, 2 мин. на чтение

«Новый папа» дарит зрителю католичество с блэкджеком, шлюхами и Джоном Малковичем, который не фанат Джона Малковича

, 2 мин. на чтение
«Новый папа» дарит зрителю католичество с блэкджеком, шлюхами и Джоном Малковичем, который не фанат Джона Малковича

Паоло Соррентино — мужчина в самом расцвете сил, футбольный фанат и красавец, с чуть вымученной улыбкой несущий статус главного итальянского режиссера современности.

От каждого его следующего фильма ждут чуда и расстраиваются, если оно не происходит. Проще говоря, задним числом понятно, что сложно найти более подходящего постановщика для сериала про главу Ватикана, человека, которого общее собрание кардиналов в одночасье назначает святым отцом всей католической церкви.

Собственно, четырехлетней давности «Молодой папа» был рефлексией именно на этот счет: да, Пий XIII (Джуд Лоу) способен на чудо, но иногда чудотворить очень неохота, и вообще папская тиара не самый удобный головной убор. Заявив сериал как рассказ о современном святом, Соррентино оказался заложником собственных идей — непонятно, как и куда может привести такая непростая тема. А потому на помощь автору пришли фрейдистские комплексы и скоропостижный инфаркт, которым завершился первый сезон. Однако режиссер рассказывает, что уже во время монтажа «Молодого папы» придумал, как продолжить историю — чем и занялся сразу после завершения не слишком удачного фильма про Берлускони («Лоро»).

Итак, «Новый папа» начинается с того, что Пий XIII красиво лежит в коме, смущая своим совершенным телом умы обслуживающих монахинь. Около больницы тем временем собралась толпа, облаченная в кофты с лицом Ленни Белардо (таково, напомним, мирское имя молодого папы) и ожидающая его возвращения к жизни. Вокруг и без того взбалмошного понтифика зреет культ, и госсекретарь Ватикана Войелло (Сильвио Орландо) решает срочно усадить на престол кого-нибудь более живого. Выбор падает на британца Джона Брэннокса (Джон Малкович) — кардинала с грустными подведенными глазами и детской травмой, связанной с гибелью брата-близнеца в их общей юности. Немного поартачившись, Брэннокс соглашается на приглашение и принимает имя Иоанна Павла III.

Поначалу кажется, что Соррентино то ли сошел с ума, то ли окончательно превратился в орнаменталиста, без всякого смысла складывающего узоры из самых абсурдных проявлений итальянской жизни. Так было в «Лоро», так стартует и «Новый папа»: монашки извиваются вокруг неонового креста, священники бросают друг на друга томные взгляды, пресс-секретарь престола (Сесиль де Франс) трахается с мужем по видеосвязи. Среди всего этого улыбчивым призраком время от времени ходит Джуд Лоу.

Однако примерно к третьей-четвертой серии становится ясно, что Соррентино недаром еще и писатель. Его сериал не столько идет в фарватере сочетания вульгарности и артхаусной изобретательности, сколько наследует литературе итальянского Возрождения. По сути, это попытка осмысления божественного, минуя устаревшее богословие (не зря Шэрон Стоун здесь рекомендует проапдейтить Библию). Заявленное житие современного святого (теперь их, собственно, двое — Джуд Лоу скоро все-таки должен воскреснуть) идет контрапунктом к развеселому новому «Декамерону». Соррентино не просто дает зрителю то, чего он хочет — то есть католичество с блэкджеком и шлюхами — сколько доводит до искристого абсурда существующую реальность, докапываясь до ее изнанки. Таким образом, «Новый папа» пока выглядит едва ли не самым интригующим сериалом сезона — а помимо описанного здесь еще есть и линия с исламскими террористами. Режиссер утверждает, что у него уже готов замысел третьего сезона. Оно и логично — вслед за Ветхим и Новым заветами полагается Апокалипсис. Не будем также забывать, что в переводе это слово означает не конец света, а откровение.

Фото: Gianni Fiorito/HBO

Сериал можно легально смотреть на Амедиатеке.