search Поиск Вход
, 2 мин. на чтение

Филолог Мел Гибсон и психопат Шон Пенн учат нас в «Играх разумов», как правильно разговаривать

, 2 мин. на чтение
Филолог Мел Гибсон и психопат Шон Пенн учат нас в «Играх разумов», как правильно разговаривать

Середина позапрошлого века. Бородатый профессор Джеймс Мюррей (Мел Гибсон) выступает с концепцией словаря, который включит все слова, существующие в английском языке.

Мюррея слушают с неохотой, поскольку он абсолютный самоучка, не закончивший даже школы. Однако аргументы скромного и вежливого мужчины столь убедительны, что словарь запускается в производство. Причем в его создании предлагается принять участие всем носителям языка, способным читать книги и выписывать необходимые для словарных статей цитаты. Однако даже с таким расширенным составом соавторов работа идет туговато, но тут Мюррею внезапно начинают приходить горы писем от некого доктора Уильяма Майнора (Шон Пенн), который помогает сдвинуть работу с мертвой точки. Мюррей сильно не сразу выясняет, что Майнор — ветеран американской Гражданской войны, бывший хирург, осужденный за убийство на почве паранойи и помещенный в связи с этими обстоятельствами в психиатрическую лечебницу.

Теперь уже можно говорить со всей радостной уверенностью — Мел Гибсон вернулся. Побыв несколько лет относительной фигурой нон грата в Голливуде, опальный австралиец без всяких лишних извинений восстановил свои позиции исключительно собственным талантом. Фильм «По соображениям совести», вышедший два года назад, оказался настолько хорош, что профессиональное сообщество сменило гнев на милость, и вот Мел уже не только снимает, но и снимается. «Игры разумов» (в кино с 25 апреля) — мыслимое ли дело — второй за год фильм с участием актера, а ведь до конца года должен случиться еще и третий — «Последний уровень» Джо Карнахана. Другое дело, что последние гибсоновские роли, пожалуй, не совсем то, чего ждут от него поклонники. Совсем недавно он печально носил усы и много говорил (вместо того, чтобы что-то делать) в «Закатать в асфальт» Крейга Залера, теперь облачается в строгий сюртук, чтобы сыграть великого филолога-самоучку. Более того, в данном случае речь идет о выстраданном продюсерском проекте Гибсона, который он поначалу собирался ставить сам, а потом отдал соавтору сценария «Апокалипсиса» Фараду Сафиниа.

Можно только гадать, каким бы мог получиться этот фильм у самого Гибсона — режиссера сколь размашистого, столь и тонкого, поскольку речь идет о действительно невероятной истории о том, как язык влияет на сознание. Мюррей стал одним из величайших умов своей эпохи именно благодаря многолетнему изучению языков. Майнора же чтение и анализ прочитанного почти спасли от шизофрении (которая была диагностирована незадолго до смерти доктора в 1920 году). Есть здесь и третий важный персонаж — жена убитого Майнором лондонца в исполнении Натали Дормер, чья ненависть к убийце переросла в романтическое чувство, когда психопат научил ее читать и писать. Для переноса этого потрясающего сюжета на экран нужен был помимо Гибсона чуткий к форме Стивен Содерберг, например, или мастер саспенса Дэвид Финчер.

Но это все фантазии, а Сафиниа поставил аккуратную и скучноватую костюмную драму, которая, вероятно, хорошо смотрелась бы разрезанной на две серии и показанной в эфире какого-нибудь BBC. В кинозале же в 2019 году происходящая на экране цепь событий (изложенных к тому же временами неряшливо — создание словаря заняло несколько десятилетий, что никак не отражено даже титрами) смотрится бедновато. Единственный весомый повод все-таки купить билет в кино — исполнители главных ролей. Гибсон и Пенн, сидящие на лавочке и обсуждающие слово «крестовина» — ну серьезно, где еще такое увидишь.

Фото: Экспонента