search Поиск Вход
, , 3 мин. на чтение

Московский дачник: человек, который нашел Святую землю

, , 3 мин. на чтение
Московский дачник: человек, который нашел Святую землю

… А потом он тяжело заболел. Сперва я нервничал, но когда понял диагноз — успокоился.

Однако по порядку. У меня есть старинный друг, Петя. Вполне богатый: успешный айти-бизнес. Он давно хотел свалить из России. Решение вынашивал долго, Петя вообще человек обстоятельный, рациональный. Постепенно готовился, выбирал страну, учитывая много факторов, в том числе качество образования для детей.

Но жена говорила, что пока он все это планирует, им нужна дача, типа чтоб детям на свежем воздухе. Петя безропотно купил участок в поселке близ озера, там выстроил дом. Жена и дети были довольны. Но вот с Петей случилась беда. Он спятил.

Петя теперь вечно что-то копает, что-то сажает, ездит по питомникам, выбирает деревья…  Он много работает, но с утра понедельника, сидя в офисе или разъезжая по встречам с ослабленным галстуком, он уже думает про нее — свою дачу, что будет сажать.

Да, Петя стал безумным московским дачником. Дачник — это не статус, не какие-то там документы на право владения, не взносы в СНТ. Нет, дачник — это тяжелый диагноз.

По статистике, в Подмосковье — около 4,5 млн дачников. Из них 80% — жители Москвы. То есть у нас тут где-то четыре миллиона безумцев.

Раньше встречались мы с Петей — брали пива, говорили о девушках, о политике, курсе рубля и где в Италии лучший тирамису. Хорошо было нам. Теперь я молчу, а он мне рассказывает о благоустройстве участка, забывая даже отхлебывать пиво. Показывает фотографии на айфоне. Чем очень меня нервирует. У меня нет своей дачи, я могу лишь завидовать и беситься.

Да, московского дачника я хорошо понимаю. И все то безумие, которое начинает прорастать неумолимо в апреле вместе с рассадой по ящикам на подоконниках. Москвич — человек ущербный, человек изнуренный и жалкий, с нервами, истертыми об жестокий асфальт. Москвич ненавидит свой город. Особенно летом. Когда он вынужден потеть на улицах и околевать под кондиционерами.

Москвич будет врать в фейсбуке, что вчера «так хорошо посидели в кафе на улице — будто где-нибудь в Ницце… » Хреницце! Он сидел на горячем стуле, вдыхал газы проходящих машин, давился льдом в стакане, думал, что вот сейчас тупо нажрется, завтра похмелье, он будет дико потеть и злиться, что вынужден умирать в проклятом котле урбанизма. И мечтать о благословенной пятнице. Ибо на дачу. А то можно наврать что-то начальнику и смыться в четверг. Хотя многие все больше стараются там летом жить, устанавливают роутеры и вайфай, спасибо пандемии и легализованной удаленке.

Дача для москвича — это не просто цветочки-газоны, заборы-калитки. Дача — это наша Святая земля, эти шесть задрипанных соток. Ну или двенадцать, если вдруг повезло. Мы на них молимся, мы едем по трассе, по пробкам, с детьми и собаками аки паломники. Мы создаем там свой маленький рай. Наш бог — мангал, наш храм — гамак. Наши святые — пионы с сиренью. Наша литургия — жужжание газонокосилки.

Короткое летнее время москвичи ни о чем, кроме дачи, не могут и думать. Если у тебя дачи нет — ты думаешь, к кому напроситься. Чем я и занят целое лето. Порой сам напоминаю себе тургеневскую приживалку. «Ой, да мне бы хоть на чердачке, да хоть бы на жердочке, питаться буду укропчиком с грядки, водичку пить — из пожарного бака, мне больше ничего и не надобно… » И друзья милостиво приглашают: «Да приезжай, у нас дом большой! У нас не то что раньше-то!»

О, я очень люблю дачи славных друзей. Приезжаю и сперва, конечно, экскурсия, друг рассказывает: «Ну тут я дорожку новую сделал, вон там колодец, а вон там беседку, чтобы вечерами сидеть и… » Но жена его перебивает: «Это что! Я столько всего насадила. Вот тут настурции, а вон тут — не наступи! — физалис… » Что, спрашиваю? «Ну физалис. Не знаешь, что ли? Там люпины, там астильба, вон там клематисы… » А мальвы, спрашиваю, где мальвы? Очень мальвы люблю! «Есть мальвы, только позже цветут».

И так мы беседуем, и нисходит на меня благодать в этом райском саду. Нигде так не бывает русскому человеку хорошо и спокойно, как только на даче, под старой яблоней, на ветхой скамейке. Особенно москвичу, который ненавидит вонючий свой город в знойную пору. Господи, не изгоняй отсюда меня! Отмени, Господи, электричку! А вот чашу с квасом не проноси мимо, Господи!

… А друг Петя решил в конце концов жить на даче. Да, в офис дольше, выезжать раньше, впрочем, у него личный водитель. И про то, что «из России надо валить», я больше не слышу. Кажется, Петя свалил и так из России. Не уезжая из нее никуда. За свой забор.