search Поиск Вход
, , 3 мин. на чтение

Город для мизантропа: куда пойти в Москве, если бесят все

, , 3 мин. на чтение
Город для мизантропа: куда пойти в Москве, если бесят все

Однажды мы с девушкой чуть не поссорились. Причем на мой день рождения. Решили отпраздновать в кафе. Девушка знала хорошие места, я ей доверял. Привела в модное, недавно открывшееся, сказала: «Тут очень вкусно!»

Люди в этом кафе сидели вплотную. Нам предложили столик между парой других столов. То есть прямо рядом, локоть к локтю, что-то хомячили посторонние граждане. Нет, говорю девушке, я не хочу делить свой день рождения с чужими людьми. Я хочу приватности. Я хочу быть с тобой, как пел Вячеслав Бутусов.

Девушка ответила, что в модных заведениях так и должно быть, сядем быстрее! Но я взбеленился: мой день рождения, не хочу так. Потом мы искали в центре заведение, чтоб без людей. Нашли. Девушка осталась не очень довольна, ей хотелось модного, зато нам никто не мешал.

Меня бесят и гастрономические опенспейсы. Я не хочу садиться в «Депо» за стол с незнакомыми гражданами, чтобы кто-то рядом чавкал аджапсандалом или всасывал в себя лапшу из фо бо. Я не люблю этот пищевой коммунизм, для меня еда — вещь интимная, мне надо в уголок, в тишину, в полумрак.

В нашем городе найти можно все. В том числе мизантропам. У меня есть список нескольких заведений в самом центре, где даже в пятницу вечером я всегда отыщу уголок, чтобы никого рядом. И еда там хорошая. Нет, обойдусь без названий, а то закричат, что протаскиваю скрытую рекламу. Каждый может такие места найти. Вот рядом будет кафе, где не сесть, где как в мюнхенской пивной в 1923 году, а тут — пожалуйста. Интерьер, обслуживание, качество еды ни при чем. Тут работают факторы иррациональные.

Если ты в центре, все осточертели и хочешь побыть один, нужно просто свернуть. Например, от Остоженки в сторону реки, в переулки. Там вообще никого. Редкий порше заедет сюда на бесшумной резине.

Или переулочки в районе Маросейки—Покровки. Тишайшие. Тут как-то было смешное. Встречался на Китай-городе со старинным другом из Израиля. Он туда уехал четверть века назад. «Ну что, — спрашивает, — куда пойдем?» Я решил пошутить: «А давай в синагогу!» Но шутка не удалась. Друг спросил: «Что, тут есть синагога?» Здрасьте, отвечаю, с конца XIX века, и даже я, совершенно русский и фактически православный, бывал там. Пришлось вести друга в синагогу. Кипу там можно получить при входе. Обрезание не проверяют.

Или лютеранская церковь в Старосадском. Здесь часто репетируют органисты, с утра. Церковь пустая. Можно прийти, сесть и балдеть под орган. Еще дворы между Большой Ордынкой и Пятницкой. На удивление цельный ломтик очень старой Москвы, куда не дотянулся Лужков и куда почему-то еще не упал беспокойный взгляд собянинских урбанистов.

Но в холод лучшие места для эскапистов — квартиры-музеи. Или дома-музеи. Там вообще никого. Ну кроме очаровательных тетушек, присматривающих за порядком. Например, музей Станиславского в Леонтьевском. Или музей-квартира Алексея Толстого на Спиридоновке. И, в общем, фиг с ними, Толстым и Станиславским (при всем уважении), главное — интерьер и покой.

Однако лучше всего побыть в одиночестве в мастерской Налбандяна. О ней почти никто не знает, а это прямо на Тверской, в жилом доме, вход со двора. Да, тот самый Налбандян, который писал всех советских вождей, от Сталина до Брежнева. Поднимаетесь на последний, девятый этаж — и вы в музее. Мастерская очень просторная, со стеклянным потолком: больше света! Сюда приходили позировать спортсмены, космонавты и даже сам Ворошилов. Живопись на стенах вполне убога, но мастерская интересна другим: хорошим паркетом, торжественными видами из окон, всем этим духом советского благополучия.

И, наконец, маленькие галереи. Это самое любимое. Потому что, во-первых, бывают хорошие выставки, а во-вторых, там люди собираются только в дни открытий. В будний день встретишь разве что пару интеллигентных старушек (честно говоря, не очень понимаю, за счет чего живут наши галереи). Галерея «Триумф» — в двухстах метрах от Красной площади, но сколько я туда ни приходил — неизменно был один. То есть вышел из ГУМа, одурев, нырнул в эту галерею и — гул затих. Вход бесплатный.

И таких галерей немало, просто места надо знать, они прячутся. Галерея «Ковчег» — во дворах Трубниковского переулка. «Открытый клуб» затаился на Спиридоновке, работает богемно, с 16.00 до 22.00. У галереи «Культпроект» близ Остоженки даже нет вывески. Надо явиться по адресу 2-й Обыденский переулок, дом 12а. Войти без стеснения в большую дверь. Там добродушный охранник покажет, куда дальше. А дальше — тишина. Ну и культура, да.

Нервный, но благоразумный москвич всегда найдет убежище. Исчезнет внезапно посреди города. К своему удовольствию.