, 2 мин. на чтение

Самой смешной шуткой комедии «Евровидение» оказалась пародия на Киркорова—Лазарева—Билана

, 2 мин. на чтение
Самой смешной шуткой комедии «Евровидение» оказалась пародия на Киркорова—Лазарева—Билана

Когда в прошлом году журнал Vogue устроил вечеринку в музее «Метрополитен» с темой «кэмп», журналисты тут же позвонили «королю кэмпа» Джону Уотерсу за комментариями.

«Кэмп не работает, если он знает, что он кэмп», — ответил знаменитый режиссер и был, конечно, прав. За последние десятилетия кэмп вырвался из гетто для понимающих в мейнстрим и стал общим местом — нет ничего более кэмпового, чем Дональд Трамп, позирующий с Библией вверх ногами. И нет ничего более кэмпового, чем «Евровидение», на чьей сцене мужчины в перьях, представляющие страны, которые хотят считать себя серьезными государствами, поют о неразделенной любви. Поэтому «Евровидение» одновременно и очевидный, и недостижимый объект для пародии — песенный конкурс с большим успехом пародирует сам себя с совершенно серьезным лицом.

Уилл Феррелл вроде как раз тот комик, которому сам бог велел поиздеваться над «Евровидением». До сих пор, когда он брался за американское телевидение («Телеведущий: Легенда о Роне Бургунди», 2004) или фигурное катание («Лезвия славы», 2007), результат оказывался точным и смешным. Попытка Феррелла два года назад взяться за более сложный, чем ТВ и спорт, материал в «Холмсе и Ватсоне» провалилась, хотя бы потому, что после двух «Холмсов» Гая Ричи, гораздо, кстати, более смешных, смотрелась беспомощной халтурой.

«Евровидение: История огненной саги» (так звучит полное название фильма производства Netflix) начинается многообещающе: маленький Ларс Эрикссонг (Феррелл) с детства мечтает победить на «Евровидении» (к ужасу отца в отличном исполнении Пирса Броснана), вырастает, создает с подругой Сигрит Эриксдоттир (Рэйчел Макадамс) группу «Огненная сага» и поет с ней в костюмах викингов на фоне фьордов. Делают они это так ужасно, что попадают на смотр претендентов для участия в «Евровидении» от родной Исландии, только потому что во всей маленькой стране, промышляющей ловлей рыбы, не набралось достаточно желающих. Несчастный случай (или злонамеренный взрыв?) приводит все же Ларса и Сигрит на конкурс, где они знакомятся с конкурентом Александром Лемтовым (Дэн Стивенс), который вознамерился разрушить исландский тандем и говорит: «В России нет геев» (эта пародия на Киркорова, или Лазарева, или Билана — одна из самых удачных в фильме).

Нельзя сказать, что у режиссера Дэвида Добкина и Феррелла, который выступил и соавтором сценария, фильм совсем не получился. Здесь есть удачные шутки: чтобы показать, в каком диком краю живут Ларс и Сигрит, куски ледника отваливаются каждый раз, когда герои говорят громко, а отец говорит Ларсу: «Как же ты станешь рыбаком, если боишься рыбы?» Также тут принимают участие бывшие финалисты «Евровидения» вроде Кончиты Вурст, которые отвечают здесь за аутентичность и самоиронию.

Но, взявшись смеяться над «Евровидением», Феррелл как будто передумал на полдороги и сместил акценты с собственно песенного конкурса на отношения Ларса с Сигрит — пародия превратилась в романтическую комедию, причем не самую оригинальную. Ближе к финалу Феррелл совсем перестает держать ироничную дистанцию по отношению к своему обожающему «Евровидение» герою. Комментаторы конкурса в соцсетях часто шутят по его поводу лучше, чем авторы этого фильма, так что в итоге есть ощущение, что объект критики взял верх над своим критиком. Как известно, нельзя высмеять то, что уже существует для того, чтобы быть высмеянным.

Фото: Netflix