search Поиск Вход
, , 3 мин. на чтение

«Дорогой мистер Смит» в «Приюте комедианта»: популярный инста-мюзикл вышел в офлайн

, , 3 мин. на чтение
«Дорогой мистер Смит» в «Приюте комедианта»: популярный инста-мюзикл вышел в офлайн

В петербургском театре «Приют комедианта» прошла российская премьера мюзикла Пола Гордона «Дорогой мистер Смит» (оригинальное название — «Daddy Long Legs»).

Поставил его Алексей Франдетти, за несколько лет превратившийся в главного режиссера мюзиклов в России и уже получивший три «Золотые маски» за спектакли этого жанра в Москве: «Рождество О. Генри» в театре им. Пушкина, «Суини Тодд, маньяк-цирюльник с Флит-стрит» в театре на Таганке и «Стиляги» в Театре Наций.

Во время карантина Франдетти выпустил первый в России инстаграм-мюзикл «Мой длинноногий деда» на том же музыкальном материале, а теперь решил перенести постановку в офлайн. По словам режиссера, спектакль в «Приюте комедианта» кардинально отличается от онлайн-версии, поэтому и получил новое название. Главные роли в «Дорогом мистере Смите» сыграли звезды российского мюзикла Иван Ожогин («Золотая маска» за «Бал Вампиров») и Юлия Дякина («Золотая маска» за «Орфея & Эвридику»).

В центре сюжета — история юной Джуди Эббот, чье детство прошло в сиротском приюте. Она получает стипендию на обучение в престижном колледже от анонимного благотворителя, который ставит условие: девушка должна писать ему подробные письма о том, что с ней происходит, но ни на одно из них он не ответит. «Из всех мюзиклов, которые я знаю, этот самый литературный, эпистолярный, и это роднит его с русской литературой, — рассказывает художник-постановщик Вячеслав Окунев. — У режиссера родилась замечательная идея: с помощью видео рисовать мир героев, что отсылает к наброскам и рисункам на полях рукописей, к книжной графике. Использование рисованного видеоконтента продиктовало условие: герои должны быть яркими цветными пятнами на сцене. Так появилась идея комиксов: каждый герой имеет свой цвет, каждый ярко подан, со множеством вариаций костюмов и образов, чтобы зрителю было интересно наблюдать за визуальной драматургией».

Алексей Франдетти, режиссер

Чем вас привлекла история, рассказанная в «Дорогом мистере Смите»? Почему вы выбрали для постановки именно его?

Нашей команде очень хотелось оживить то, что мы делали в инстаграме во время пандемии, где мы рассказали историю под названием «Мой длинноногий деда». Мы так влюбились в этот материал, что пообещали нашим зрителям, что он оживет и выйдет на сцену. И когда появилась такая возможность, мы с огромной радостью ею воспользовались. А когда мы выбирали материал для инстаграм-мюзикла, для меня было важно, чтобы он был не густонаселенный, чтобы это был камерный мюзикл и при этом чтобы он давал надежду и транслировал какую-то светлую энергию, потому что в тот момент, когда мы все оказались запертыми у себя дома, это было необходимо. Да и сегодня, мне кажется, это необходимо. Чтобы рассказать такую добрую, светлую историю, как в «Дорогом мистере Смите», не скатываясь при этом в плохом смысле слова в сторону очень современного, сложносочиненного, концептуального театра, нужна определенная смелость.

Почему ваш выбор пал на «Приют комедианта» — ведь небольшой, камерный театр, кажется, не самый очевидный вариант для мюзикла, который ассоциируется с масштабной постановкой?

Художественный руководитель «Приюта комедианта» Виктор Минков предложил мне выбрать для постановки любой мюзикл. Когда я узнал, что это театр камерный (честно скажу, я там раньше никогда не бывал), мне показалось, что это то самое место, которое может стать приютом для нашего инстаграм-проекта. В результате живой спектакль и то, что происходило в инстаграме, отличаются друг от друга как небо и земля. Схожи они только музыкальным материалом и артистами. Все остальное — это совсем-совсем разные истории. Что же касается «не самого очевидного варианта для мюзикла», то ведь все самое прекрасное рождается именно там, где оно не очевидно.

Чем отличается публика, которая приходит на ваши спектакли, в Москве и Петербурге?

Во-первых, в Петербурге на нашем спектакле я наблюдаю то, что на Бродвее называется standing ovation, когда в финале в едином порыве весь зрительный зал встает и аплодирует. В Москве такое происходит крайне редко. Может быть, потому что московский зритель очень уж избалованный. Я бы сказал, что среди петербургской публики больше тех, кого можно назвать театралами. А вообще зрители приезжают на этот спектакль и из Москвы, и из других городов, и даже из других стран. Каким образом к нам недавно прорвались фанаты Ивана Ожогина из Германии, для меня до сих пор загадка. Но это было невероятно приятно.

Расскажите, пожалуйста, о команде, которая работала над спектаклем.

Мне хотелось работать с теми людьми, которые разделяли бы мою любовь и мой запал по отношению именно к этой вещи. Или просто с артистами и художниками, с которыми было бы здорово хулиганить (потому что подобный спектакль — это, конечно, абсолютное хулиганство). К их числу относятся и исполнители главных ролей Ваня Ожогин и Юля Дякина, и видеохудожники из студии «Арт Нови», мои постоянные соавторы, очень смелые ребята, которые никогда не говорили мне: «Это невозможно, мы не знаем, как это сделать». А еще это замечательный художник Вячеслав Окунев, с которым мы сделали большой спектакль в Московском театре оперетты, и тем интересней был наш выход в малое пространство «Приюта комедианта». И, конечно, Глеб Фильштинский — прекрасный художник по свету, да и человек замечательный, с которым мне было очень интересно и к которому я очень много прислушивался.

Фото: Юрий Богомаз