, 10 мин. на чтение

«Как ни удивительно, в птичьем отношении интересны промзоны» — как живут московские птицы?

, 10 мин. на чтение
«Как ни удивительно, в птичьем отношении интересны промзоны» — как живут московские птицы?

Старший научный сотрудник Зоологического музея МГУ Ольга Викторовна Волцит рассказала Ольге Дарфи о московских и немосковских птицах, о бёрдвотчинге и о том, чем мы все можем помочь, чтобы птицам в Москве жилось лучше.

Ольга Викторовна Волцит

Старший научный сотрудник Зоологического музея МГУ


Сколько видов птиц в городе?

Всего зарегистрировано 244 вида, но это не значит, что все они в Москве живут и гнездятся. Потому-то состав птиц складывается из гнездящихся видов, которых в Москве 115, а также видов, которые мы наблюдаем на пролете. Например, через Москву пролетают журавли и гуси во время осенней и весенней миграций. Они в Москве не останавливаются, мы их можем видеть только в небе. И белый аист пролетает, и пеликан. Крупные хищные птицы пролетают, например орлан-белохвост.

И даже над центром Москвы могут пролететь?

Конечно! Вальдшнеп, например, это такой лесной кулик. В Москве он гнездился в двух местах, но вообще это лесная птица, в городах обычно не живет. А во время миграций — и весной, и осенью — их часто находят в городе, даже в самом центре, на Петровке находили, у нас во дворе Зоологического музея. К сожалению, именно вальдшнепы, залетая в город, часто разбиваются о стекла, и мы находим много погибших или раненых птиц. Птицы летят через город, у них пути миграции проходили по этому маршруту всегда, они так и летят.

Есть еще залетные виды, которые случайно попадают в Москву. Птица запуталась, у нее по каким-то причинам нарушилась ориентация или сильные ветры ее занесли. Например, люрик живет только в птичьих базарах на островах Баренцева моря, его даже на побережье не встретишь, только на островах. И вот несколько лет назад люрика нашли на Комсомольском проспекте. Живая и здоровая птица сидела на газоне, вот как-то занесло ее. К залетным видам относятся такие крупные чайки, как бургомистр, черноголовый хохотун, их тоже видели в Москве. Горный конек, пеночка-зарничка, овсянка-крошка — эти виды случайно попадали в пределы города, но теперь они тоже входят в список птиц Москвы.

Как птицы выживают в Москве? Говорят, они погибают, столкнувшись с проводами.

Птицы, к сожалению, не могут научиться обходить линии электропередачи. Гибнут многие крупные хищные виды, в том числе редкие краснокнижные, и сейчас в некоторых регионах делают специальные системы защиты. Это требует денег и не везде удается это осуществить. Но в Москве нет линий электропередачи, для мегаполиса главная проблема — стекла, окна высотных зданий и офисов, стеклянные ограждения. Механизм такой — в стекле отражается небо или зелень, птице кажется, что это лес и есть, и она летит туда напрямую, не замечая стекла. На Западе, например, систему защиты уже учитывают при архитектурном проектировании зданий, там даже существует такое понятие, как birds friendly архитектура, то есть здания безопасные и «дружелюбные» для птиц.

В последнее время у нас тоже стали обращать на это внимание, стали думать, как защитить птиц. Вот, например, в новом парке «Зарядье» много стеклянных ограждений и панелей, о которые часто разбивались птицы. В прошлом году я им писала рекомендации, мы общались с Москомархитектурой. Конечно, им не очень хотелось делать наклейки на стекла, это нарушало их дизайн. Но в итоге договорились, они сделали наклейки, и птиц теперь там гораздо меньше погибает. Этой проблемой много занимались в Швейцарии, есть большая работа, в которой показано, что должен быть закрыт определенный процент поверхности стекла, около 75%, для этого делают полоски или густую сеть точек на стекле. Иногда на стеклах размещают наклеенные силуэты хищных птиц, но они не особо помогают. Бывает даже стекло с тонкой паутинкой из линий, которые отражают ультрафиолет. Птицы способны воспринимать ультрафиолетовое излучение, поэтому они видят эту паутинку, стекло кажется им непрозрачным. А человек это не воспринимает, для него стекло остается обычным, что совсем не нарушает архитектурный дизайн. Но такие стекла стоят очень дорого, на Западе их используют, а у нас нет. Главное, нужно понимание того, что эти расходы необходимы для сохранения природы.

В Москве есть птицы, занесенные в Красную книгу?

Да, во второе издание Красной книги города Москвы включено 65 видов птиц. Приемлемых природных условий в городе все меньше. Соответственно, птиц, которых нужно охранять, становится все больше. В городе есть особо охраняемые природные территории (так называемые ООПТ) — это места, где могут жить и гнездиться птицы, ведь охранять надо не только самих птиц, а их места обитания, территории, где они могут нормально существовать. На этих ООПТ подлежат охране не только птицы, но и насекомые, и млекопитающие, и растения. По закону на этих ООПТ нельзя ни строить, ни дороги проводить, ни мусорные свалки организовывать. А у нас же сейчас что происходит? Вот сейчас идет борьба за Лосиный Остров. Это вообще национальный парк, особо охраняемая территория, а от него хотят отрезать кусок и магистраль проложить. Где-то делают платные стоянки, где-то — площадки для отдыха горожан с шашлыками.

На Западе систему защиты уже учитывают при проектировании зданий, там даже существует такое понятие, как birds friendly архитектура.

«Благоустраивают» Братеевскую пойму реки Москвы — богатейшее место, где гнездились многие виды птиц. Застроили Нагатинскую пойму, где обитали многие краснокнижные виды. Жители борются против застройки Крылатских Холмов и т. д. В общем, удобных для птиц и других животных мест обитания становится все меньше.

Если говорить о водоплавающих птицах, то они гнездятся в зарослях растительности вдоль берегов рек и водоемов, в камышах, тростниках. Таких мест в Москве почти не осталось. На территориях парков и лесопарков проводят так называемое благоустройство — берега водоемов бетонируют или плитками укладывают, и птицам гнездиться совершенно негде. А даже если выводки и появились, птенцы не могут выбраться на сушу из-за этих бетонных берегов, а они не могут все время плавать, им надо отдыхать. Такое благоустройство — настоящая катастрофа.

А что у нас в городе делают с газонами! Подавляющее большинство воробьиных птиц выкармливают птенцов насекомыми, которые могут жить при разнообразии растительности. Когда раньше были нормальные разнотравные газоны, было много насекомых, а сейчас срезают дерн, насыпают торф и сеют семена одного вида травы. Вроде бы так красивее и проще, но насекомые исчезли, нет бабочек и, соответственно, их гусениц, нет кузнечиков, нет муравьев, никого. Это приводит к тому, что птицам нечем выкармливать птенцов, и численность птиц становится меньше. Плюс нет семян, потому что были разнотравные газоны и разные травы давали семена, которыми тоже питались птицы. Взять те же одуванчики. С ними все борются, а они, во-первых, красивые, когда цветут, вспомните «Золотой луг» Пришвина, а их семенами питаются щеглы и зеленушки. Почему их уничтожают? Потрясающая безграмотность, вроде хотят сделать хорошо для горожан и красиво, газоны с клумбами, а в итоге уничтожают последние кусочки природы. Кому мешала простая трава с цветами и бабочками? А химические реагенты, которые тоннами высыпают на дороги зимой! От них гибнет все живое — и деревья, и трава, и насекомые, и птицы.

Как люди могут помочь птицам?

Можно бороться за то, чтобы не сгребали опавшую листву осенью, за то, чтобы не срезали дерн, чтобы меньше косили газоны. Например, одна участница нашей программы «Птицы Москвы и Подмосковья» очень успешно борется за озеленение своего двора в самом центре Москвы, пишет на сайт мэра, в систему «Активный гражданин». Однако это требует много времени и сил, этим нужно постоянно заниматься, постоянно фотографировать и посылать отчеты. Если ваши требования не выполняют, значит, надо опять писать и посылать фотографии. В общем, на это нужны силы и время, но в отдельных случаях у кого-то это получается. Если таких людей будет много, то можно будет что-то сдвинуть.

Про уничтожение природы в Москве много было уже сказано, и люди выходят на защиту своих дворов или парков рядом с домом, но когда на кону большие деньги, руководству не до природы.

В какой-то степени выживанию птиц помогают и кормушки. Зимой птицам труднее находить в городе корм, поэтому кормушки — это выход.

Как птицы приспосабливаются к городу?

С одной стороны, условия в городе становятся хуже. Это объяснимо — город растет, природных территорий остается все меньше. Но для каких-то видов город вполне подходит, им удается приспособиться, и их численность даже увеличивается. Часть видов становится по-настоящему синантропными. Например, черный стриж, который гнездится только на зданиях. В природе в нашем регионе стрижи практически не встречаются — они гнездятся либо на скалах, либо вот в городе, где их численность огромная, им ничто не мешает. Становится больше пустельги, это такой мелкий сокол, который тоже хорошо приспособился. Он гнездится в нишах на зданиях, на чердаках, проникая через вентиляционные отдушины. Кормится пустельга мышами и крысами, грызунов в Москве достаточно, вот они и выкармливают птенцов. Кряква, одна из самых обычных наших уток, прекрасно приспособилась к жизни в столице. Синицы корм находят, который собирают в кронах деревьев, — деревья, слава богу, пока еще в Москве остались. А гнездиться они приспособились не только в дуплах, но и в различных сооружениях. Им подходят вертикальные металлические трубки с отверстиями сверху, фонарные столбы, в которых наверху есть такая маленькая дырочка. Уж не знаю, зачем она, но синицы могут и там гнездо свить. Гнезда воробьев находили даже в дуле пушки, стоявшей в парке в качестве памятника, и в полой перекладине футбольных ворот.

Как мутируют птицы в связи с урбанизацией?

Пожалуйста, не называйте это мутированием. Это постепенное приспособление, не будем обсуждать, на каком уровне это происходит — на генетическом или поведенческом, но птицы, да, приспосабливаются к городу, только далеко не все виды могут приспособиться. Например, луговых птиц становится катастрофически мало, потому что в Москве совершенно уничтожены луга. Луг — пустое пространство, которое городские власти немедленно застраивают, и птиц открытых пространств — полевых жаворонков, луговых чеканов, желтых трясогузок и коростелей — практически не осталось. Эти виды никак не могут приспособиться к городской среде. С лесными птицами получше, потому что городские леса в Москве каким-то чудом еще сохраняются.

Я ни разу не слышала о заражении человека от голубей.

Необходимо сохранять биологическое разнообразие в городе. Ни про один вид нельзя сказать, что он не нужен. Вот, например, интересный факт. В связи в тем, что у нас стала более культурная утилизация мусора, выбрасывают все в пакетах, помойки оборудованы, это, безусловно, хорошо. Но численность ворон и воробьев в городе упала, им теперь совсем нечего есть. А в природе все взаимосвязано, и биологическое разнообразие нужно для поддержания экосистем. Стало меньше растений — становится меньше насекомых, меньше насекомых — значит, меньше птиц, а в итоге становится меньше и других растений, потому что многие птицы помогают распространять семена. Получается замкнутый круг — уничтожение любого звена нарушает всю сложную сеть взаимных связей и зависимостей, и последствия этого могут быть самыми неожиданными. Не забудем еще и про эстетическое удовольствие от наблюдений за птицами.

Соловьев в городе довольно много, но для их размножения нужны определенные условия — наличие густых кустарников и зарослей травы. Вот, например, в Царицынском парке был уникальный участок широколиственного леса, где жило очень много соловьев. Когда парк благоустроили, вырубили подлесок, сделали газоны с клумбами, и численность соловьев резко сократилась. В Александровском саду у Кремля каждый год поют четыре соловья, и я наблюдаю, как люди ходят их слушать. И лишить наших детей этого, конечно, не хотелось бы.

А голуби все-таки переносят инфекции, как про них говорят в последнее время?

Сама я не поклонник голубей, их численность у нас в городе слишком высокая. Но, конечно, никакие инфекции, опасные для людей, они не переносят. Теоретически они могут переносить заболевание орнитоз, но я ни разу не слышала о заражении человека от голубей. Грязи от них много. В Европе научились от них защищаться: на памятники и карнизы исторических зданий ставят шипы, чтобы голуби не могли сесть, во многих городах перестали голубей подкармливать, и их численность постепенно становится меньше. Мы тоже можем создать условия, чтобы их становилось меньше, например можно не подкармливать их специально.

Какие районы самые птиценаселенные?

Прежде всего это, конечно, городские леса и лесопарки — Измайловский, Битцевский, Кузьминки, Лосиный Остров, Царицынский парк, Серебряный бор. Очень богаты птицами Братеевская и Мневниковская поймы реки Москвы, однако им угрожает опасность. Там уже начались благоустройство и частичная застройка.

Своеобразными оазисами служат территории больниц, закрытых НИИ, кладбища, словом, территории, недоступные для людей и не подвергающиеся благоустройству. Например, сокол чеглок в Москве гнездится почти исключительно на кладбищах, где есть высокие деревья, необходимые для постройки гнезд, и практически отсутствует беспокойство со стороны людей.

Как ни удивительно, довольно интересны в птичьем отношении промзоны — занимающие многие квадратные километры территории заводов, баз, институтов, частично брошенных, частично продолжающих функционировать и обычно имеющих достаточно хорошо сохранившиеся заборы, за которыми нередко весьма буйно разрастается самая разнообразная растительность. Территории эти мало посещаются людьми и действительно отличаются высоким обилием и разнообразием птиц.

А что это за программа «Птицы Москвы и Подмосковья»?

Изучение птиц Москвы началось более чем 200 лет назад, но до конца ХХ века это были отдельные работы. Качественно новый этап в изучении птиц Москвы наступил с появлением этой программы. Она действует при Зоологическом музее МГУ уже 20 лет. Основал ее директор музея Михаил Владимирович Калякин.

Сейчас широкое распространение получает направление, которое на Западе называют birdwatching, то есть наблюдения за птицами. Разных наблюдателей могут привлекать разнообразные аспекты бёрдвотчинга, однако практически всех любителей птиц объединяет желание поделиться своими находками, добавить что-то в общую копилку знаний об этих красивых животных. Любители птиц объединяются вокруг этих центров притяжения в соответствии со своими интересами. Одним из таких центров для московских любителей птиц стала программа «Птицы Москвы и Подмосковья». Постепенный рост числа участников программы — а их теперь сотни — позволил в 2006 году начать проект создания атласа птиц Москвы.

Территория города в пределах кольцевой автодороги была поделена на квадраты размером 2х2 км, и за шесть лет (2006–2011 гг.) были обследованы и подробно описаны все 243 квадрата. Атлас был опубликован в 2014-м. Тотальное обследование территории Москвы позволило получить детальные представления о составе городской фауны птиц, о том, сколько видов у нас гнездится, сколько зимует, какие виды встречаются только во время миграций. Мы знаем распределение птиц по территории мегаполиса, можем оценить численность видов, сроки их пребывания и размножения. Атлас стал основой для создания системы мониторинга за птицами в городе, которая продолжает развиваться и привлекает все новых участников.

В рамках программы мы дважды в год выпускаем журнал «Московка» и развиваем новые проекты, привлекая к научной работе сотни любителей птиц.

Фото: София Панкевич