, 3 мин. на чтение

Новая «Мулан» предназначена для детей, но скорее понравится феминисткам

, 3 мин. на чтение
Новая «Мулан» предназначена для детей, но скорее понравится феминисткам

Disney продолжает доставать из архивов старые классические мультфильмы и переснимать их с актерами. После «Красавицы и чудовища», «Золушки» и «Аладдина» настал черед «Мулан» (но не «Покахонтас»). Многие зрители старше 18 относятся к мультфильмам чуть пренебрежительно — что взять со сказки для детей. Но иногда сказки, особенно переснимаемые для новых поколений с учетом изменившегося мира, позволяют посмотреть на эпоху, казавшуюся такой знакомой, по-новому.

Если вспомнить 1998 год, когда вышла оригинальная «Мулан», обнаружатся интересные тенденции и переклички. Теренс Малик и Стивен Спилберг захотели рассказать об ужасах Второй мировой и ценности человеческой жизни в «Тонкой красной линии» и «Спасти рядового Райана». Человечество как никогда было близко к исчезновению в «Армагеддоне», «Столкновении с бездной» и «Годзилле» (ну ладно, в последнем угроза нависла только над Нью-Йорком, но так как в этом монстре Роланда Эммериха Годзилла оказалась самкой и отложила яйца, то весь мир рано или поздно оказался бы в опасности). И вот на фоне таких важных тем, как мировая война и смерть человечества, зеркально вышли «Влюбленный Шекспир» и «Мулан». Первый фильм был вольной интерпретацией жизни великого драматурга и событий, вдохновивших его на написание «Двенадцатой ночи», и получил 13 номинаций на «Оскар» (из которых победил в семи). Второй фильм был историей о китайской девушке, которая переоделась в юношу, чтобы спасти от верной гибели отца и родину. В отличие от «Влюбленного Шекспира» «Мулан» получила всего одну утешительную номинацию на «Оскар», как это часто бывает с анимацией, за музыку.

Почему в конце прошлого века, который переосмысливал самую страшную свою трагедию и паниковал из-за грядущего миллениума, в один год вдруг появились сразу два фильма о женщинах двух разных эпох, живущих на разных континентах, которые выдают себя за мужчин?

Интересно, что в конце 1990-х казалось: феминистки победили, женщины уже равны с мужчинами, и так будет всегда. Мадонна имитировала мастурбацию на сцене и меняла мужчин в жизни (и делает это до сих пор, то есть ведет себя так, как до 1990-х вели себя сами мужчины), и она не была богемной певицей, выступавшей по клубам — она была самой популярной певицей и женщиной в мире, мейнстримнее не бывает. В том году начался «Секс в большом городе», в котором Миранда делала карьеру, чтобы стать партнером в фирме наравне с мужчинами, Шарлотта патриархально мечтала о замужестве, Саманта вела себя как гей и спала с кем попало, а Кэрри совмещала колонки, маноло-бланики и нетухнущее чувство к мистеру Бигу, за которого в итоге вышла (в отличие от своей создательницы Кэндэс Бушнелл), то есть была профессионалкой, не забывавшей о чувствах и удовольствиях. Женщины как будто играли в мужчин, примеривали на себя то костюм босса, то рубашку бойфренда, то мартенсы парня, который ухаживал за самой популярной девушкой. «Двенадцатая ночь» с ее переодеваниями вдруг оказалась очень актуальной в эпоху, когда стандартная романтическая коллизия о герое и героине, красиво уходящих в сторону заката в финале, просто стала казаться стылой и примитивной.

Появившись в это время, Мулан-1998, выдающая себя за парня, чтобы спасти родной Китай от кочевников, не может украдкой не наблюдать за голым до пояса симпатичным командиром, который в финале приедет к ней просить руки в присутствии родителей. Когда император предлагает Мулан возглавить его личную охрану, она отказывается от высокой чести ради семьи — примерив на себя мужскую роль воина, она доказала себе и всем остальным, что у женщины может получаться мужская работа лучше, чем у мужчины, и вернулась к своим делам, ее цельная натура потребовала перевесить «мужскую» половину «женской», долг — удовольствиями. Это не значит, что Мулан прогнулась под общество. Наоборот, приняв ее победу, общество — от императора до местной глупой кумушки-свахи — прогнулось под Мулан и оставило ее в покое, потому что она доказала, что может жить по своим правилам.

Прошло 22 года. Вдруг оказалось, что женщины более бесправны, чем когда-либо. Мулан (Лю Ифэй), впервые попадающую под видом мужчины в казарму, трясет от ужаса из-за перспективы жить с этими жуткими существами противоположного пола. В новой версии любовный интерес теперь — не командир, а ровня Мулан, поэтому она не смотрит на него снизу вверх, наоборот, может даже преподать ему урок во время учений. Новая «Мулан» (в кинотеатрах с 10 сентября) — история о том, что если ты в чем-то хорош, то обязательно добьешься в этом успеха, но если тебе не повезло с полом (расой, сексуальной ориентацией), тебе придется работать в два раза больше остальных. Авторы нового фильма совсем убрали комического персонажа из старого — суетливого дракона-неудачника, зато добавили ведьму-злодейку Сянь Лан (Гун Ли) старше Мулан (то есть, предыдущего поколения) — жертву мизогинии патриархального общества, стравливающего женщин друг с другом. Каждое поколение делает положение женщин лучше — как будто говорят нам авторы, нужно верить в прогресс, но если ты ему сопротивляешься, тебя оставят за бортом истории. Но чувства и удовольствия не входят в сферу интересов Мулан-2020 — ее интересуют только долг и борьба. Игра в мужчину ее не веселит, она ко всему вокруг относится с угрюмой серьезностью. Суть прогресса выражена в самом финале, когда Мулан должна выбрать между предложением императора возглавить его охрану, то есть сделать карьеру, и тем самым парнем, который ей на самом деле нравился с самого начала, но она вынуждена была это скрывать. Угадайте, что выбрала Мулан образца 2020 года.

Фото: Дисней Студиос