Премиальные ЖК и богатые соседи: как спальные Раменки превратились в новые Хамовники

15.10.2026

6 мин. чтения

Строительство комплексов бизнес- и премиум-класса породило разговоры об особом статусе Раменок. Район называют новыми Хамовниками, а в социальных сетях — ликвидным, статусным и модным местом для жизни. Появились и мемы о местной публике: молодых парнях, рассуждающих о «задатке в лям двести на карте», девушках в «фэнси-образах» и состоятельных женатых «золотых ретриверах».

Впрочем, Раменки и раньше считались статусным местом, только статус этот был академическим и интеллигентским: здесь жили ученые, преподаватели, актеры, дипломаты и спортсмены. Теперь к прежней культурной и научной элите добавилась новая — экономическая: обеспеченные представители верхнего среднего класса.

Я доехал сюда на метро, а у станции пересел на электросамокат. Первой моей остановкой стал Surf Coffee на Раменском бульваре. Там я встретился с Анной — 22-летней студенткой РАНХиГС и менеджером одного из районных ресторанов. Некоторые считают, что новые квартиры в Раменках, подобно эксклюзивным объектам в центре, покупают исключительно ради инвестиций, но Анна с этим не согласна: «Тут действительно становится больше людей и семей с высоким доходом. Могу показать, сколько получают чаевых наши официанты, а сколько в обычных рестиках в центре. Да и бронирований у нас становится лишь больше — не всем хочется ехать далеко от дома».

Отдельно она рассказывает про участившийся вид гостей — мужчин восточной внешности, которые приходят в ресторан как в будни с друзьями, так и по выходным с женами и детьми: «Они не такие, как в Котельниках или на “Щелковской”: все спокойные, с последними айфонами, брендовыми шмотками, и речь сейчас не про зип-худи от Armani».

Сама Анна тоже живет неподалеку — снимает двушку с подругой в относительно старом панельном доме, добавляя, что у них очень милые соседи. Хайп вокруг района ей не на руку, поскольку за ним следует логичное открытие конкурентных заведений, в особенности сетевых ресторанов.

Там же, в Surf Coffee на Раменском бульваре, мы встречаемся с приятелем Анны, 21-летним студентом механико-математического факультета МГУ Денисом. Выясняется, что он, наоборот, рад вниманию к своему району: «Во-первых, из-за рилсов про типичных молодых и заряженных пацанчиков я теперь, в шутку, вроде как тоже немного крут, хоть и живу в доме студента на проспекте Вернадского. Во-вторых, теперь тут стало больше хороших кофеен с коворкингами, где можно спокойно поработать вечером».

Из Surf Coffee я отправился в «Кофеманию» на Мичуринском проспекте, где меня ждала моя знакомая с прошлой работы, 33-летняя дизайнер Мария. Она живет неподалеку и увлеченно рассказывала о жизни в Раменках: «Впервые в этом районе я оказалась студенткой и часто переезжала: сперва из общаги в съемную квартиру, потом в другую съемную, потом вновь, но уже в свою. Успела каждый угол здесь посмотреть и завести много друзей».

Воспоминания об учебе и бурной юности стали для Марии основной причиной привязанности к району. Дополнил эту гармонию и тот факт, что окрестности развивались вместе с ней: «Я переехала в Москву из-за учебы в 18 лет, так что росла вместе с Раменками, и мне приятно проводить такую параллель. Тут, как и в моей жизни, с каждым годом все становилось осознаннее и краше. Хотя, может быть, я романтизирую».

Несмотря на ностальгию, Мария все же замечает минусы. Например, большие расстояния от дома до «важных объектов инфраструктуры»: «Азбуки вкуса», любимых заведений, спортивного зала и салона красоты. Она говорит, что на нее стала давить широта проспектов и гигантизм от вездесущего шпиля МГУ до бесконечно длинных домов: «Хорошо, когда есть водительские права… Мне же для быстрого перемещения пришлось освоить электросамокат. Желания постоянно ездить на такси, как и ждать редко подходящий электробус, увы, нет. Муж тоже вечно занят, не всегда попросишь».

За время нашего разговора электробусы действительно проезжали редко. При этом Марии приносит удовольствие осознание того, как популярен стал ее район: «Да видела я эти рилсы, и персонажей то пижонского, то мажористого вида. Ну есть они и есть, если из-за этого тут будет больше прикольных мест или кафешек, то мне же лучше».

В «Якитории» на Университетском проспекте меня ждал следующий собеседник — 50-летний предприниматель Владимир, который в отличие от Марии большую часть жизни провел в Хамовниках, в доме на Фрунзенской набережной, а в Раменки переехал уже с семьей. При этом район он хорошо знал еще с молодости: «Если хотелось прокатиться с ветерком, выбирали Раменки: контроля на дорогах почти не было, и встретить сотрудников ГАИ можно было редко».

Ближе к 2010 году Владимир устал от нарастающей суеты в Хамовниках и шума машин под окнами. Раменки привлекли его близостью к центру, обилием парков и хорошими видами. Риелторы также рассказывали о скором открытии российского представительства аукционного дома Sotheby’s и потенциальной доходности местной недвижимости.

После переезда Владимир по иронии сам столкнулся с любовью молодых водителей к ночным заездам: «Каждое лето с пяти вечера до пяти утра проспекты превращались в гоночные трассы. Не проходило и десяти секунд без рева мотоциклов или звука выхлопов. Жалобы местных жителей ни к чему не приводили. Ситуация изменилась примерно к 2015 году, когда по соседству поселились сотрудники силовых ведомств на высоких должностях».

Окончательно решить проблему помогло строительство Солнцевской линии метро: из-за ограничений и перекрытий гонять по району стало сложнее. Одноименная станция метро сделала Раменки еще привлекательнее для покупателей. Это подтверждает 40-летний риелтор Михаил, который работает с недвижимостью уже десять лет. По его словам, в отличие от старых панельных домов, дорожающих примерно на уровне инфляции, новые ЖК заметно быстрее растут в цене: «В Раменках уже есть метро, порядок, инфраструктура, популярные магазины и кафе. Что еще нужно? Да в целом ничего. Покупателям местных новостроек не так важно, насколько близко находятся школа или больница: они все равно лечатся по ДМС, а детей отдают в частные школы».

Оставив электросамокат, по пути к метро я познакомился с местным пенсионером Сергеем, бывшим преподавателем МГУ, который гулял с черной таксой в парке 50-летия Октября. Как оказалось, происходящие с районом перемены его не радуют. На мои вопросы он высказался более чем откровенно: «Мне не важно, стали ли мы новыми Хамовниками. Наверное, стали. Волнует другое — Москву делают городом для богачей, а коренные, особенно те, кто постарше, из-за этого уезжают в область. Новые дома строят, кафе открывают — вроде бы район становится лучше. Только пенсии и преподавательские зарплаты за ценами не поспевают. В какой-то момент обнаруживаешь, что все это благоустройство будто рассчитано уже не на тебя».

У всех своих собеседников я отмечал то скрытую, то откровенно громкую любовь к «своей Москве» и понял одно: они считают ее лучшим местом в городе и покидать не собираются. К новому статусу района они, похоже, относятся философски: хоть новыми Хамовниками назови, хоть лучшим спальником столицы — никакой новый эпитет не помешает им жить здесь и любоваться своим районом. Но вопрос в том, останется ли здесь место для тех, кто жил тут до появления премиальных ЖК и модных кофеен.

Фото: Дима Жаров

В 1958 году деревня Раменки вошла в состав Москвы, хотя меняться эти места начали еще раньше — с освоением территории вокруг МГУ. Деревенские дома постепенно уступили место широким проспектам и советским многоэтажкам. Сегодня район переживает новую волну преобразований — на этот раз джентрификацию: старую застройку сменяют премиальные ЖК, меняя состав жителей, инфраструктуру и привычный образ жизни. Строительство комплексов бизнес- и премиум-класса породило разговоры об особом статусе Раменок. Район называют новыми Хамовниками, а в социальных сетях — ликвидным, статусным и модным местом для жизни. Появились и мемы о местной публике: молодых парнях, рассуждающих о «задатке в лям двести на карте», девушках в «фэнси-образах» и состоятельных женатых «золотых ретриверах». Впрочем, Раменки и раньше считались статусным местом, только статус этот был академическим и интеллигентским: здесь жили ученые, преподаватели, актеры, дипломаты и спортсмены. Теперь к прежней культурной и научной элите добавилась новая — экономическая: обеспеченные представители верхнего среднего класса. Я доехал сюда на метро, а у станции пересел на электросамокат. Первой моей остановкой стал Surf Coffee на Раменском бульваре. Там я встретился с Анной — 22-летней студенткой РАНХиГС и менеджером одного из районных ресторанов. Некоторые считают, что новые квартиры в Раменках, подобно эксклюзивным объектам в центре, покупают исключительно ради инвестиций, но Анна с этим не согласна: «Тут действительно становится больше людей и семей с высоким доходом. Могу показать, сколько получают чаевых наши официанты, а сколько в обычных рестиках в центре. Да и бронирований у нас становится лишь больше — не всем хочется ехать далеко от дома». Отдельно она рассказывает про участившийся вид гостей — мужчин восточной внешности, которые приходят в ресторан как в будни с друзьями, так и по выходным с женами и детьми: «Они не такие, как в Котельниках или на “Щелковской”: все спокойные, с последними айфонами, брендовыми шмотками, и речь сейчас не про зип-худи от Armani». Сама Анна тоже живет неподалеку — снимает двушку с подругой в относительно старом панельном доме, добавляя, что у них очень милые соседи. Хайп вокруг района ей не на руку, поскольку за ним следует логичное открытие конкурентных заведений, в особенности сетевых ресторанов. Там же, в Surf Coffee на Раменском бульваре, мы встречаемся с приятелем Анны, 21-летним студентом механико-математического факультета МГУ Денисом. Выясняется, что он, наоборот, рад вниманию к своему району: «Во-первых, из-за рилсов про типичных молодых и заряженных пацанчиков я теперь, в шутку, вроде как тоже немного крут, хоть и живу в доме студента на проспекте Вернадского. Во-вторых, теперь тут стало больше хороших кофеен с коворкингами, где можно спокойно поработать вечером». Из Surf Coffee я отправился в «Кофеманию» на Мичуринском проспекте, где меня ждала моя знакомая с прошлой работы, 33-летняя дизайнер Мария. Она живет неподалеку и увлеченно рассказывала о жизни в Раменках: «Впервые в этом районе я оказалась студенткой и часто переезжала: сперва из общаги в съемную квартиру, потом в другую съемную, потом вновь, но уже в свою. Успела каждый угол здесь посмотреть и завести много друзей». Воспоминания об учебе и бурной юности стали для Марии основной причиной привязанности к району. Дополнил эту гармонию и тот факт, что окрестности развивались вместе с ней: «Я переехала в Москву из-за учебы в 18 лет, так что росла вместе с Раменками, и мне приятно проводить такую параллель. Тут, как и в моей жизни, с каждым годом все становилось осознаннее и краше. Хотя, может быть, я романтизирую». Несмотря на ностальгию, Мария все же замечает минусы. Например, большие расстояния от дома до «важных объектов инфраструктуры»: «Азбуки вкуса», любимых заведений, спортивного зала и салона красоты. Она говорит, что на нее стала давить широта проспектов и гигантизм от вездесущего шпиля МГУ до бесконечно длинных домов: «Хорошо, когда есть водительские права... Мне же для быстрого перемещения пришлось освоить электросамокат. Желания постоянно ездить на такси, как и ждать редко подходящий электробус, увы, нет. Муж тоже вечно занят, не всегда попросишь». За время нашего разговора электробусы действительно проезжали редко. При этом Марии приносит удовольствие осознание того, как популярен стал ее район: «Да видела я эти рилсы, и персонажей то пижонского, то мажористого вида. Ну есть они и есть, если из-за этого тут будет больше прикольных мест или кафешек, то мне же лучше». В «Якитории» на Университетском проспекте меня ждал следующий собеседник — 50-летний предприниматель Владимир, который в отличие от Марии большую часть жизни провел в Хамовниках, в доме на Фрунзенской набережной, а в Раменки переехал уже с семьей. При этом район он хорошо знал еще с молодости: «Если хотелось прокатиться с ветерком, выбирали Раменки: контроля на дорогах почти не было, и встретить сотрудников ГАИ можно было редко». Ближе к 2010 году Владимир устал от нарастающей суеты в Хамовниках и шума машин под окнами. Раменки привлекли его близостью к центру, обилием парков и хорошими видами. Риелторы также рассказывали о скором открытии российского представительства аукционного дома Sotheby’s и потенциальной доходности местной недвижимости. После переезда Владимир по иронии сам столкнулся с любовью молодых водителей к ночным заездам: «Каждое лето с пяти вечера до пяти утра проспекты превращались в гоночные трассы. Не проходило и десяти секунд без рева мотоциклов или звука выхлопов. Жалобы местных жителей ни к чему не приводили. Ситуация изменилась примерно к 2015 году, когда по соседству поселились сотрудники силовых ведомств на высоких должностях». Окончательно решить проблему помогло строительство Солнцевской линии метро: из-за ограничений и перекрытий гонять по району стало сложнее. Одноименная станция метро сделала Раменки еще привлекательнее для покупателей. Это подтверждает 40-летний риелтор Михаил, который работает с недвижимостью уже десять лет. По его словам, в отличие от старых панельных домов, дорожающих примерно на уровне инфляции, новые ЖК заметно быстрее растут в цене: «В Раменках уже есть метро, порядок, инфраструктура, популярные магазины и кафе. Что еще нужно? Да в целом ничего. Покупателям местных новостроек не так важно, насколько близко находятся школа или больница: они все равно лечатся по ДМС, а детей отдают в частные школы». Оставив электросамокат, по пути к метро я познакомился с местным пенсионером Сергеем, бывшим преподавателем МГУ, который гулял с черной таксой в парке 50-летия Октября. Как оказалось, происходящие с районом перемены его не радуют. На мои вопросы он высказался более чем откровенно: «Мне не важно, стали ли мы новыми Хамовниками. Наверное, стали. Волнует другое — Москву делают городом для богачей, а коренные, особенно те, кто постарше, из-за этого уезжают в область. Новые дома строят, кафе открывают — вроде бы район становится лучше. Только пенсии и преподавательские зарплаты за ценами не поспевают. В какой-то момент обнаруживаешь, что все это благоустройство будто рассчитано уже не на тебя». У всех своих собеседников я отмечал то скрытую, то откровенно громкую любовь к «своей Москве» и понял одно: они считают ее лучшим местом в городе и покидать не собираются. К новому статусу района они, похоже, относятся философски: хоть новыми Хамовниками назови, хоть лучшим спальником столицы — никакой новый эпитет не помешает им жить здесь и любоваться своим районом. Но вопрос в том, останется ли здесь место для тех, кто жил тут до появления премиальных ЖК и модных кофеен. Фото: Дима Жаров

один день Раменки