search Поиск Вход
, 5 мин. на чтение

«Москвич за МКАДом»: в Веретьево за вдумчивым одиночеством и наливкой жиньжиньей

, 5 мин. на чтение
«Москвич за МКАДом»: в Веретьево за вдумчивым одиночеством и наливкой жиньжиньей

Сто гектаров земли: леса, луга, река Дубна и болота, которые прямо сейчас архитектор и мыслитель Александр Бродский трансформирует в оригинальный ландшафтный парк с лавочками, беседками и интеллигентской библиотекой, составленной из олдскульных бумажных книг.

Экоферма с белоснежными ягнятами и мини-заповедник, где на воле гуляют олени и муфлоны. Домики и номера с оригинальными интерьерами художницы Ольги Солдатовой, архитектора Евгения Асса, телеведущего Леонида Парфенова и других знаменитостей. И, главное, куда ни глянь — современное искусство, наследство здешних арт-фестивалей, перформансов и биеннале.

Арт-усадьба Веретьево совершенно точно не похожа ни на один российский загородный отель. А все потому, что гостиницы здесь не должно было быть.

Мечта детства

История этого места началась лет двадцать назад, когда политтехнолог, издатель и президент холдинга «Группа ИМА» Андрей Гнатюк выкупил в 130 километрах от Москвы на берегу реки Дубны поросшую лесом территорию бывшего пионерлагеря, где, по легенде, сам и отдыхал в далеком советском детстве.

В ближайшей старой талдомской деревне Веретьево, где стоят столетние срубы и большинство жителей до сих пор берут воду из колодца, построил добротный деревянный дом для мамы. А на территории бывшего лагеря отремонтировал старые корпуса и собирал многочисленные тусовки. Случайные люди сюда не попадали, только свои. Друзья Гнатюка — Михаил Куснирович, Павел Лунгин, Андрей Макаревич, Андрей Бильжо и прочая творческая богема — обожали эти веселые праздники, хеппенинги и художественные перформансы. Например, Михаил Шац и Татьяна Лазарева праздновали свою свадьбу именно здесь.

Иногда, пользуясь гостеприимством хозяина, гости оставались пожить в этом прекрасном месте подольше, но о том, чтобы тут делать отель, до 2014 года речь не шла. Гостиница, получившая название «Арт-усадьба Веретьево», возникла сама собой, как бы против воли, и это чувствуется сразу. Здесь совершенно не ощущаешь себя долгожданным клиентом, ради которого «стафф» готов расшибиться в лепешку. Скорее гостем, принимающим правила жизни эксцентричного хозяина (его после открытия отеля переименовали в инвестора): бытовой комфорт всегда приносится в жертву праву каждого на единение с природой и одиночество.

С одной стороны, все продумано до мелочей. Номера и домики на любой вкус и кошелек, с оригинальным дизайном, винтажной меблировкой и современной сантехникой с теплыми полами. Прокат велосипедов, лодок, сапов и практически любого сезонного спортинвентаря, не говоря уж о резиновых сапогах и валенках. Есть и вертолетная площадка.

Превосходный, даже по столичным меркам, ресторан. Шеф — талантливый двадцатилетний сын владельца Юрий Гнатюк, которому знатоки прочат серьезную гастрокарьеру.

С другой стороны, никакой модной нынче инклюзии. Зеро. Инвалидам, родителям с маленькими детьми или пожилым на значительную часть территории усадьбы путь заказан. В любой момент дорожка, проходящая через лес (а практически вся территория отеля покрыта высоким ельником), может оказаться перегороженной огромным стволом упавшего дерева. Ураганы за последние несколько лет стали явлением нередким, а у взрослых елок слабая корневая система, поэтому во время прогулки то и дело приходится перелезать через валежник. Это результат принципиальной позиции хозяина — сохранение первозданной природы. Впрочем, в живописной непроходимой чаще в шаге от цивилизации есть свой шарм. Неспешный променад отдыхающих, непременный атрибут любого загородного отеля или пансионата, здесь волей-неволей превращается в активный фитнес с преодолением препятствий.

Приют пьющего мыслителя

По такому же принципу минимального вмешательства в мироздание построен на территории усадьбы арт-парк, который уже два года создает на болотистом участке берега Дубны архитектор Александр Бродский. В проекте максимально используются местные материалы, например старые заборы заброшенных деревень.

Кажется, что идея перебросить через болота деревянные мостки (которые светятся ночью), поставить лавочки и проложить маршрут через точечные арт-объекты — часть тщательно разработанного генплана. На самом деле парк развивается хаотично, по мере возникновения идей у Бродского. Поэтому некоторые дорожки со временем меняют свой функционал и становятся тупиком с лавочками.

При входе в парк — тир (арт-объект Дианы Мачулиной), дополненный функцией бара. В нем продают алкогольные сеты с закуской. Коньяк, кальвадос, шампанское или местная веретьевская наливка жиньжинья: от того, какой сет выберешь, зависит и то, какой тропинкой пойдешь, и то, какую книгу возьмешь почитать.

Всего в парке 38 объектов, при самых крупных «Приюте отшельника», «Обсерватории» и других есть мини-библиотеки, где и «Москва—Петушки» Венички Ерофеева, и «История» Карамзина, и философские штудии Василия Розанова. Быстро становится понятно, что на болотах лучше не гулять и разговаривать, а сидеть в уединении, выпивать и размышлять. Можно разглядывать еще совершенно концептуалистскую зеркальную металлическую стену, которой отделили территорию парка от исторической деревни Веретьево. Правда, стена так сильно отражает солнце, что летом под ней горит земля. Пришлось поставить насос, который круглые сутки поливает самые опасные участки водой.

Сейчас Бродский планирует углубить каналы, идущие от Дубны, чтобы по части парка можно было плавать на лодках. Вот такая будет внутренняя веретьевская Венеция.

Барашек Шон и Бэмби

Еще одна фишка этого места — экоферма, поставляющая в ресторан сыры и другие молочные продукты. Одно из любимых развлечений гостей — кормление домашних и диких животных. Хотя сложно назвать дикими оленей, готовых облизать вас с ног до головы за морковку или сухарик. Сухари в больших крафтовых пакетах берут на ресепшн.

Крупные олени с ветвистыми рогами отделены от людей сеткой рабицей, они бегают вдоль забора и выпрашивают лакомство умоляющим взглядом огромных нежных глаз. Малютки лани гуляют на свободе. Эти обнюхают все карманы и сумки и попробуют забраться на ручки, вдруг где лакомство осталось.

Кормление овец с ягнятами умиление вызывает лишь на расстоянии — по мере исчезновения еды умильное «бе-е-е» переходит в агрессивное и громкое «бэ-э-э». Оказавшись в кольце орущих зубастых морд с выпученными тупыми глазами, начинаешь сомневаться в том, что овцы неплотоядные. В целом то, что надо избалованным городским жителям, представляющим себе фермерство в виде буколических картинок XVIII века с прекрасными пастушками.

Искусство жить

Но главное, за чем сюда стоит приехать — современное искусство, которого тут за полтора десятка лет накопилось прилично. В 2008 году на территории усадьбы прошли фестиваль актуального искусства «ART-Веретьево» и Первая молодежная биеннале современного искусства «Стой, кто идет?», от которых во множестве остались арт-объекты, гармонично замиксованные с советскими гипсовыми пионерами и окружающим природным ландшафтом. О том, что вы вступаете на арт-территорию, при въезде предупреждает внушительный монумент — косплей скульптуры Веры Мухиной «Рабочий и колхозница». Памятник называется «Союз нерушимый», а в роли советских трудящихся изображены сам Гнатюк и его друг, бизнесмен Сергей Сильниченко. Оба завернуты в простыни на манер римских тог, а вместо серпа и молота держат бутылку водки.

Между домиков притаилась инсталляция Арсения Жиляева «Прибытие трактора». Невероятный объект — трактор, спрятанный в дебрях леса, который то ли выползает из-под земли, то ли зарывается в нее. На полянке — «Аллея ветеранов» Хаима Сокола, сделанная из тронутых ржавчиной остатков водосточных труб. Забавный «Чебурашка», дар Михаила Куснировича, смотрит на арт-объект Андрея Кузькина «Здесь гораздо лучше» — гигантскую надпись полутораметровыми деревянными буквами на противоположном берегу Дубны.

Чтобы все это увидеть и выпить в парке Бродского, вовсе не обязательно селиться в гостиницу. Сюда можно просто приехать погулять по территории, предварительно записавшись.

Фото: Юрий Пальмин/пресс-служба Веретьево