search Поиск Вход
, 2 мин. на чтение

Противостоянию Москвы и Петербурга наконец-то пришел конец

, 2 мин. на чтение
Противостоянию Москвы и Петербурга наконец-то пришел конец

Москва и Петербург (хотя знающие люди и прочие эстеты предпочитают говорить «Ленинград») — нет повести смехотворнее на свете, в которой, к счастью, наметился новый сюжетный поворот. Противостоянию двух столиц — настоящей и северной — пришел конец.

Между «свободной Ингрией» и «феодальной Московией» больше нет никакой разницы. Везде стало одинаково «кюхельбекерно и тошно». Даже измученные посконностью, фасадным вопросом и дороговизной общепита московские оккупанты мал-помалу отказываются от имперского шовинизма и все реже ездят в «Питер» на уикенд, делая вид, что отправляются на побывку в Европу (типа как в советские времена вырывались в Ригу — за бальзамом и свежим беспартийным воздухом).

Эстетика руины в Петербурге по-прежнему цветет и пахнет по парадным, но моральный застой и экзистенциальное отвращение на берегах Невы ничем сегодня не отличаются от московских. Летние протесты доказали, что и в Москве могут дать прикурить и выразить всяческое неуважение к порядкам (впервые ленинградский скепсис проиграл московскому пафосу), а губернаторство Беглова с его провальной зимней работой коммунальных служб стало в свою очередь определенным Рубиконом, после которого петербуржцам, заседающим в баре «Хроники», чуть труднее исповедовать изоляционизм с нигилизмом и прикидываться, что они вне контекста. Нет уж, едоки булок и ходоки по поребрикам, и вы тем же миром мазаны — пусть пиво у вас стоит дешевле, а улицы так и не метут. Смиритесь со статусом родового села главы государства, летайте самолетами авиакомпании «Россия» примерно в никуда (логистика хромает, а Пулково не окно в Европу, а заклеенная форточка), ходите в Мариинский театр на вечно опаздывающего Гергиева (больше вообще некуда) и радуйтесь победам «Зенита» (больше совсем нечему). Только ваш провинциализм ничуть не очаровательнее наших понтов.

Да, в Москве унизительно быть нищим и рядовым (любимая питерская поза) — ведь зловонный оскал здесь ежедневно демонстрирует не капитализм, а компрадорский бюрократизм (патриотизм). Но в целом шансы москвичей и петербуржцев на внутреннюю эмиграцию и кусочек незамутненного властью счастья сравнялись. Два полюса русской души опасно сблизились, даже на уровне низовой культуры.

Уже никто не практикует промискуитет в «Красной стреле», все перемещаются «Сапсаном», не располагающим не то что к петтингу, а даже к флирту. Всем надоел Сергей Шнуров, даже зрителям Первого канала, ленинградцы могут оставить «Ленинград» себе, спасибо, накушались. Бродского с Барышниковым снова воссоединил и монополизировал Николай Солодников, безродный youtube-интеллигент, притусовывающийся в столице и идеально иллюстрирующий старую максиму — худшее в Москве всегда из Санкт-Петербурга.