search Поиск Вход
, , 4 мин. на чтение

«У болезней не бывает карантина и отпусков»: доноры сдавали кровь в течение режима самоизоляции

, , 4 мин. на чтение
«У болезней не бывает карантина и отпусков»: доноры сдавали кровь в течение режима самоизоляции

Фраза «Оставайтесь дома» стала лозунгом этой весны.

Помимо остального сократилось количество плановых обращений в поликлиники. Еще в начале апреля Минздрав попросил россиян отложить визиты к врачу, если нет угрозы для жизни, так как больницы сосредоточены на лечении коронавируса.

В марте Американский Красный Крест объявил, что по всей стране было отменено 2700 акций по забору донорской крови, в результате чего количество доноров сократилось примерно на 86 тыс. человек.

Карантин повлиял на оказание медицинской помощи жителям Москвы — были ограничены плановые операции, применены новые подходы к лечению пациентов с хроническими гематологическими заболеваниями, направленные в том числе и на ограничение числа их визитов в клиники. Тем не менее врачи продолжали оказывать родовспомогательную помощь, лечили пациентов с онкологическими и гематологическими заболеваниями, острой сосудистой и хирургической патологией. Поэтапно больницы, перепрофилированные под пациентов с коронавирусной инфекцией, начали возвращаться к плановой работе. При этом потребность в донорской крови и в ее компонентах — плазме, гранулоцитах, тромбоцитах — сейчас возросла, так как переливание используется и при лечении коронавирусной пневмонии.

Для того чтобы привлечь доноров сдавать кровь, например, в Астрахани возят их на служебных машинах. А в Москве была запущена акция #друзьяпокрови — такси Gett предоставляло две бесплатные поездки, туда и обратно, до Национального медицинского исследовательского центра гематологии для всех, кто уже однажды сдавал там кровь. Также сделали бесплатными поездки для доноров плазмы «Ситимобил» и «Яндекс.Такси».

Максим Горохов, почетный донор России и почетный донор Москвы, рассказывает, что в период самоизоляции сдавал кровь в привычном для себя режиме:

«Впервые я стал донором в 2000 году. Мне было 18 лет, я работал санитаром в хирургическом отделении клинической больницы №23 и видел, какое количество пациентов нуждается в переливании препаратов крови. В один из дней донора, которые регулярно проводит департамент здравоохранения, я решил сдать кровь наряду со старшими товарищами — врачами и сотрудниками кафедры хирургии. 

Страха не было. Было волнительно — смогу я или нет? Ведь у донора в процессе донации забирают 450 миллилитров цельной крови, плюс 50 миллилитров для проведения диагностических процедур. Трансфузиологи должны быть уверены, что кровь донора безопасна в плане вирусных инфекций. По этой причине я переживал, как мой организм молодого студента перенесет такую достаточно ощутимую кровопотерю. Но я справился с этой задачей.

С тех пор я стараюсь сдавать кровь регулярно, потому что она нужна всегда и везде, в любое время года, в любое время суток, особенно в городе федерального значения. Стараюсь заниматься спортом, правильно питаться и хочу делиться здоровьем с другими людьми, помогать нуждающимся пациентам. Во время пандемии я сдавал кровь дважды: в конце марта и буквально неделю назад. У различных болезней, таких как онкология, не бывает карантина и отпусков».

Максим также отмечает полную стерильность процедуры. В 2020 году до сих пор жив миф о том, что во время сдачи крови или ее компонентов можно чем-нибудь заразиться. Но сдавать кровь безопасно даже во время пандемии. Сотрудники отделений трансфузиологии, а также станций переливания крови регулярно меняют перчатки, дезинфицируют донорские места после каждого человека, используют индивидуальные наборы.

Почетный донор Москвы Артем Савенков отмечает, что сдавать кровь в период самоизоляции было даже приятнее, чем обычно:

«Сдавать кровь было совсем не страшно. Во-первых, потому что у меня титаническое здоровье, а во-вторых, было намного меньше людей, не у всех была возможность приезжать на станцию переливания. Никто не толкался в очереди».

Другой распространенный миф о донорстве крови заключается в том, что кровь необходимо сдавать только в экстремальных случаях, например, если случилась крупная катастрофа. Но экстренное донорство не может обеспечить стабильный запас крови и ее компонентов. В идеале число доноров должно составлять 1% от населения страны. Кроме того, качество крови постоянных доноров выше, чем качество крови тех, кто сдает кровь время от времени, так как «кадровые» доноры проходят регулярные обследования и знают о состоянии своего здоровья.

В 2019 году стало известно, что число доноров за последние десять лет увеличилось в 1,6 раза. Рост объясняется тем, что в 2008 году доноров в России стало так мало, что ситуация была признана угрожающей здоровью и безопасности страны, после чего Министерство здравоохранения и социального развития Российской Федерации запустило специальную программу модернизации Службы крови. Кризис 2008 года стал, как и во многих других сферах, последствием 1990-х годов. Тогда количество доноров сократилось с 4 млн до 1,8 млн человек. Но почти полвека до этого донорство считалось абсолютно рядовым занятием и было очень распространено.

Раиса Александровна Антонова вспоминает, как в 1950-х годах училась в вечернем университете и регулярно ходила сдавать кровь в Боткинскую больницу:

«В то время очень многие ходили сдавать кровь: мои подруги, знакомые, однокурсники. Это не считалось чем-то престижным или почетным, сдавали и сдавали. За это давали деньги, причем приличную сумму, сейчас уже не скажу сколько. Отгул на работе получали и после сдачи крови всегда кормили вкусно: была черная икра, чай, сладкое. Страшно никогда не было, сдавала кровь с удовольствием три года. А потом, в 1958 году кажется, снова пошла сдавать, потеряла сознание и с тех пор решила, что хватит. Я там уж и замуж вышла, не до этого было».

Анна Гавриловна Тройнина служила санинструктором во время Второй мировой в стрелковой дивизии и дошла с армией до Бобруйска. Сдавать кровь во время войны было необходимостью:

«На фронт приезжали брать кровь в обязательном порядке. И я сдавала, и мне вливали, когда я ранения получала. Три раза меня ранили. А после войны я продолжила сдавать кровь, когда работала на заводе. За это нам давали справку на два дня отгула, мы их собирали и прикрепляли к отпуску, чтобы отдыхать подольше. Я даже была почетным донором, но книжечку не сохранила».

А вот Евгения Васильевна Шеляховская больше не решилась стать донором после фронта:

«Я была медсестрой на самой передовой, в пехотном полку. Раненых было много, и сдавать кровь было совершенно обычно. Как тут не отдать, когда человек погибает? Это не было почетно, мы ничего за это не получали. Время было совсем другое».

Фото: shutterstock.com