Один день в Потылихе

08.04.2026

14 мин. чтения

Выросший здесь литератор Лев Аннинский утверждал, что название местности пошло от Михаила Кутузова, в 1812 году заметившего: «По наполеоновскому тылу отсюда били лихо». Исторически Потылихой считалась слободка на юго-западе Москвы за Дорогомиловской заставой — между устьем реки Сетунь, где в XV веке было поселение Воишевское, уничтоженное разбойниками, и селом Троице-Голенищево. На месте последнего сейчас стоит детище советского модернизма 1970-х — возведенная по проекту архитектора Евгения Стамо 26-подъездная панельная девятиэтажка в виде замкнутого кольца.

Дальше тянутся разноплановые и построенные в основном во второй половине XX века жилые кварталы на улицах Пудовкина и Довженко, над которыми доминирует небоскреб ЖК «Дом на Мосфильмовской». Отдельные старожилы считают эти места частью Потылихи. Но все же каноническая Потылиха находится чуть севернее, на нынешних Сетуньских проездах, где в XIX и начале XX века были дачи, а также загородный двор воспитательного дома Николаевского сиротского института (тут проводили лето его воспитанницы). Там же находилась домовая церковь Марии Магдалины, которую в советские годы снесли и построили на ее месте панельную девятиэтажку. Из дореволюционных построек здесь сохранилось двухэтажное кирпичное здание ветеринарной клиники.

Из других старинных объектов стоит вспомнить массивный пятиэтажный вокзал в характерном стиле станционного модерна — его можно увидеть из вагонов МЦК между станциями «Лужники» и «Кутузовская» недалеко от Бережковской набережной. В начале XX века это была платформа Потылиха Московской окружной железной дороги. Видное здание сегодня относится к улице с тем же историческим названием, которая отсечена от одноименного микрорайона не только железнодорожным полотном, но и идущим параллельно ему автобаном Третьего транспортного кольца.

До конца 1930-х Потылихой называлась совсем другая улица — начало нынешней Мосфильмовской. Когда в 1920-е здесь задумали создать фабрику Совкино имени Первого десятилетия Октябрьской революции (так изначально именовался будущий «Мосфильм»), в прессе писали про закладку студии и последующую растянувшуюся на годы стройку в деревне Потылихе, которая к тому времени уже вошла в черту города. Улица шла до самой границы Москвы, находившейся перед храмом Живоначальной Троицы (еще одно сохранившееся до наших дней дореволюционное здание в этих местах). В отличие от церкви Марии Магдалины этот храм пережил период разрушения культовых сооружений. В 1930-е его закрыли, изъяв иконы для съемок фильма «Иван Грозный», а в 1970-е отреставрировали. В разные годы при СССР здесь находились сельский клуб, радиостанция Коминтерна, картонажная фабрика, завод декоративных свечей, склад и нотная библиотека Гостелерадио СССР.

Мосфильмовской улица Потылиха стала именоваться уже на картах 1940 года, а в послевоенные годы, когда границы города радикально выросли, ее протянули на юго-запад — до берегов реки Раменки (а затем и вовсе почти до Аминьевского шоссе). Из-за продления и расширения Мосфильмовской в 1950-е пришлось снести располагавшуюся напротив одного из корпусов киностудии конструктивистскую пятиэтажку, где с 1935 по 1948 год жил Сергей Эйзенштейн.

Вообще кроме ранних корпусов кинофабрики объектов авангардистской архитектуры первых советских десятилетий здесь не очень много. На старых фотографиях можно найти неказистые двухэтажные дома, которые снесли во времена СССР. Таких домов по окраинам Москвы были сотни, но от них стали избавляться с начала массового строительства хрущевок.

Лев Аннинский подробно вспоминал историю развития местности в 1930-х: «[Кино]фабрику строили рабочие (привалившие с периферии), селились они в бараки, какие сами же и строили. А для иностранных спецов (немцев и американцев) и наших руководящих кадров решено было возвести пятиэтажный дворец под названием жилдом. Жилдом — 40 квартир-коммуналок, из которых только одна была персонально предназначена Сергею Эйзенштейну. Он и наезжал в этот построенный жилдом из своей московской квартиры и, по воспоминаниям соратников, садился у окна, глядя на слободу Потылиху и замечая, что со времен Ивана Грозного пейзаж совсем не изменился. Впрочем, может, он думал и о временах Ледового побоища… <… > А вокруг расстилалась слобода… Вскоре над ней заострились строительные краны, и вырос корпус кинофабрики с красным аргоновым профилем Сталина на стене. Слухи обгоняли друг друга. Вдруг выяснилось, что фабрику спланировали вредители — так, чтобы сверху она смотрелась как самолет носом на Кремль, и это, конечно же, ориентир для вражеских летчиков! Строителя кинофабрики упекли в лагерь, в жилдоме дочка его продолжала оставаться с бабушкой, во всем этом я разобраться не мог, для меня чудо было лишь в том, что фамилия архитектора была Строилов. <… > Войну жилдом пережил. Только выкрасили его в семь чередующихся красок — это чтобы немцы, бомбившие Москву, не догадались, что это большой жилдом, а приняли его за шеренгу домишек. Потом наш дворец выкрасили в привычный белый цвет. Потом, уже в начале 50-х годов, снесли».

Тогда же, в послевоенные годы, начали активно застраивать территорию бывшей загородной дачи Николаевского института. В 1950-е годы здесь возвели Центральное конструкторское бюро по модернизации и ремонту энергетического оборудования электростанций (здание на 3-м Сетуньском проезде не сохранилось, на его месте сейчас идет стройка).

«Здание Центрального конструкторского бюро — прекрасный образец сталинской постройки 1953 года, — рассказывает “Москвич Mag” жительница Потылихи Елена. — Позднее был построен новый корпус. С ЦКБ, которое занималось обслуживанием и ремонтом всей энергосистемы страны, тесно связана жизнь старшего поколения нашего района. Здесь работали наши родители, а потом и мы. Развивалось ЦКБ, и район начал застраиваться. В середине 1960-х годов были построены дома на Пырьева. Позднее ЦКБ построило по уникальной в то время технологии 25-этажный дом». Небоскреб, о котором идет речь, известен не только своими звездными жителями (о них позже), но и крупным пожаром 2005 года, который начался на последнем этаже. Из-за высоты дома спасатели не смогли оперативно подобраться к очагу возгорания, в результате в огне погибли четыре человека.

Благодаря двух- и трехэтажным сталинкам в Потылихе сохраняется непередаваемая атмосфера машины времени. В одном из низкорослых домишек дожил до наших дней сомасштабный ему крохотный продуктовый магазин, больше похожий на сельпо. (Местные сетуют на отсутствие крупных торговых сетей в шаговой доступности. «В “Авоське” цены почти скоро догонят “Азбуку вкуса”», — жалуется жительница Потылихи Катя.) Рядом тротуары во дворах кое-где вымощены досками, как на довоенном фото жилдома Эйзенштейна, а через внутриквартальные проезды по-провинциальному переброшены водопроводные трубы.

Остановочные павильоны, скамейки и мусорные баки здесь стремительно передают привет из лужковских времен, а местами можно наткнуться на ржавеющие во дворах советские легковушки — «Москвичи» и «Волги». Ощущение других эпох создают и жилые панельки: построенные в 1960-е и 1970-е бетонные девятиэтажки здесь чудом сохранили каноническую модернистскую облицовку подъездов, а нависающие над долиной Сетуни экспериментальные башни времен советского модернизма хоть сейчас можно использовать как декорации к фильмам про «кровь на асфальте» 1990-х или моральное беспокойство 1970-х.

Создается даже ощущение, что кварталы Потылихи сознательно не подвергают радикальной реновации и прочим общегородским благоустроительным апгрейдам из-за соседства с «Мосфильмом», которому нужны антуражи к фильмам про ушедшие эпохи, что называется, под рукой. Недаром на одном из местных гаражных массивов гордо написано: «Здесь родился фильм “Гараж”». Знаменитая комедия, как известно, снималась на другой площадке, но местные жители рассказывают, что это якобы тот самый гаражный кооператив «Мосфильма», к которому имел отношение Эльдар Рязанов, вдохновившийся идеей экранизировать коллизию на одном из собраний пайщиков.

Близость киноконцерна, судя по всему, влияет и на состав жителей Потылихи, среди которых немало знаменитостей. «Здесь много живет актеров и их родственников. У меня, например, сосед в доме Эдуард Радзюкевич со своей женой Марией Сергеенковой. Аида Невская еще живет, бывшая ведущая Первого канала», — рассказывает админ внутриквартального чата Ольга. Жительница соседнего дома Алена вспоминает про других звездных соседей: «У нас давно жила Ольга Машная с сыном Димой. Евгений Осин жил. И Настя Задорожная». Ее соседка Наталья добавляет: «И Владимир Винокур с семьей в шестом доме жил, а также Юрий Белов и Алла Будницкая. И Вячеслав Тихонов в 25-этажном. И там же жил Евгений Матвеев — встречала его в 91-м автобусе». «Иван Жидков еще, встречала пару раз. А на Пудовкина вообще куча известных людей, Алферову вообще каждый день встречала, бегала в лесу, и мужа ее. А там еще Вадим Галыгин жил, на Пырьева», — загибает пальцы жительница Потылихи Ксения. Тут в разговор вступает ее соседка Анастасия, отметив, что на улице Пырьева жил и актер Михаил Кокшенов. «А я Яна Цапника часто встречаю. Не знаю, живет здесь или нет», — присоединяется к обсуждению еще одна жительница микрорайона Виктория.

Несмотря на это, Потылиху сильно выделяют не только артефакты прошлого, а еще и отчасти связанное с этой особенностью ощущение неустроенности. Его усиливает, например, длиннющий и депрессивный корпус овощебазы, отделяющей микрорайон от ветки МЦД-4 и расположенных за ней вальяжных предместий Поклонной горы. Из-за этого, как рассказывают местные жители, хоть до станции «Кутузовская» всего 500 метров, пешком не пройти (Потылиха вообще находится далеко от всех станций метро). На фоне обшарпанных стен базы совсем инопланетно выглядят недавно построенные хайтек-стекляшки центров продаж одной из растущих здесь новостроек с окружающим небольшим островком благоустройства. Тут привычная Москва быстро забывается и начинает восприниматься как другой город.

Еще один депрессивный объект — остатки Московского экспериментального завода душистых веществ. Предприятие с таким экстравагантным названием производило пищевые и косметические ароматизаторы, а теперь превращено в заброшку посреди неблагоустроенных зарослей в долине Сетуни. Если не побояться и пройти по узкой и тенистой тропинке вдоль мрачного бетонного завода вглубь от Воробьевского шоссе и дойти до реки, то, перейдя через очень странный мост с воротами, можно оказался в не менее удивительном месте. Поначалу кажется, что это то ли станция техобслуживания, то ли свалка машин всех эпох и назначений.

Но наряду с раскрашенными ангарами, штабелями покрышек и превращенными в объекты стрит-арта грудами металлолома в глаза бросаются дома, стилизованные под глубокую старину. На самом деле это парк киноприключений и школа каскадеров «Мастер», где проводятся разные экстремальные занятия вроде фаер-шоу и дрифта на старых машинах. Глядя на фото с этих мероприятий, невольно вспоминаешь немецкий фильм «Поездка в Никласхаузер», точнее, один из финальных эпизодов с эксцентричной инсценировкой средневекового аутодафе посреди гор битых авто.

Местные жители к каскадерам относятся по-разному. Одним нравится драйв места, куда может попасть любой желающий. Других нервирует шум от ревущих моторов во время тренировок и показательных выступлений. Также обитатели Потылихи критикуют плохую транспортную доступность местности. В интернет-форумах можно найти обсуждения еще 2000-х, где люди жаловались на логистику: «Ни скорая помощь и перевозка больных, ни пожарная служба или спасатели порой просто не могут добраться до жителей Потылихи. И все это потому, что достаточно большой микрорайон имеет всего один выезд, примыкающий к Третьему транспортному кольцу. Причем эта “дорожка жизни” идет под наклон, с достаточно высокой горы. Вот и возникают постоянно проблемы, преимущественно в зимнее время. Например, занесет на скользкой дороге единственный следующий сюда автобус, и все: движение парализовано. И случись в этот момент какое-либо ЧП, помочь будет просто некому. Были и более серьезные прецеденты, когда жители Потылихи на многие часы оставались без скорой помощи; отсутствовал общественный транспорт и любая другая возможность связи с внешним миром. Все жители становились заложниками очередной аварии». И ситуация не изменилась: как тогда, так и теперь пройти в Потылиху можно по нескольким пешеходным мостам через реку, а вот проехать — только по 1-му Сетуньскому проезду.

«Район очень абсурдный и своеобразный, здесь существует свой мир, оторванный от соседних кварталов из-за своего расположения, — вспоминает местный житель Алек. — В 1990-е добраться сюда можно было на забитых до отказа маршрутках и редких автобусах. Когда появилось Третье транспортное кольцо, стало плохо с воздухом. Еще в Потылихе раньше был пустырь, который превратили в капище любители исторических реконструкций типа толкинистов или кого-то еще (судя по всему, речь идет про “Сетуньский стан”. — “Москвич Mag”). В изгибе Сетуни находился завод душистых веществ, рядом с ним обитало много бродячих собак, которые бросались на прохожих. Из культурных заведений помню ресторан-малинник “Diamonds Club Аленушка”, а еще, если двигаться в сторону Киевского вокзала, клуб Tabula Rasa на Бережковской набережной, я туда ходил на концерты, однажды там выступал Лаэртский. Еще в устье Сетуни стоит очень специфический по виду ресторан Safisa. Он построен в комедийно-пышном стиле золоченого псевдобарокко. Не знаю, почему для него было выбрано именно это изолированное и явно не самое благополучное место, которое вроде бы не располагает для таких заведений».

Другая собеседница «Москвич Mag» Эльвина уверяет, что, несмотря на плюсы вроде расположения и близости к реке, каждый год «здесь становится все хуже»: «Магазин снесли, парковки снесли, деревья вырубили, из-за чего теперь железную дорогу слышно очень. А еще МФЦ, торговые центры, банки и поликлиники — они все не совсем рядом. Если человек зависит от общественного транспорта, то приходится подстраиваться».

С ней соглашается и местная жительница Ольга. Она называет Потылиху «деревней в городе, где все друг друга знают, соседи здороваются, общаются и дружат»: «Это маленькое, тихое, укромное место почти в центре города, в пешей доступности набережная, парк, речка, Мосфильмовский пруд, смотровая. Расположение очень удачное. Но минусы этого района не только единственный магазин с высокими ценами и стройки, но и транспорт. Автобусы не всегда ходят по расписанию. Бывает, приходится их долго ждать, особенно это проблема зимой. Также зимой очень плохо убирают снег. Еще проблема с речкой Сетунь, в которую постоянно сливают химикаты».

О загрязнении Сетуни говорят давно. Пять лет назад жители нескольких районов на западе Москвы долго били тревогу по поводу попадания в воду нефтепродуктов. Пестрое пятно растянулось на несколько километров, в итоге стоки неизвестного происхождения загрязняли долину реки, которая входила в границы особо охраняемой природной территории — одного из самых больших заказников в черте города. «В районе природного заказника “Долина реки Сетунь” река периодически окрашивается в разнообразные цвета, — рассказывал журналистам в 2021 году эколог Сергей Менжерицкий. — Лично я там проходил вдоль русла и обнаружил несколько нелегальных сточных труб, проложенных от расположенных неподалеку гаражных и торговых комплексов. Очевидна взаимосвязь между этими криминальными трубами и бедственным состоянием речной экосистемы. Из-за этого почти на всем своем протяжении Сетунь фактически убита. Лет пять назад лаборатория биофака МГУ брала здесь воду на анализ, в результате было обнаружено превышение по многим химическим компонентам».

О цвете Сетуни пришлось задуматься и теперь, пока в начале апреля мы гуляли по уютным беговым дорожкам вдоль этой небольшой, но временами шумной и бурной речки. На этот раз от стоков ее мутная вода была окрашена в стойкий желтый цвет. Но во время таяния снега и весенних подтоплений такое часто бывает, поэтому местные на этот счет не бьют тревогу и продолжают отдыхать в прибрежной зоне. Кто-то бегает, кто-то играет с собаками на фоне антропологического пейзажа из бесконечных труб и вышек ЛЭП, а кто-то тихо-мирно что-то отмечает на скамейках.

«Потылиха — моя любовь с детства, когда я приезжала сюда к бабушке и ходила по лесу (это был реальный лес) вдоль речки, мимо деревянного домика с собакой и курами, — вспоминает жительница Раменок Полина. — А это были всего лишь 1980-е годы. И совсем недалеко от центра. И этот контраст сохранился до сих пор. Появились новостройки, лес давно стал жиденьким парком, но все так же в реке под домом живут бобры (дай бог им крепкого здоровья переживать периодические кошмарные химические сливы в Сетунь), часто забегают лисы. Все так же в районе функционирует один магазин все в том же здании, что и 40 лет назад (другие не прижились). Все так же наш полуостровок любим бомжами и бездомными собаками, хотя и тех и других стало заметно меньше. Понимаю, что многих эти сочетания могут раздражать, но для меня это сродни историческим местам, где десятилетиями сохраняются свои традиции и в каждом доме есть своя история. Я вот живу в здании, которое до недавнего времени было уникально в своей постройке и чей проектировщик создал действительно нечто необычное для своего времени, но не продумал полноценную пожаробезопасность и сам же погиб в своем детище из-за большого пожара… В доме, где живет известная в свое время ведущая, сошедшая с ума от любви, которая теперь периодически выкидывает из окна вещи и творит прочие безумства. Так что, несмотря на все сложности, это уникальное и прекрасное место. И мы все его очень любим. Другие здесь просто не задерживаются».

Фото: Дима Жаров, Антон Морван, Fro / Фотобанк Лори, Геннадий Грачев/commons.wikimedia.org

Про это место можно смело говорить, что пока в остальной Москве температура воздуха обновляла рекорды прошлых лет, здесь все еще длится весна то ли 1994, то ли 2002 года. Исторический район Потылиха не является, собственно, районом (территориально это Раменки), но вот историческим его можно считать без оговорок. Эта небольшая местность, затерянная между Мосфильмовской улицей и рекой Сетунь, хоть и находится почти в центре, похожа чем-то на кусок дальнего Подмосковья. Здесь посреди царства бетонных и кирпичных многоэтажек сохранились почти сельские низкорослые постройки. Обособленность территории порождает как плюсы, так и минусы для местных жителей, среди которых, кстати, много довольно известных персонажей. Выросший здесь литератор Лев Аннинский утверждал, что название местности пошло от Михаила Кутузова, в 1812 году заметившего: «По наполеоновскому тылу отсюда били лихо». Исторически Потылихой считалась слободка на юго-западе Москвы за Дорогомиловской заставой — между устьем реки Сетунь, где в XV веке было поселение Воишевское, уничтоженное разбойниками, и селом Троице-Голенищево. На месте последнего сейчас стоит детище советского модернизма 1970-х — возведенная по проекту архитектора Евгения Стамо 26-подъездная панельная девятиэтажка в виде замкнутого кольца. Дальше тянутся разноплановые и построенные в основном во второй половине XX века жилые кварталы на улицах Пудовкина и Довженко, над которыми доминирует небоскреб ЖК «Дом на Мосфильмовской». Отдельные старожилы считают эти места частью Потылихи. Но все же каноническая Потылиха находится чуть севернее, на нынешних Сетуньских проездах, где в XIX и начале XX века были дачи, а также загородный двор воспитательного дома Николаевского сиротского института (тут проводили лето его воспитанницы). Там же находилась домовая церковь Марии Магдалины, которую в советские годы снесли и построили на ее месте панельную девятиэтажку. Из дореволюционных построек здесь сохранилось двухэтажное кирпичное здание ветеринарной клиники. Из других старинных объектов стоит вспомнить массивный пятиэтажный вокзал в характерном стиле станционного модерна — его можно увидеть из вагонов МЦК между станциями «Лужники» и «Кутузовская» недалеко от Бережковской набережной. В начале XX века это была платформа Потылиха Московской окружной железной дороги. Видное здание сегодня относится к улице с тем же историческим названием, которая отсечена от одноименного микрорайона не только железнодорожным полотном, но и идущим параллельно ему автобаном Третьего транспортного кольца. До конца 1930-х Потылихой называлась совсем другая улица — начало нынешней Мосфильмовской. Когда в 1920-е здесь задумали создать фабрику Совкино имени Первого десятилетия Октябрьской революции (так изначально именовался будущий «Мосфильм»), в прессе писали про закладку студии и последующую растянувшуюся на годы стройку в деревне Потылихе, которая к тому времени уже вошла в черту города. Улица шла до самой границы Москвы, находившейся перед храмом Живоначальной Троицы (еще одно сохранившееся до наших дней дореволюционное здание в этих местах). В отличие от церкви Марии Магдалины этот храм пережил период разрушения культовых сооружений. В 1930-е его закрыли, изъяв иконы для съемок фильма «Иван Грозный», а в 1970-е отреставрировали. В разные годы при СССР здесь находились сельский клуб, радиостанция Коминтерна, картонажная фабрика, завод декоративных свечей, склад и нотная библиотека Гостелерадио СССР. Мосфильмовской улица Потылиха стала именоваться уже на картах 1940 года, а в послевоенные годы, когда границы города радикально выросли, ее протянули на юго-запад — до берегов реки Раменки (а затем и вовсе почти до Аминьевского шоссе). Из-за продления и расширения Мосфильмовской в 1950-е пришлось снести располагавшуюся напротив одного из корпусов киностудии конструктивистскую пятиэтажку, где с 1935 по 1948 год жил Сергей Эйзенштейн. Вообще кроме ранних корпусов кинофабрики объектов авангардистской архитектуры первых советских десятилетий здесь не очень много. На старых фотографиях можно найти неказистые двухэтажные дома, которые снесли во времена СССР. Таких домов по окраинам Москвы были сотни, но от них стали избавляться с начала массового строительства хрущевок. Лев Аннинский подробно вспоминал историю развития местности в 1930-х: «[Кино]фабрику строили рабочие (привалившие с периферии), селились они в бараки, какие сами же и строили. А для иностранных спецов (немцев и американцев) и наших руководящих кадров решено было возвести пятиэтажный дворец под названием жилдом. Жилдом — 40 квартир-коммуналок, из которых только одна была персонально предназначена Сергею Эйзенштейну. Он и наезжал в этот построенный жилдом из своей московской квартиры и, по воспоминаниям соратников, садился у окна, глядя на слободу Потылиху и замечая, что со времен Ивана Грозного пейзаж совсем не изменился. Впрочем, может, он думал и о временах Ледового побоища… <... > А вокруг расстилалась слобода… Вскоре над ней заострились строительные краны, и вырос корпус кинофабрики с красным аргоновым профилем Сталина на стене. Слухи обгоняли друг друга. Вдруг выяснилось, что фабрику спланировали вредители — так, чтобы сверху она смотрелась как самолет носом на Кремль, и это, конечно же, ориентир для вражеских летчиков! Строителя кинофабрики упекли в лагерь, в жилдоме дочка его продолжала оставаться с бабушкой, во всем этом я разобраться не мог, для меня чудо было лишь в том, что фамилия архитектора была Строилов. <… > Войну жилдом пережил. Только выкрасили его в семь чередующихся красок — это чтобы немцы, бомбившие Москву, не догадались, что это большой жилдом, а приняли его за шеренгу домишек. Потом наш дворец выкрасили в привычный белый цвет. Потом, уже в начале 50-х годов, снесли». Тогда же, в послевоенные годы, начали активно застраивать территорию бывшей загородной дачи Николаевского института. В 1950-е годы здесь возвели Центральное конструкторское бюро по модернизации и ремонту энергетического оборудования электростанций (здание на 3-м Сетуньском проезде не сохранилось, на его месте сейчас идет стройка). «Здание Центрального конструкторского бюро — прекрасный образец сталинской постройки 1953 года, — рассказывает “Москвич Mag” жительница Потылихи Елена. — Позднее был построен новый корпус. С ЦКБ, которое занималось обслуживанием и ремонтом всей энергосистемы страны, тесно связана жизнь старшего поколения нашего района. Здесь работали наши родители, а потом и мы. Развивалось ЦКБ, и район начал застраиваться. В середине 1960-х годов были построены дома на Пырьева. Позднее ЦКБ построило по уникальной в то время технологии 25-этажный дом». Небоскреб, о котором идет речь, известен не только своими звездными жителями (о них позже), но и крупным пожаром 2005 года, который начался на последнем этаже. Из-за высоты дома спасатели не смогли оперативно подобраться к очагу возгорания, в результате в огне погибли четыре человека. Благодаря двух- и трехэтажным сталинкам в Потылихе сохраняется непередаваемая атмосфера машины времени. В одном из низкорослых домишек дожил до наших дней сомасштабный ему крохотный продуктовый магазин, больше похожий на сельпо. (Местные сетуют на отсутствие крупных торговых сетей в шаговой доступности. «В “Авоське” цены почти скоро догонят “Азбуку вкуса”», — жалуется жительница Потылихи Катя.) Рядом тротуары во дворах кое-где вымощены досками, как на довоенном фото жилдома Эйзенштейна, а через внутриквартальные проезды по-провинциальному переброшены водопроводные трубы. Остановочные павильоны, скамейки и мусорные баки здесь стремительно передают привет из лужковских времен, а местами можно наткнуться на ржавеющие во дворах советские легковушки — «Москвичи» и «Волги». Ощущение других эпох создают и жилые панельки: построенные в 1960-е и 1970-е бетонные девятиэтажки здесь чудом сохранили каноническую модернистскую облицовку подъездов, а нависающие над долиной Сетуни экспериментальные башни времен советского модернизма хоть сейчас можно использовать как декорации к фильмам про «кровь на асфальте» 1990-х или моральное беспокойство 1970-х. Создается даже ощущение, что кварталы Потылихи сознательно не подвергают радикальной реновации и прочим общегородским благоустроительным апгрейдам из-за соседства с «Мосфильмом», которому нужны антуражи к фильмам про ушедшие эпохи, что называется, под рукой. Недаром на одном из местных гаражных массивов гордо написано: «Здесь родился фильм “Гараж”». Знаменитая комедия, как известно, снималась на другой площадке, но местные жители рассказывают, что это якобы тот самый гаражный кооператив «Мосфильма», к которому имел отношение Эльдар Рязанов, вдохновившийся идеей экранизировать коллизию на одном из собраний пайщиков. Близость киноконцерна, судя по всему, влияет и на состав жителей Потылихи, среди которых немало знаменитостей. «Здесь много живет актеров и их родственников. У меня, например, сосед в доме Эдуард Радзюкевич со своей женой Марией Сергеенковой. Аида Невская еще живет, бывшая ведущая Первого канала», — рассказывает админ внутриквартального чата Ольга. Жительница соседнего дома Алена вспоминает про других звездных соседей: «У нас давно жила Ольга Машная с сыном Димой. Евгений Осин жил. И Настя Задорожная». Ее соседка Наталья добавляет: «И Владимир Винокур с семьей в шестом доме жил, а также Юрий Белов и Алла Будницкая. И Вячеслав Тихонов в 25-этажном. И там же жил Евгений Матвеев — встречала его в 91-м автобусе». «Иван Жидков еще, встречала пару раз. А на Пудовкина вообще куча известных людей, Алферову вообще каждый день встречала, бегала в лесу, и мужа ее. А там еще Вадим Галыгин жил, на Пырьева», — загибает пальцы жительница Потылихи Ксения. Тут в разговор вступает ее соседка Анастасия, отметив, что на улице Пырьева жил и актер Михаил Кокшенов. «А я Яна Цапника часто встречаю. Не знаю, живет здесь или нет», — присоединяется к обсуждению еще одна жительница микрорайона Виктория. Несмотря на это, Потылиху сильно выделяют не только артефакты прошлого, а еще и отчасти связанное с этой особенностью ощущение неустроенности. Его усиливает, например, длиннющий и депрессивный корпус овощебазы, отделяющей микрорайон от ветки МЦД-4 и расположенных за ней вальяжных предместий Поклонной горы. Из-за этого, как рассказывают местные жители, хоть до станции «Кутузовская» всего 500 метров, пешком не пройти (Потылиха вообще находится далеко от всех станций метро). На фоне обшарпанных стен базы совсем инопланетно выглядят недавно построенные хайтек-стекляшки центров продаж одной из растущих здесь новостроек с окружающим небольшим островком благоустройства. Тут привычная Москва быстро забывается и начинает восприниматься как другой город. Еще один депрессивный объект — остатки Московского экспериментального завода душистых веществ. Предприятие с таким экстравагантным названием производило пищевые и косметические ароматизаторы, а теперь превращено в заброшку посреди неблагоустроенных зарослей в долине Сетуни. Если не побояться и пройти по узкой и тенистой тропинке вдоль мрачного бетонного завода вглубь от Воробьевского шоссе и дойти до реки, то, перейдя через очень странный мост с воротами, можно оказался в не менее удивительном месте. Поначалу кажется, что это то ли станция техобслуживания, то ли свалка машин всех эпох и назначений. Но наряду с раскрашенными ангарами, штабелями покрышек и превращенными в объекты стрит-арта грудами металлолома в глаза бросаются дома, стилизованные под глубокую старину. На самом деле это парк киноприключений и школа каскадеров «Мастер», где проводятся разные экстремальные занятия вроде фаер-шоу и дрифта на старых машинах. Глядя на фото с этих мероприятий, невольно вспоминаешь немецкий фильм «Поездка в Никласхаузер», точнее, один из финальных эпизодов с эксцентричной инсценировкой средневекового аутодафе посреди гор битых авто. Местные жители к каскадерам относятся по-разному. Одним нравится драйв места, куда может попасть любой желающий. Других нервирует шум от ревущих моторов во время тренировок и показательных выступлений. Также обитатели Потылихи критикуют плохую транспортную доступность местности. В интернет-форумах можно найти обсуждения еще 2000-х, где люди жаловались на логистику: «Ни скорая помощь и перевозка больных, ни пожарная служба или спасатели порой просто не могут добраться до жителей Потылихи. И все это потому, что достаточно большой микрорайон имеет всего один выезд, примыкающий к Третьему транспортному кольцу. Причем эта “дорожка жизни” идет под наклон, с достаточно высокой горы. Вот и возникают постоянно проблемы, преимущественно в зимнее время. Например, занесет на скользкой дороге единственный следующий сюда автобус, и все: движение парализовано. И случись в этот момент какое-либо ЧП, помочь будет просто некому. Были и более серьезные прецеденты, когда жители Потылихи на многие часы оставались без скорой помощи; отсутствовал общественный транспорт и любая другая возможность связи с внешним миром. Все жители становились заложниками очередной аварии». И ситуация не изменилась: как тогда, так и теперь пройти в Потылиху можно по нескольким пешеходным мостам через реку, а вот проехать — только по 1-му Сетуньскому проезду. «Район очень абсурдный и своеобразный, здесь существует свой мир, оторванный от соседних кварталов из-за своего расположения, — вспоминает местный житель Алек. — В 1990-е добраться сюда можно было на забитых до отказа маршрутках и редких автобусах. Когда появилось Третье транспортное кольцо, стало плохо с воздухом. Еще в Потылихе раньше был пустырь, который превратили в капище любители исторических реконструкций типа толкинистов или кого-то еще (судя по всему, речь идет про “Сетуньский стан”. — “Москвич Mag”). В изгибе Сетуни находился завод душистых веществ, рядом с ним обитало много бродячих собак, которые бросались на прохожих. Из культурных заведений помню ресторан-малинник “Diamonds Club Аленушка”, а еще, если двигаться в сторону Киевского вокзала, клуб Tabula Rasa на Бережковской набережной, я туда ходил на концерты, однажды там выступал Лаэртский. Еще в устье Сетуни стоит очень специфический по виду ресторан Safisa. Он построен в комедийно-пышном стиле золоченого псевдобарокко. Не знаю, почему для него было выбрано именно это изолированное и явно не самое благополучное место, которое вроде бы не располагает для таких заведений». Другая собеседница «Москвич Mag» Эльвина уверяет, что, несмотря на плюсы вроде расположения и близости к реке, каждый год «здесь становится все хуже»: «Магазин снесли, парковки снесли, деревья вырубили, из-за чего теперь железную дорогу слышно очень. А еще МФЦ, торговые центры, банки и поликлиники — они все не совсем рядом. Если человек зависит от общественного транспорта, то приходится подстраиваться». С ней соглашается и местная жительница Ольга. Она называет Потылиху «деревней в городе, где все друг друга знают, соседи здороваются, общаются и дружат»: «Это маленькое, тихое, укромное место почти в центре города, в пешей доступности набережная, парк, речка, Мосфильмовский пруд, смотровая. Расположение очень удачное. Но минусы этого района не только единственный магазин с высокими ценами и стройки, но и транспорт. Автобусы не всегда ходят по расписанию. Бывает, приходится их долго ждать, особенно это проблема зимой. Также зимой очень плохо убирают снег. Еще проблема с речкой Сетунь, в которую постоянно сливают химикаты». О загрязнении Сетуни говорят давно. Пять лет назад жители нескольких районов на западе Москвы долго били тревогу по поводу попадания в воду нефтепродуктов. Пестрое пятно растянулось на несколько километров, в итоге стоки неизвестного происхождения загрязняли долину реки, которая входила в границы особо охраняемой природной территории — одного из самых больших заказников в черте города. «В районе природного заказника “Долина реки Сетунь” река периодически окрашивается в разнообразные цвета, — рассказывал журналистам в 2021 году эколог Сергей Менжерицкий. — Лично я там проходил вдоль русла и обнаружил несколько нелегальных сточных труб, проложенных от расположенных неподалеку гаражных и торговых комплексов. Очевидна взаимосвязь между этими криминальными трубами и бедственным состоянием речной экосистемы. Из-за этого почти на всем своем протяжении Сетунь фактически убита. Лет пять назад лаборатория биофака МГУ брала здесь воду на анализ, в результате было обнаружено превышение по многим химическим компонентам». О цвете Сетуни пришлось задуматься и теперь, пока в начале апреля мы гуляли по уютным беговым дорожкам вдоль этой небольшой, но временами шумной и бурной речки. На этот раз от стоков ее мутная вода была окрашена в стойкий желтый цвет. Но во время таяния снега и весенних подтоплений такое часто бывает, поэтому местные на этот счет не бьют тревогу и продолжают отдыхать в прибрежной зоне. Кто-то бегает, кто-то играет с собаками на фоне антропологического пейзажа из бесконечных труб и вышек ЛЭП, а кто-то тихо-мирно что-то отмечает на скамейках. «Потылиха — моя любовь с детства, когда я приезжала сюда к бабушке и ходила по лесу (это был реальный лес) вдоль речки, мимо деревянного домика с собакой и курами, — вспоминает жительница Раменок Полина. — А это были всего лишь 1980-е годы. И совсем недалеко от центра. И этот контраст сохранился до сих пор. Появились новостройки, лес давно стал жиденьким парком, но все так же в реке под домом живут бобры (дай бог им крепкого здоровья переживать периодические кошмарные химические сливы в Сетунь), часто забегают лисы. Все так же в районе функционирует один магазин все в том же здании, что и 40 лет назад (другие не прижились). Все так же наш полуостровок любим бомжами и бездомными собаками, хотя и тех и других стало заметно меньше. Понимаю, что многих эти сочетания могут раздражать, но для меня это сродни историческим местам, где десятилетиями сохраняются свои традиции и в каждом доме есть своя история. Я вот живу в здании, которое до недавнего времени было уникально в своей постройке и чей проектировщик создал действительно нечто необычное для своего времени, но не продумал полноценную пожаробезопасность и сам же погиб в своем детище из-за большого пожара… В доме, где живет известная в свое время ведущая, сошедшая с ума от любви, которая теперь периодически выкидывает из окна вещи и творит прочие безумства. Так что, несмотря на все сложности, это уникальное и прекрасное место. И мы все его очень любим. Другие здесь просто не задерживаются». Фото: Дима Жаров, Антон Морван, Fro / Фотобанк Лори, Геннадий Грачев/commons.wikimedia.org

Мосфильмовская один день Один день в Потылихе Потылиха Сетунь