами стали уезжать из-за падения рубля, национальный вопрос вроде бы отошел на второй план. Но, видимо, кому-то даже сегодня поглаживание кухонной ксенофобии обывателя кажется отличным способом занять депутатское кресло.

В поисках окончательного ответа на все вопросы пришлось обратиться к старому знакомому — бывшему узнику «болотного дела», а ныне активному члену молодежного «Яблока» Николаю Кавказскому. На вопрос «Так кто же такой Роман Юнеман?» он дал короткий и однозначный ответ: «Нацик». И нет, это не единичное оценочное суждение, Юнеман сам характеризует себя как умеренного националиста. Но все же это еще мало что о нем говорит — таких «умеренных» немало и в КПРФ, и в ЛДПР, и вообще почти во всех системных партиях. Но Юнеман не из их числа. Тогда кого же он представляет?

Латынь они не поймут

Первым из команды Романа Юнемана на предложение поговорить откликнулся сопредседатель движения «Русские демократы» Роберт Райт. Как и Юнеман, он «вышкинец», ему всего 19 лет, при этом у него есть свой канал на YouTube и канал платных стримов на «Патреоне». Правда, отвечая на вопросы, молодой человек усиленно темнил, избегал конкретики и старался отделаться короткими, рублеными фразами.

«Есть “Русское общество” в ВШЭ, а есть “Русские демократы”, а вообще нацдемы везде, — поясняет Роберт. — “Русское общество” — это студенческая организация русских, “Русские демократы” — политическая организация русских, а Юнеман — просто русский кандидат, формально не связанный ни с какой организацией. Нет, “Русское общество” не политическая организация, политикой в стенах университета заниматься нельзя, это просто принцип создания студенческого землячества. Такие же клубы есть у чеченцев и бурятов. Нет, всю кухню я вам выдавать не буду, я не дурак, удачи!»

На вопрос, состоит ли в «русском клубе» самый известный на сегодня студент ВШЭ — арестованный по свежему «московскому делу» Егор Жуков, Роберт Райт ответил отрицательно. Свое политическое кредо охарактеризовал короткой фразой «Русские — вперед!». Довольно странно, что молодой интеллектуал для самоопределения применяет фанатскую кричалку, использовавшуюся на «Русских маршах» середины 2000-х годов, ну да ладно.

«Русское общество» в недрах ВШЭ существует с 2015 года вполне официально и носит латинское название Fraternitas Ruthenica (русское братство). В свое время он привлек к себе внимание прессы как первая студенческая корпорация в России, созданная по образцу немецких. Из всех публикаций о нем самая интересная — большое интервью, данное основателями клуба журналу Furfur: «Петры Аркадьевичи — это мы» о том, как двое второкурсников основали первое студенческое братство в России. Перевод на латынь понадобился для того, чтобы избежать внимания Центра «Э», а заодно чтобы «было богато».

Выпускник ВШЭ IT-инженер Григорий Князев вспоминает: «“Русский клуб” в ВШЭ — это совсем не то, чем он был раньше. Я застал его, скажем так, предварительную фазу, которая была в 2007–2011 годах. Тогда это была тусовка студентов, увлеченных историей, вращавшаяся вокруг историка-вьетнамиста и всеобщего сенсея Алексея Леонидовича Рябинина. Никаким “русским духом” тогда не пахло — это был именно что клуб фанатов истории и политической философии, хотя многие там все же склонялись вправо. Некоторые участвовали в событиях на Манежной площади в 2010-м, потом был маленький скандальчик вокруг приглашения в Вышку для дискуссии гуру тогдашнего национализма Константина Крылова, но никаких целей по созданию в университете фашистской партии вся эта деятельность не преследовала. Мы провели конференцию, посвященную событиям 1993 года, потом у меня настал бакалавриат, на носу был выпуск, и я от всего этого отошел».

Заглянем в твиттер Роберта Райта. Колкости в адрес Навального и лидера Либертарианской партии Светова, характерные стихи Георгия Иванова («Мир управляется богами, не вшивым пролетариатом. Сверкнет над русскими снегами богами расщепленный атом») и фотографии со студенческой попойки, пышно названной русским кутежом. В числе гостей «русского кутежа» в твиттере Райта упоминается Наталья Холмогорова, знакомая многим политически активным пользователям Facebook, а ранее — «Живого журнала». Казалось бы, что столь почтенная дама забыла на пьянке пусть даже и политизированных 19-летних студиозусов…  если не знать, что она фактически является левой рукой и близкой подругой двух известных лидеров русского национализма 2000-х годов — Константина Крылова и Владлена Кралина — Владимира Тора. Последний был постоянным организатором «Русских маршей», в 2012 году избирался в Координационный совет оппозиции от националистов и остается председателем созданной им вместе с Крыловым, а ныне полумертвой Национал-демократической партии России. Теперь «национал-демократы» старой волны налаживают связи с «русскими демократами» из ВШЭ. На странице Владимира Тора в «Фейсбуке» — посты в поддержку Романа Юнемана. Как говорится, круг замкнулся.

Юнеман и стримеры

Если набрать «Роман Юнеман» в поиске YouTube, то помимо его собственного канала и всяческих отчетов со встреч с избирателями и сборов подписей выпадет несколько прелюбопытнейших видео. Самое популярное из них — продолжительная беседа на стриме Егора Просвирнина «Царь Геймер» — «Роман Юнеман, Навальный, Соболь и выборы в Мосгордуму». Видео начинается со слов «Сегодня с нами будущий полномочный диктатор русского национального государства Роман Юнеман, который сделал первый шаг к вершинам власти, к званию императора всероссийского… ». Улыбающийся Роман сидит рядом. Если на самом Просвирнине футболка с каким-то диким принтом, то Юнеман одет в застегивающуюся на восемь пуговиц косоворотку, которую «атомный православный» Егор Холмогоров рекламировал в качестве формы одежды для русских националистов году так в 2007-м. Давно не модно.

На современной мировой политической карте наши правые находятся ближе всего к европейским «новым правым» и американским альтрайтам и все же разительно от них отличаются. Если публичная риторика альтрайтов основана на апелляции к «угнетенному диктатурой меньшинств простому человеку», то идейным базисом наших правых стримеров являются меритократия и элитаризм, а государственным идеалом — Российская империя образца 1913 года, а то и времен Александра III. К слову, и тут ничего нового — концепцию «русского викторианства» во времена моды на романы Акунина о сыщике Фандорине сформулировал близкий к Крылову и Холмогорову преподаватель МГУ и писатель Дмитрий Володихин.

Свою конечную цель правые стримеры видят точно так же, как и поколение националистов 2000-х — создание русского «национального государства» (образцом для которого в современном мире, по их мнению, является Израиль). И точно так же, как и их предшественники, они забалтывают либо уходят от прямого ответа на вопрос «Русское национальное государство — для чего?». Но ответ очевиден — никакой иной цели, кроме частичного или полного поражения в правах тех, кому не повезет попасть в «русские», у такой перемены конституционного статуса страны быть не может. Почти единодушная поддержка «русскими демократами», правыми стримерами, да и самим Юнеманом пророссийской стороны в конфликте на Украине говорит в том числе и о том, что идея «создания русского государства» для них означает насильственную аннексию областей, компактно населенных русскими (или русскоязычными) по всему постсоветскому пространству. В свое время эту концепцию активно отстаивал и ради нее начинал свои завоевания в Европе…  ну вы сами знаете кто.

В области экономической теории «русские демократы» и правые стримеры придерживаются консервативного либерализма. А вот в их взглядах на политику либерализмом уже не пахнет. Как сказано ранее, сама идея «русского национального государства» основана на риторике исключения кого-то из общности «русские», а иначе она превращается в бессмыслицу.

Короля играет свита, а портрет политика — это его окружение. Окружение Романа Юнемана — это бородатые националисты из прошлого десятилетия и правые студенты Вышки. В том, что студенческое братство ВШЭ стало поставщиком кадров для националистической партии, нет ничего удивительного — германские буршеншафты, с которых было списано «Русское братство», были именно организациями правых, студентов, состоявших в либеральных и левых партиях, туда не допускали.

Но стоит ли голосовать за кандидата, который на уровне риторики поддерживает русских Донбасса, но при этом ради завоевания очков у местных избирателей собирается осложнить и без того непростой процесс легализации беженцам из этого региона и таким же, как он сам, приезжим? Стоит ли поддерживать человека, у которого одни слова для предвыборных встреч с пенсионерами в Чертаново и совсем другие — для собраний «элитариев» из ВШЭ, это вы уж, пожалуйста, решайте сами.