search Поиск Вход
, , 3 мин. на чтение

«Курить сегодня — это как разговаривать по громкой связи» — фрагмент книги Валерия Печейкина

, , 3 мин. на чтение
«Курить сегодня — это как разговаривать по громкой связи» — фрагмент книги Валерия Печейкина

В издательстве «Эксмо» вышла книга сценариста «Гоголь-центра» и нашего автора Валерия Печейкина «Стеклянный человек». Если первую его книгу сравнивали с рассказами Чехова, то эту — с Достоевским времен «Бесов» или с Ильфом и Петровым вкупе с Булгаковым. «Москвич Mag» публикует фрагмент о нелюбви автора к курильщикам.

Пепел курильщиков

Конечно, я тоже не толерантен. Моя нетолерантность — к курильщикам.

За 13 лет жизни в Москве я видел 1,5 публичного проявления гомосексуальности. И миллион окурков, миллиард кубометров дыма, пять лет перекуров, на которые уходили мои коллеги.

Курение реально убивает. Да, каждый вправе совать в рот что хочет. Но курильщик сует в рот себе, а курите вы вместе. Погуглите, что такое пассивное курение. Или просто вдохните воздух, когда ваши соседи дымят на балконе. Курильщик курит, а окурок кидает всем, дым — всем, перекур — тратит ваше время.

Но самый кринж — это кассы магазинов. Два здоровых мужика в очереди просят сигареты. Один — одни, а другой — другие. Я не знаю, какие именно, потому что в наушниках у меня Лера Ауэрбах. Я только по движению губ могу догадываться, что они привередничают, два кабана. И вот их сигарет нет на кассе. Что делать продавщице? Она, конечно, встает и идет на другую — там их тоже нет. На третью — нет. На четвертую…  Продавщица исчезает в чащобе магазина.

[Проклятье!]

Мне хочется крикнуть: мужики, не все ли равно, какое говно курить? Вы, мужики, должны курить веники! Ты куришь «Винстон» синий? Да мне насрать — заказывай по интернету и кури дома. Не тяни очередь. Вы, курильщики, создаете в магазине очереди длинней, чем все гей-парады, вместе взятые.

Реально надоели.

Курильщики — это рассеянная по всему миру нация людей, которым срать на окружающих. Они каждый день выдувают смоляное облако, накидывают гору окурков, озеро плевков, километры очередей.

Курить сегодня — это как разговаривать по громкой связи. Мне плевать, что у вас за разговор. Изобретите наушники для курения. Вы ведь никогда не узнаете, что у меня в наушниках — Валерия Ауэрбах или Валерия Пригожина. Вам это должно быть просто — неизвестно. Вам — что я слушаю. Мне — что вы курите.

А если вы не прекратите, то в следующий раз я включу на кассе Sogno di Stabat Mater. «Вы не могли бы выключить?»

«Нет».

Слушайте, как моя душа превращается в пепел.

Ответ курильщиков

Меня сегодня назвали дураком, мудаком, демагогом, психом, [долбанутым], мужиком в климаксе, желтушным петухом, прыщом — это «Сноб» опубликовал мой старый пост про курильщиков. Мне предлагают намять рожу, получить в морду и, как постскриптум, пустить дым в лицо.

Ок.

Я читал эти комментарии, как следует читать христианину — глазами души. Я был вынужден признать правоту курильщиков. Все как один писали, что в окурках виноваты не курильщики, а бескультурье — и тут же посылали меня на хер.

Я все внимательно прочел. Спасибо каждому за каждый комментарий — мне добавить нечего, а вы можете добавлять, сколько хотите. Но…  Когда я дочитывал последние комментарии (в одном меня называли ольгой бузовой, в другом — агентом Кремля), я заметил, что стою на кассе. На той кассе, где у меня случилась «климактерическая истерика». И передо мной был мужик, который…  покупал сигареты. Я оказался во флешбеке. Снял наушники: «Вы мне дали Bond, а я просил Vogue». И все повторилось: на этой кассе нет, продавщица ушла, ее нет минуту, две, она возвращается с сигаретами, но нужно сделать отмену, уходит — нужен администратор, растет очередь. Наконец сигареты «Вог» найдены — жена (любовница, любовник, дочка, сыночка) мужчины получит то, что ей нужно, — пачку гангрены, инсульта, инфаркта, слепоту, мертворождение, еще раз мертворождение, мучительную смерть. Я тихо говорю «[кошмар]». Продавщица говорит: «Я не виновата, это программа виновата».

Пятнадцать минут назад я мысленно обнял всех курильщиков и дал выдохнуть мне в лицо — дым и обиду. Прошли пятнадцать минут, и я говорю: как же вы надоели. От закутка за школой, где вы курили детьми, до кассы магазина, где вы остались такими же детьми. Безразличными ко всему, кроме мгновения, когда на балконе вы затянетесь дымом сигареты. И это будет «Вог» — не «Бонд», ура.