search Поиск Вход
, 3 мин. на чтение

95 лет назад были снесены Красные ворота — первые в череде сносов по новому плану Москвы

, 3 мин. на чтение
95 лет назад были снесены Красные ворота — первые в череде сносов по новому плану Москвы

К началу царствования Петра I Москва была еще очень похожа на деревню. Фортификационная насыпь Земляного вала на северо-востоке столицы (нынешнее Садовое кольцо) была окраиной города. Там цвели сады и огороды.

Земляной город внутри вала в XVI веке был обнесен деревянной стеной с башнями-воротами. Стояли они довольно редко, что было неудобно. Там, где на Земляной вал выходила Мясницкая улица, жители самочинно проломили стену, сократив путь на Басманную. Именно через эти проломные ворота молодой Петр ездил в Преображенское и Немецкую слободу.

28 июня 1709 года, когда старая столица уже была оставлена, Петр I под Полтавой одержал решающую победу в Северной войне со шведами. Победа так воодушевила Петра, что он решил отпраздновать ее на широкую ногу. После долгого путешествия по Польше и Пруссии Петр к зиме вернулся в Петербург и приказал готовиться к Полтавскому триумфу — самому пышному за время его царствования. Парад должен был проходить в «народной» столице Москве, куда Петр прибыл только в декабре. Сценарий торжеств разработал лично государь. В параде участвовали хоры, театральные труппы, художники, пиротехники, войска и, конечно, пленные шведы во главе с императором Карлом ХII. Дважды Петр прошел через Москву, дважды провел через нее Карла. Его путь лежал через восемь триумфальных ворот. Ворота на стыке Земляного вала и Мясницкой улицы были последними. Их «вышину и пышность» описать, по мнению современников, было невозможно.

С тех пор торжественные процессии во время коронации каждого нового государя в Москве всегда проходили под этими воротами. Их несколько раз подновляли, но дерево в Москве долго не стояло — ворота дважды горели. После пожара 1748 года их решено было отстроить уже в камне. Проект разработал архитектор князь Дмитрий Ухтомский. В его исполнении ворота стали выше на 26 метров и полны всех мыслимых барочных украшений — лепнины, позолоты, скульптуры, бронзы и росписей. Трехарочные ворота несли на себе более 50 картин, изображавших «Величество Российской империи», гербы губерний, портрет императрицы Елизаветы, восемь аллегорических статуй (Мужества, Верности, Изобилия, Бодрствования, Экономии, Постоянства, Меркурия и Милости) и венчались бронзовым ангелом с трубой.

Первоначально ворота назывались не Красными, а Триумфальными, и красными вообще-то не были. Ухтомский покрасил столбы под мрамор. Но общий декор был очень пестрым. Были там и красные элементы, и золото, и строгая бронза. Ворота буквально звенели от обилия ярких цветов и общей пышности.

Москвичи свои ворота обожали. В середине XVIII века они официально получили имя Красных — так горожане называли все красивое. Потом облик ворот часто менялся. Некоторые государи в канун коронации требовали заменить вензеля, чтобы избежать разночтений. Венчавшийся на царство Николай I убрал портрет Елизаветы, предусмотрительно заменив его двуглавым орлом. В конце XIX века ворота перекрасили в красный цвет. Они стояли поперек Садового кольца и идеально вписывались в схему движения: под ними проходила трамвайная линия, а коляски и машины аккуратно объезжали боковые арки — пространство площади это вполне позволяло. С приходом к власти большевиков ворота тут же начали использовать для пропаганды: орла и вензеля закрыли плакатами с портретами Ленина и прочей агитацией. Казалось, что ворота вписаны в историю Москвы навсегда. В 1926 году власти столицы даже провели их качественную реставрацию. Тогда воротам вернули исходный белый цвет, что тут же породило в народе ироничный стишок:

Была белая Москва —
Были красные ворота,
Стала красная Москва —
Стали белыми ворота.

Казалось, что воротам ничто не угрожает, но уже в конце 1926 года они внезапно появились в списке зданий, подлежащих сносу. Официальная причина была «узость места для проезда транспорта», но дело было в другом. От Измайлово через Стромынку, Комсомольскую площадь, нечетную сторону улицы 25-го Октября (бывшую Никольскую), Волхонку и Остоженку Москву должен был рассечь колоссальный проспект Дворца Советов. Все улицы и постройки по этому маршруту предполагалось снести. Архитектурный ансамбль площади Красных ворот защищал сам Луначарский, но все было тщетно. Снесли и сами ворота, и церковь Трех Святителей, и дом, где родился Лермонтов. По счастью, проспект Дворца Советов так и не построили. Многое из кровожадного генплана 1926 года удалось спасти. Но Красные ворота — уникальный шедевр русской барочной архитектуры — мы 3 июня 1927 года потеряли. В качестве запоздалого извинения перед москвичами в 1986 году станции метро «Лермонтовская» вернули историческое название «Красные Ворота». Но это, конечно, слабое утешение.

Фото: pastvu.com

Подписаться: