, 3 мин. на чтение

Дом недели: усадьба Зубкова—Загрязкина в Кадашах спасена от сноса

, 3 мин. на чтение
Дом недели: усадьба Зубкова—Загрязкина в Кадашах спасена от сноса

Благородные развалины украшают центр города Рима. Никого это не смущает. Толпы туристов со всего мира слой за слоем внимательно разглядывают эволюцию исторических эпох. А на дорогой земле мог бы запросто стоять и апарт-отель.

Таковым чудом не стал показательный пример вековых напластований — усадьба Зубкова—Загрязкина, находящаяся в самом сердце заповедной Москвы (3-й Кадашевский переулок, 3, стр. 1 и 7), близ храма иконы Божией Матери «Всех Скорбящих Радость».

Главный дом появился здесь между 1757 и 1780 годами и, очень возможно, включал в себя и значительно более древние части. Первым ее известным владельцем усадьбы был купец Зубков. Исследования показывают, что дом многократно достраивался, перестраивался, надстраивался, рос в длину или, напротив, укорачивался.

В 1906 году, при купце Загрязкине, имение приросло флигелем, где разместился доходный дом. Известно, что это постройка московского архитектора Александра Михайловича Калмыкова (1863–1930), автора зданий Третьяковской галереи по проекту Виктора Васнецова, макаронной фабрики Динга в Сокольниках и краснокирпичных производственных корпусов кондитерской фабрики «Эйнем».

Местность, лежащая в Замоскворечье, Кадашевская слобода, пережила свой расцвет в XVII столетии, при царе Алексее Михайловиче. Тогда здесь появилось ткацкое производство, создавшее привилегированное положение Кадашам, и сформировалась уникальная городская застройка. Слобода стала «государевой хамовной» (от слова «хам» — лен).

Специалисты, однако, утверждают, что топоним происходит от понятия «кадь», означавшее бочку, и «кадашей» — бондарей, ремесленников, изготавливающих те самые бочки.

Не лишенные вкуса ткачи богатейшей Кадашевской слободы могли позволить себе на собственные средства поставить не только жилые дома, но и каменные соборы. Хотелось бы, чтоб Кадаши оставались образцом нетронутой исторической среды на излучине Москвы-реки, одним из самых тихих уголков нашего города и сохранился пейзаж с маленькими особняками и стройными колокольнями. Мечтам уже не сбыться — зона давно не охранная, ткань Кадашевской слободы прошита и нашпигована зданиями сверхповышенной этажности, точечные постройки исказили живописность. Остаются лишь жалкие островки былого.

В конце октября сего года компания «Капитал-строй» замахнулась на строительство гостиницы в габаритах существующих руин редкостного объекта и силами подрядчика ООО «Строймасштаб» приступила к сносу.

Дом, лишенный даже крыши, уже и без того был доведен до аварийного состояния.

Над палатами в 3-м Кадашевском переулке нависла реальная угроза. Техника пошла. Компрессоры с отбойными молотками закатились на территорию, на проезжую часть полетели кирпичи большемерной старинной кладки. Беззащитный дом при отсутствии статуса памятника от несанкционированного сноса героически спасли «Архнадзор» и депутат Мосгордумы Елена Шувалова. Активисты заблокировали двор и связались с департаментом Мосгорнаследие.

О тех, кто жил в этом здании, известно немного. Выходцы из калязинских мещан предприниматели Загрязкины, купцы 2-й гильдии, приобрели двухэтажный дом (по воспоминаниям потомков, они называли его Белым) в Кадашах в 1895 году. За два года до этого события был учрежден Торговый дом «Н. С. Загрязкин с сыновьями». Фирма специализировалась на табачном, москательном, писчебумажном товаре и спичках. Глава семейства Николай Степанович Загрязкин (1855–1913) разместил контору торгового дома там же, где и жил. Магазин располагался на Москворецкой улице, склады — на Садовнической набережной.

Дом в Кадашах окружал яблоневый сад. Были высажены кусты и разбиты цветники. Купцы Загрязкины имели дачу в Петровском парке, куда по обыкновению выезжали летом.

Николай Степанович Загрязкин был счастливым отцом одиннадцати детей: сыновей Николая, Алексея, Владимира, Бориса, Сергея, Михаила и дочерей Лидии, Александры, Валентины, Елизаветы, Надежды.

До 1917 года все семейство, которое, разумеется, со временем разрослось, плюс прислуга, мирно сосуществовало под крышей родительской усадьбы. Борис, Сергей, Николай и Михаил входили в правление семейного табачного предприятия. Николай и Михаил возглавили торговый дом после смерти отца. Алексей же стал врачом (женские болезни и акушерство). На визитной карточке доктор указывал все тот же адрес, в 3-м Кадашевском переулке.

После революции Загрязкиных уплотнили, переселив семью в две комнаты Белого дома, а в остальных разместились другие жильцы. По праздникам в окна еще лился колокольный звон соседних церквей. В 1924 году последний раз всей большой семьей отмечали Пасху.

В 1930 году дом в Кадашах национализировали и передали в государственную собственность. Все жильцы, из тех, кто выжил, разъехались.

Фото: Андрей Новичков