search Поиск Вход
, 2 мин. на чтение

Город под копирку: почему в Москве выживает только одинаковое и примитивное?

, 2 мин. на чтение
Город под копирку: почему в Москве выживает только одинаковое и примитивное?

Москва — это город количества, а не качества. Любое множество здесь уместно, единичность быстро предается забвению. Город для людей, а не для человека.

Все сетевое — это Москва: кофейни, продуктовые магазины, кинотеатры. Даже курьеры здесь лишились человеческого облика, теперь они бывают двух видов: желтые и зеленые. Иногда мне кажется, что если подойти к одному из них на улице и поздороваться, то из униформы вынырнет какое-то аморфное существо, похожее на инопланетян из фильма Глейзера «Побудь в моей шкуре».

С одним из первых столичных сетевых кафе — богомерзкой «Шоколадницей» — у меня связана одна показательная история. В прошлом году я почти каждый день по пути в редакцию заходил в это кафе на Добрынинской. В одно и то же время. Там принимала заказы одна и та же девушка. Я всегда брал латте. Полгода. Каждый раз она меня спрашивала: «Что вы будете?» Сначала я злился, потом после очередного вопроса начал делать паузы, смотреть на десерты, после чего говорил: «Сегодня, пожалуй, латте». Никакой реакции. Она знала меня в лицо, но продолжала делать вид, что я — люди, а не человек.

«Шоколадница» в каждом третьем доме, «ВкусВилл» в каждом четвертом, торговые центры под предводительством инфернального «Авиапарка» однообразны по определению. Москве пока еще далеко до какого-нибудь Гонконга, где моллы занимают целые кварталы, но там их строительство оправдано климатом, он жаркий и влажный, люди ищут спасения в кондиционированных монстрах. Почти все кинотеатры лишены индивидуальных черт, кроме, пожалуй, «Пионера», «Иллюзиона» и Центра документального кино (есть еще по-своему уникальный «приватный» кинотеатр «Москва» для приватных людей, где цены на билеты начинаются от 4 тыс. рублей). Даже магазин товаров для дома — сетевой «Мосхозторг». И как только открываешь для себя по-настоящему оригинальное, ни на что не похожее место — можно быть уверенным, что скоро оно закроется, а его место займет тысячный по счету «Прайм» — уже третий на этой улице.

Недавно появилась информация, что на площади трех вокзалов построят фудмолл, превышающий «Депо» в два раза. Монстр переплюнет гиганта. Разнообразные концепции и фермерские лавки под одной крышей. Москва фудмолльная. Фудмоллистая.

Если вы видите массу тупых вывесок, значит, вы в Москве. Меня всегда удивлял тот факт, что в Петербурге так много остроумных названий, а в столице их почти нет (и дело не в отсутствии фантазии у москвичей, здесь живет много остроумных и креативных людей). Просто Питер дорожит оригинальностью, а Москва — посещаемостью. Казалось бы, у традиционно туристического Питера есть все шансы пасть жертвой джентрификации, но нет, оригинальность все равно побеждает.

Даже уличные столичные музыканты бесконечно поют Цоя, ибо это прокатывает. Иногда попадаются интересные артисты, играют на банках из-под краски и диджеят. Однажды я увидел на Красной Пресне мальчугана лет восьми-девяти, который лупил металл на электрогитаре, это было роскошно. Но чаще всего в переходах в тысячный раз заводят «город-сказка, город-мечта» и делают вид, будто верят в то, что поют. В Петербурге, кстати, есть свой уникальный уличный музыкант — MC Покайся, православный битбоксер и фрик. Но московский пейзаж — это триумф однообразия и уныния. Даже граффити столица себе позволить не может, слишком спонтанное явление, трусливо их закрашивает или заказывает официальные агитки.

Москва внутренне оппозиционна Берлину (на который внешне похожа): она и не бедная, и не сексуальная. Копии здесь идут на ура, оригинальность и аутентичность никому не нужны. Количество здесь никогда не переходит в качество. Работает лишь одна закономерность: чем больше, тем хуже, потому что у нас столько народу, что съест и самое невкусное.