search Поиск Вход
, , 2 мин. на чтение

Крик души или душевная болезнь? Москву заполонили загадочные послания

, , 2 мин. на чтение
Крик души или душевная болезнь? Москву заполонили загадочные послания

Женщина утверждает, что ее жизни угрожает опасность. Попытаемся разобраться в этой истории. Сразу предупреждаю, что записки ее написаны очень путано.

В конце августа на Таганской было замечено одно из первых посланий, подписанных жительницей СНТ «Зеленая Зона» в Люберцах Каращук Л. Рассказывает, что в 1999 году купила участок и записала его на брата. Затем идет повествование о странной судьбе брата — комнату в общежитии в Электростали у него отобрали, «подселив двух подполковников» (видимо, подполковникам в Электростали делать больше нечего), после чего он с горя «готовился в Канаду, что равно самоубийству». Однако вместо Канады он женился на владелице двух квартир, обзавелся землей и начал строить дом. А это, по мнению Каращук Л., может значить только одно: «Он в рабстве! В стокгольмском синдроме, как и полстраны». Говорит, бандиты наверняка устроили его на хорошую зарплату (всем бы таких «бандитов») и будут записывать на него недвижимость, чтобы отобрать ее дом. Ну а дальше следует рассказ, что ее заставляли приватизировать землю, но «я против, ведь садовую книжку анонимно не отнять, а пачку красивых бумаг — запросто», а еще, что это уже пятое место, где ей досаждают бандиты. И заканчивает постскриптумом, что ее участок отдали какому-то мертвому деду.

Следующая записка делится новостями, что к ней через забор перелезли покупатель и агент, которые утверждали, что этот участок продают дочери покойного пенсионера. А потом резко зачем-то пишет про Протасевича и связывает его арест с продажей своего имущества. Но, не сильно развивая эту тему, переходит к теории, что ее 53-летняя соседка не просто так умерла во время операции. «Меня тоже решено убить через врачей. 4 мес. хожу с пульпитом, и уже 20 клиник, где мне отказали в лечении», — пишет она.

В сентябре письмена Каращук Л. объявились на Арбате. Призывает не продавать и не покупать недвижимость, кратко пересказывает две предыдущие записки и делает интересный вывод: «Все, что продается, скорее всего так или иначе паленое».

Ну а дальше записки стали появляться уже не только в центре Москвы, но и в более отдаленных районах. В одной сказано, что ей угрожал мойщик остановок (очерк приправлен конспирологической теорией о врачах и ковиде). В другой — что ее заставляют раз в три месяца ездить в Харьков, так как 25 лет она живет в России без вида на жительство (в свои 62 года она даже не пытается получать пенсию, лишь бы не депортировали). К деньгам у нее вообще интересное отношение, чем делится в очередном выпуске своей «стенгазеты». Считает, что любая работа — пособничество бандитам.

Но вот последние найденные записки действительно пугают. Она рассказывает, что ее избивает человек, которого к ней прислали, чтобы она его убила (и рассказывает, что однажды действительно чуть не убила человека), а потом и вовсе рассуждает, что рассматривает самосожжение.

Безусловно, если все правда так, человека очень жалко и надо что-то делать. Но есть в этой истории несостыковки. Во-первых, очень путаные рассказы. Местами даже детали расходятся от рассказа к рассказу. Во-вторых, может ли 62-летний человек без средств к существованию в одиночку заспамить город? Ну и, в-третьих, по ее словам, она даже скотч для расклейки берет на помойках. Однако в городе попадаются несколько экземпляров одних и тех же записок и при их сравнении видно, что они отксерокопированы. То есть на скотч денег нет, а на бумагу и тонер есть? Сомнительно…

Но кому и зачем может понадобиться клеить такие объявления? Это правдивая история или дело рук больного человека? Или же в городе проходит какой-то социальный эксперимент? Может, ответы дадут новые записки.

Фото: facebook.com/hashtag/каращук_в_городе