Московский детектив: Алексей Гаськов — «маньяк из ВГИКа»
В сентябре 2003 года в городском суде Бердска Новосибирской области завершался крайне необычный процесс. Против обвиняемого в изнасиловании и убийстве девушки имелись весьма веские доказательства — найденные в квартире жертвы отпечатки, свидетельские показания об их тесном знакомстве и даже его собственное признание в этом и еще нескольких убийствах. Но все присутствовавшие в зале знали — дело «сшито» настолько криво, что обвиняемого обязательно отпустят. Так и случилось. Председатель одну за другой снял с сидевшего в клетке молодого парня все три статьи: изнасилование, насильственные действия сексуального характера и убийство, а потом произнес ту самую волшебную формулу: «и освободить его в зале суда». Лязгнул ключ в замке, с парня сняли наручники. Он действительно был не виновен в том, за что его пытались осудить. Вот только его собственные деяния вполне тянули на пожизненное, которое он и получил, но только через 20 лет.
В 1999–2002 годах в Бердске случилась серия жестоких нападений на молодых женщин. Сценарий почти всегда был один и тот же: несчастных избивали и насиловали, срывали с них брюки, а затем этими же брюками душили. После этого жертву, как правило, грабили, что называется, до нитки, забирая все драгоценности, деньги и документы. Деталь женской одежды упомянута тут не случайно — с легкой руки следователей и журналистов местной криминальной хроники новый серийник получил прозвище «джинсовый маньяк», поскольку нападал исключительно на девушек с темными волосами, одетых в скинни.
Первой жертвой стала 16-летняя школьница Анастасия Фатькова. «Джинсовый маньяк» заманил ее в кусты рядом с автобусной остановкой, ударил, повалил и принялся насиловать. Надругательство длилось около часа, при этом люди шли мимо и слышали крики Анастасии, но никто и не попытался вмешаться.
Через пару месяцев точно так же была убита Ольга Карпова, а в конце августа — начале сентября 1999 года были обнаружены тела студенток Светланы Мининой и Татьяны Самохваловой. Последняя училась в Новосибирской консерватории по классу флейты и в тот день как раз возвращалась с репетиции, так что помимо денег и бижутерии убийца забрал себе еще и ее инструмент. К тому моменту слухи уже расползлись по городу, и жительницы Бердска стали бояться выходить из дома без сопровождения.
Потом маньяк неожиданно взял паузу, продлившуюся целых два года, а далее случилось то самое убийство 23-летней Юлии Забиранник, которое, как тогда казалось, могло сдвинуть следствие с мертвой точки. Правда, обстоятельства преступления ничуть не напоминали устоявшийся почерк охотника на девушек в джинсах. Тело было найдено не в лесополосе и не в кустах у остановки, а в квартире. На кухне обнаружились тарелки с закуской и пустые бутылки из-под алкоголя, то есть Юлия почти наверняка знала своего убийцу. Отпечатки с большинства предметов были предусмотрительно стерты за исключением одной бутылки, которую второпях забыли под столом. Именно она и стала главным вещдоком в расследовании.
Следователи крепко взялись за коллег Забиранник по работе и трясли до тех пор, пока не услышали от одной из них главное — имя. Уже через два дня Алексея Гаськова, работавшего в Бердске водителем маршрутки и постоянно попадавшего в милицию по «народной» статье «нахождение в общественном месте в нетрезвом виде», повязали и взяли у него отпечатки пальцев. Они совпали с найденными на бутылке, а арестованный сразу же заявил: «Вся серия убийств в Бердске — моя», — и потребовал бумагу для чистосердечного признания.
Казалось бы, вот она, победа — осталось только дописать дело и отправить его в прокуратуру. Но все начало рассыпаться буквально на первом же следственном эксперименте.
«Я могу охарактеризовать его одним словом — клоун, — позднее рассказывал корреспонденту местной “Комсомолки” Олег Акрайнцев, бывший начальник отдела по раскрытию особо тяжких преступлений против личности УУР ГУВД Новосибирской области. — На допросах он начал проявлять свои актерские способности. Входил в роль, что называется. И кто-то даже верил. Коллеги говорили, так, может, он и есть “бердский маньяк”, а я не верил. Когда поехали на следственный эксперимент, он растерялся. Не знал, куда идти, ничего не знал. Стоял глазами хлопал и думал, что его поведут на место преступления. Следственный эксперимент показал, что он, скорее всего, непричастен».
Проведенная экспертиза ДНК выявила полное несовпадение следов спермы, обнаруженных на телах жертв «джинсового маньяка», с материалом, взятым у Гаськова. К тому же выяснилось, что некоторые из вменявшихся ему убийств он просто физически не мог совершить — в это время его просто не было в Бердске. А наличие отпечатков на бутылке получило очень простое и логичное объяснение: допрос продавщицы показал, что Гаськов и Задиранник покупали алкоголь вместе, но она не смогла сама дотянуться до нужной полки и попросила его помочь. А значит, участников вечеринки было трое, и убийцей был именно этот третий.
Самое удивительное заключалось в том, что к этому моменту у следователей уже имелось довольно точное описание внешности «джинсового маньяка», ничуть не похожее на Гаськова. Тридцатилетняя Марина Власова встретила компанию своих знакомых, с которыми был неизвестный ей мужчина по имени Михаил. Вместе они распили в парке пару бутылок, после чего Михаил предложил проводить ее до дома, но на полпути набросился, повалил на землю и изнасиловал. Дождавшись, пока он отвернется и ослабит хватку, женщина вырвалась и, как была, в одной майке добежала до дороги, остановила первую попавшуюся машину, вернулась домой, а на следующее утро пришла в милицию с заявлением.
Настоящий «джинсовый маньяк» был пойман через несколько месяцев после того, как Гаськова отпустили из зала суда. Им оказался его близкий приятель Михаил Юдин. При обыске его квартиры и гаража были обнаружены личные вещи убитых им женщин, а некоторые предметы одежды и украшения он дарил жене и матери. На допросах Юдин сознался во всех пяти убийствах, а заодно в 23 разбойных нападениях, грабежах и изнасилованиях. В декабре 2004 года его приговорили к пожизненному заключению, которое он с тех пор отбывает в знаменитой «Полярной сове», если, конечно, все еще жив. Между ним и Гаськовым существовал договор — кого поймают первым, тот и берет все на себя. Сговор двух маньяков — случай в мировой практике уникальный, а позднее выяснилось, что и группа крови у них была одинаковой. Зная о том, что прицепить к нему бердскую серию не удастся, Гаськов спокойно подставился под арест и водил следствие за нос. Юдину все это мало помогло, зато его визави остался на свободе, отведя от себя все подозрения, тем более что свои убийства он совершал не в Бердске, а в Москве.
Иные мальчики лет до 30 думают, кем они хотят стать, когда вырастут, а вот Алексей Гаськов уже со старших классов знал, что будет актером. Он мастерски пародировал учителей или просто случайных прохожих, непрерывно сыпал шутками, сочиняя на ходу целые юморески, не лез за словом в карман и вообще считался самым популярным парнем в своем классе. И все же поступить в Новосибирский театральный институт с первого раза ему не удалось, пришлось сходить в армию. После демобилизации он познакомился с Юдиным, вместе с которым они регулярно выпивали, шлялись вечерами по Бердску и пытались цепляться к девицам. Когда и как они догадались о наклонностях друг друга — неизвестно, но договоренность созрела.
В начале 2002 года Гаськов решил попытать счастья в Москве, причем не где-нибудь, а во ВГИКе. И, ко всеобщему удивлению, поступил на курс Эммануила Виторгана, правда, уже через полгода был отчислен за пьянство. Вообще быть отчисленным из творческого вуза за пьянство в то время — это в чистом виде «уволили из гестапо за жестокость», но Гаськов старался. Ни на одну репетицию и ни на одно занятие он не являлся трезвым, а на все претензии отвечал, что алкоголь помогает ему лучше входить в образ. Вгиковскому начальству было известно множество актерских систем, но вот стиль пьяного мастера среди них точно не числился, и от Гаськова избавились.
За девять месяцев своего пребывания в Москве и Московской области Алексей Гаськов изнасиловал и убил девять женщин и одного мужчину. Его почерк мало чем отличался от того, как действовал Юдин, разве что нападение он начинал с удара тяжелым тупым предметом по голове и душил своих жертв в финале не снятыми с них брюками, а руками или любыми подвернувшимися предметами. Первой в его собственной серии стала 17-летняя жительница Отрадного. Затем он убил еще двух в Бабушкинском районе. Четвертая была абитуриенткой одного из московских колледжей, которой не повезло наткнуться на Гаськова вечером в одном из лесопарков Подольска. Тела еще двух жертв, 30 и 22 лет, были найдены в Пушкино, где Гаськов подрабатывал в местном парке аттракционов.
Через месяц в этом же парке он впервые убил мужчину. Гаськов уговорил встреченного им случайного прохожего выпить с ним на лавочке, а когда тот отрубился, полез шарить по его карманам. Но, как говорится, немножечко не рассчитал — пьяный сон оказался не настолько глубоким, к тому же его случайный собутыльник был не робкого десятка и в молодости занимался боксом, так что, очнувшись, он с ходу нанес Гаськову несколько крепких ударов. Осознав, что на кулаках ему ничего не светит, маньяк достал нож и бил им до тех пор, пока его жертва не перестала дышать, затем забрал с тела все, что мог, и скрылся. После этого он вновь переключился на женщин и убил еще двух на северо-востоке Москвы.
Из-за последней жертвы его дело обрело уже международный резонанс. Двадцатитрехлетняя студентка Московского института культуры Агнес Каролина Сантстебан была дочерью известного перуанского журналиста и племянницей советника президента этой страны Алехандро Селестино Толедо Манрике. Гаськов заприметил ее у студенческих общежитий в Химках, как он потом сам пояснил на следственном эксперименте: «Привлекла меня внешность нерусская». Далее все произошло по стандартной схеме — ударил в висок, изнасиловал, задушил и закопал в снегу в 300 метрах от одного из корпусов общежития. Когда он вернулся в Бердск и был арестован по делу «джинсового маньяка», то заодно признался и в этом убийстве. Но поскольку его причастность к убийству Юлии Забиранник так и не смогли доказать, то и его показания по поводу перуанки тоже не приняли во внимание. А Юдину ни Агнес Сантстебан, ни всю московскую серию следователи даже не пытались приписать, поскольку им было отлично известно, что тот все это время никуда не уезжал из Бердска. Зато показания Гаськова каким-то образом утекли в прессу, и ряд газет вышел с заголовками вроде «Маньяк из Бердска убил племянницу советника президента Перу».
После этой истории Гаськов окончательно осознал, что его московская эпопея закончена и в столице и ее окрестностях ему в ближайшее время лучше не светиться. Вернувшись в Бердск и освободившись после провального суда по делу об убийстве Забиранник, он как ни в чем не бывало продолжил работать водителем маршрутки. Через пару лет он сошелся с разведенной женщиной, у которой была 11-летняя дочь, и переехал к ним жить. Казалось, что свои наклонности он оставил в прошлом, но в 2006 году Гаськов был вновь арестован по делу о сексуальном надругательстве над ребенком. Дочь своей сожительницы он подпоил алкоголем и изнасиловал, заодно заразив венерическим заболеванием. Девочка была перепугана до такой степени, что лишь через месяц решилась рассказать о случившемся матери. На сей раз доказательств хватило с лихвой, и сам Гаськов это прекрасно понимал, так что даже попытался сбежать из здания бердского СК, но был пойман в ходе объявленной в городе операции «Перехват». Заодно выяснилось, что осенью 2005 года он совершил грабеж, так что на этот раз суд уже ни в чем не сомневался и назначил ему 10,5 года лишения свободы.
Отсидев, Гаськов опять вернулся в Бердск, завел себе аккаунты на Mail.ru и во «Вконтакте» под ником Алексей Волк, украсив их статусом «холостяк — существо безобидное, потому что безрогое», и попытался торговать якобы сделанными на зоне нардами за 1,2 млн рублей, которые, разумеется, никто не брал, так что цену пришлось снизить до 11 тысяч. Затем он вновь сошелся с разведенной женщиной, у которой была девятилетняя дочь. Сожительница, по всей видимости, еще и пристроила Гаськова на работу. На сей раз маньяк решил проявить осторожность и не трогал дочь своей новой пассии до тех пор, пока той не исполнилось 16. «Гаськов проявлял к ребенку интерес, но старался, чтобы это выглядело как искренняя забота. Через пару лет он начал подмешивать ей в напитки алкоголь, а потом и в открытую угощать, если мамы нет дома. Когда девочка отключалась, Гаськов ее развращал, а она толком даже ничего не помнила», — рассказывала в интервью «Комсомолке» Анна Овчинникова, старший следователь Первого управления по расследованию особо важных дел подмосковного главка СКР.
Погубила Гаськова, как и многих других уже успевших поверить в свою безнаказанность преступников из недавнего прошлого, компьютеризация полицейских баз данных, куда заодно добавили и сведения о ДНК. Когда новая сожительница принесла на него заявление, следователи мигом вспомнили, что десять лет назад он уже был судим за аналогичное преступление, сделали свежий тест и запустили поиск. Когда ДНК Гаськова совпала с образцами, обнаруженными на телах жертв из московской серии, он начал говорить.
Как это водится у маньяков, Гаськов решил заработать себе немного сомнительной славы и в беседе с журналистом «Вестей» заявил, что убивал с 1995 года и за это время успел расправиться как минимум с сотней жертв. Следствие ему, разумеется, не поверило, но вот по десяти эпизодам, включая убийство Агнес Каролины Сантстебан, его причастность вполне удалось доказать. Приговор суда огласили в минувший понедельник — пожизненное заключение. Через пару лет Алексей Гаськов присоединится к Михаилу Юдину в «Полярной сове», хотя вряд ли, конечно, им позволят там встретиться.
Фото: пресс-служба СУ СКР Московской области
