search Поиск Вход
, 6 мин. на чтение

Дом недели: усадьба Воронцово на улице Новаторов

, 6 мин. на чтение
Дом недели: усадьба Воронцово на улице Новаторов

Зеленый островок в 40 гектаров на юго-западе Москвы, сегодня втиснувшийся между новостройками улиц Новаторов, Пилюгина, Архитектора Власова и Ленинским проспектом, прежде представлял собой дворянскую усадьбу с каскадом прудов, окруженную парком.

Первым владельцем «деревни Воронцова Московского уезда Чермнева стана» считается боярин Федор Васильевич Воронец, давший ей название. Топоним «Воронцовское» во времена, согласно записи в духовной грамоте Ивана Грозного 1572 года, модифицировался в «Воронцово».

Родословную боярин Воронец вел от Шимона Африкановича, пришедшего в Киев из Варяжской земли в 1027 году, во времена великого князя Ярослава Мудрого, принявшего православие и ставшего Симоном. От правнуков Федора Васильевича Воронца пошли Воронцовы и Вельяминовы, служившие престолу, получавшие знатные чины, в том числе окольничих, государями жаловались обширными землями.

Сыну Василия Темного и любимому внуку княгини Софьи Витовтовны, Юрию Васильевичу, удельному князю Дмитровскому, среди прочих селений в 1453 году было отказано и Воронцовское.

По условиям завещания села близ Москвы у Юрия имел право выменять его старший брат, великий князь Московский Иван III, известный как Иван Великий, освободивший Русь от ордынской зависимости и объединивший русские земли вокруг Москвы.

Примечательно, что князь появился на свет в день памяти апостола Тимофея, чьим именем и был наречен. Но при крещении в день перенесения мощей святого Иоанна Златоуста получил имя, под которым известен поныне.

Воронцовское в наследство досталось сыну и преемнику «собирателя земли русской» Ивана III и византийской принцессы Софьи Палеолог, Василию III, великому князю Московскому, которого заморские документы уже именовали императором русов.

Раз Василий III пожелал остаться в своей вотчине на все лето 1519 года, то можно не сомневаться: в те времена в Воронцово на каменном подклете уже стояли достойные великокняжеского проживания деревянные хоромы.

Великий князь любил охоту и жизнь за городом.

С удовольствием и надолго он покидал Москву, имея страсть к строительству и путешествиям, много ездил по своим резиденциям, прогуливался на лоне природы, предавался размышлениям. Василий III продолжил отцовскую политику «собирания земель»: в 1508 году заключил договор Москвы с Польшей и Литвой, сохранив приобретения в западных землях.

В 1526 году, оформив развод с бесплодной Соломонией Сабуровой, Василий III вторично женился. Через четыре года у них с дочерью литовского князя Василия Львовича Глинского, Еленой, наконец родился долгожданный наследник, сын Иван, будущий Иван Грозный.

Село же Воронцово с годами приходило в запустение, а в начале XVII века, в Смутное время польско-литовского лихолетья, и вовсе было уничтожено, превратившись в выжженную пустошь.

В 1613 году Михаил Федорович Романов был избран на царство. Возрождать Воронцово предстояло знатному княжескому роду Репниных, происходивших от князей Черниговских, один из которых имел прозвище Репня.

Именно в начале XVII века из Поместного приказа поместье Воронцово было выдано князю Борису Александровичу Репнину за «московское осадное сидение» 1618 года. Осада города польскими войсками с целью посадить на московский престол польского королевича Владислава IV успехом для поляков не увенчалась, зато это укрепило положение новой династии Романовых.

Князь Борис Александрович Репнин, дипломат и воевода, пользовался у царя Михаила Федоровича особым расположением. Сын стольника, по рождению не очень и богатый, но, видимо, эффективный, стремительно взлетел по карьерной лестнице.

Боярский чин ему пожаловали прямо из стольников, хотя сперва, следуя порядку, необходимо было получить чин окольничьего.

В послужном списке Репнина числится руководство одновременно Иконным приказом, приказом Сыскных дел, приказом Приказных дел, Золотой, Серебряной и Оружейной палатами. Репнин организовал многочисленные геологоразведочные экспедиции по поиску золотой, медной и серебряной руды, привлекая иностранных специалистов с походной пробирной лабораторией.

Преуспел князь и на дипломатическом поприще, возглавив русское посольство в Речь Посполитую, готовившее воссоединение Украины с Россией.

Однако бояре, царица и патриарх Московский Филарет, недовольные сильно возросшим влиянием фаворита Бориса Репнина, которому было присвоено обидное прозвание Ехидна, поспособствовали его удалению из Москвы. Князь отправился в Тверской край искать месторождения золота. И, как констатировал историк Соловьев, «после возвращения из “золотой экспедиции” в Тверь его отправили воеводой в Астрахань, якобы для того, чтобы подавить возмущения ногайских татар. Во время же отсутствия бояре успели очернить Репнина перед царем».

В 1647 году Борис Александрович отказал подмосковную вотчину младшему сыну, Ивану Борисовичу Репнину.

В придворной карьере тот не уступал отцу. Воевода, стольник, служил ближним боярином, то есть советником, дворецким царя Алексея Михайловича Тишайшего. Участвовал в военных походах против турецкого султана и татарского хана. Назначенный царем Федором Алексеевичем судьей, по семейной традиции заседал он в приказе Казанского дворца, затем в Сибирском приказе.

В Воронцово Иван Борисович ограничился организацией деревни, устроив боярский двор с дворовым хоромным строением в соседнем сельце Шатилово.

Женой Репнина была дочь стольника Плещеева, Евдокия Никифоровна. Их средний сын, князь Аникита Иванович Репнин (1668–1726), при коронации Екатерины I пожалованный в генерал-фельдмаршалы, устраивал усадьбу непосредственно в Воронцово.

К 1709 году здесь появляются господский дом и деревянные хозяйственные пристройки. В коллекции Русского музея хранится парсунный портрет Аникиты Репнина кисти неизвестного живописца 1693–1694 годов. Князь, будучи полковником Потешной роты в Преображенском, изображен с саблей, так называемой чечугой.

При внуке Аникиты Ивановича, Петре Ивановиче Репнине, усадьба Воронцово приобретает второе название — Беспечное, четкую планировку с тремя аллеями на манер Версаля, расходящимися лучами от партера у главного дома. За одноэтажным домом в барочных формах были разбиты террасные пруды на речке Раменки, именно здесь берущей свое начало. Ее воды наполняют каскад прудов, сегодня в подземном коллекторе пересекают проспекты и выходят на поверхность в парке 50-летия Октября.

С Воронцово принято связывать имя Федора Степановича Рокотова, замечательного художника, тончайшего портретиста. Есть версия, что он родился в 1736 году в Воронцово и был внебрачным сыном князя Петра Репнина, в браке с графиней Марией Ивановной Головкиной детей не имевшего. Известно, что крепостной Рокотов довольно легко получил вольную, а Петр Репнин оказывал ему протекцию в дальнейшем устройстве судьбы.

Следующий наследник Воронцово — кузен Петра Ивановича, военачальник, дипломат, крупный масон, учившийся в Германии, Николай Васильевич Репнин. По всей вероятности, главный дом был новым хозяином значительно перестроен, переведен в камень, надстроен этажом. Имя архитектора не сохранилось, зато известно, что декоратор-итальянец Ванзини занимался отделкой интерьера. Слева и справа дом обрамляли флигеля в стиле поздней классики.

Репнин, сообразуясь с модой и собственными вкусами, в 1780-е годы создавал загородный ансамбль в классическом духе с готическими нотками, о чем сообщают уцелевшие от времени кирпичные ворота кордегардии, арка, стрельчатые окна двухъярусных башенок парадного въезда у Старой Калужской дороги, авторство которых приписывается Матвею Казакову, Василию Баженову, даже Джакомо Кваренги.

Въездные ворота усадьбы Воронцово, каменная ограда и две калитки в ближайшее время будут отреставрированы.

В память о своих военных подвигах Репнин тут же возвел триумфальную «турецкую крепость», а неподалеку построил восьмигранный парковый павильон, впоследствии ставший одноглавым Троицким храмом, сохранившимся и поныне.

С кончиной Николая Репнина Воронцово досталось его дочерям, уже немолодой, с детства горбатой Дарье, вышедшей замуж за барона Августа Карловича фон Каленберга, и Александре, в замужестве Волконской. Затем перешло и старшему сыну последней, царским указом получившему фамилию деда.

У Льва Толстого в романе «Война и мир» читаем:

«В этот день Пьер, для того чтобы развлечься, поехал в село Воронцово смотреть большой воздушный шар, который строился Леппихом для погибели врага, и пробный шар, который должен был быть пущен завтра. Шар этот был еще не готов; но, как узнал Пьер, он строился по желанию государя».

Александра Волконская в начале 1812 года сдавала усадьбу под дачи. Одним из арендаторов оказался Николай Васильевич Обрезков, губернский предводитель дворянства. Он-то и выбрал Воронцово, далекое от центра города (дабы сохранять тайну), для строительства того самого большого воздушного шара «последнего слова военного дела», с помощью которого предполагалось бомбардировать неприятеля взрывчатыми снарядами. Механик Франц Леппих руководил процессом.

Пуск шара так и не состоялся, о подготовке бомбометаний узнал Наполеон.

1812 год нанес Воронцово тяжелейший удар. Главный дом был разграблен французами, однако уцелел. Во время восстановительных работ князь Николай Григорьевич Репнин-Волконский, женатый на Зинаиде Александровне Белосельской-Белозерской, держательнице знаменитого салона, построил в Воронцово северный хозяйственный флигель, так называемую Оранжерею, а также квадратный в плане южный корпус.

Василий Николаевич Репнин, его сын, ставши владельцем родовой вотчины, в 1837 году с легким сердцем расстался с ней.

Действительный тайный советник и обер-шталмейстер Сергей Ильич Муханов стал хозяином Воронцово, а через три десятилетия дворянское имение было уже в руках у купца 1-й гильдии Григория Михайловича Сушкина.

В 1890-х годах Воронцово владел торговый дом «Карл Тиль и Ко», производивший военную амуницию, окончательно превративший местность в дачную. Главный дом, пришедший в упадок, до конца разобран, но строятся конный двор, экипажные сараи, парники, конюшня, кузница.

После революции в бывшем имении располагались биостанция, свиносовхоз, тюрьма, где томилась Мария Спиридонова, лидер левых эсеров.

В 1948 году усадьба вместе с уцелевшими постройками и парком берется под государственную охрану как памятник архитектуры.

Фото: Евгений Чесноков, pastvu.com