В британском детективе «Вина» женщины честны, мужчины карикатурны, и все равно есть нюансы

Есть идеи, которые носятся в воздухе, не признавая расстояний и государственных границ — так в нынешнем телесезоне постоянно возникает тема служебных злоупотреблений. Флагман этого тренда — великолепная американская «Яростная», но с ней ощутимо резонирует и недавно завершившееся российское «Похищение». В обоих сериалах в центре травмированная героиня в погонах, которая не только раскрывает преступления, но и выводит на чистую воду привычных к безнаказанности коллег-сексистов. Теперь у американки и россиянки есть британская коллега из сериала ITVX «Вина». В лесопарковой зоне небольшого вымышленного английского городка Уэйкстед найдено тело 16-летней Софи Мэдсен (Матильда Фриман). Следов сексуального насилия нет, но главный подозреваемый — дюжий Кайл Фрейзер (Джо Армстронг), тренер Софи по фигурному катанию. Он не отрицает, что питал к воспитаннице определенные чувства, а неприятное для него объяснение произошло за пару месяцев до гибели девочки. После этого Софи продолжила заниматься на том же катке, но уже самостоятельно, чем Кайл был недоволен. Однако в убийстве он не признается и имеет надежное алиби. Следующим ходом детективы Эмма Крейн (Мишель Киган) и Том Рэдли (Дуглас Бут) узнают, что буквально накануне убийства Софи в связи с притязаниями тренера обращалась в их участок, но получила лишь насмешки и унижение. В этой точке дело принимает по-настоящему серьезный оборот, и под подозрением оказываются не только друзья и близкие погибшей, но и все без исключения коллеги Эммы мужского пола. Включая Тома — напарника, с которым они уже давно готовы к служебному роману. «Вина» уже на уровне названия может отпугнуть чрезмерной даже по нынешним меркам этической прямотой — так вообще бывает в дебютах (исходная книга была у писательницы Шарлотты Лэнгли первой). Героиню Мишель Киган сразу окружают неприятные шовинисты и сексисты, замершие в полутора шагах от карикатуры. Дальше эффект лишь усиливается, а кульминацией этой линии служат выдержки из закрытого чата, где полицейские шутят, среди прочего, над жертвами. Согласно финальным титрам, все эти высказывания реальны, а их авторы были так или иначе отстранены от полицейский службы. Все это в сочетании с демонстративно элементарными постановочными и операторскими решениями может, повторимся, отвратить от просмотра человека, который в конце дня хочет отвлечься, а не лишний раз подумать о важном. С отказом от этого предложения, впрочем, стоит повременить хотя бы до середины второй серии из шести. Во-первых, антимизогинный пафос ничуть не вредит интриге, которая закручивается технично, ритмично и туго. Теми же свойствами, кстати, обладал и предыдущий проект сценаристки «Вины» Меган Галлахер — хитовый прошлогодний сериал «Во всем виновата она». Вторая причина приглядеться к «Вине» повнимательней — отличный актерский ансамбль, в котором по праву солирует Мишель Киган. Без лишних сантиментов и ретроспекций она делает так, что ее героиня буквально в каждой сцене раскрывается с чуть иного ракурса. Эмма Крейн — честная полицейская, но в каких-то случаях готова поставить справедливость выше закона, а болезненное стремление к ней — выше здравого смысла. Собственно, и вина из названия (Blame) скорее индивидуальное, интимное переживание, а не повод для официальных взысканий. Этим чувством здесь окрашена даже развязка, в которой, согласно законам жанра, так или иначе торжествует справедливость. Впрочем, это самое чувство вины вполне может довести Эмму Крейн и ее коллег до второго сезона — во всяком случае, эпилог сериала завершен если не знаком вопроса, то многоточием. Фото: ITVX