Ярослав Забалуев

В «Фишере» нет модной сейчас веры в то, что объяснить действия монстра можно детскими травмами

2 мин. на чтение

Маньяк Сергей Головкин по прозвищу Фишер — настоящее пугало для сегодняшних сорокалетних москвичей. Многих в юные годы Фишером пугали родители, кто-то жил поблизости от мест, где Головкин отлавливал своих жертв.

Когда речь идет об убийствах детей, тьма вокруг преступника многократно сгущается, а к Фишеру к тому же посмертно прилипла легенда о том, что он последний расстрелянный на территории бывшего Союза. Об этом флере говорят и шоураннеры сериала Сергей Кальварский и Наталья Капустина. Отправной точкой для написания сценария был именно этот ужас, морок, зарифмовавшийся с последними годами существования советской империи. К чести авторов «Фишера» надо сказать, что они проделали крайне кропотливую работу, провели многие часы, изучая километры архивных документов. Ну а затем занялись не реконструкцией событий (как в «Чикатило» Сарика Андреасяна), а создали собственных героев, самостоятельную киноисторию, вежливо опирающуюся на реальность.

Основных героев здесь трое. Это московские следователи Наталья Добровольская (Александра Бортич) и Валерий Козырев (Александр Яценко), а также прибывший из Ростова Евгений Боков (Иван Янковский). Последний сразу заявлен как болевой центр сюжета: дома осталась смертельно больная жена, холеных москвичей настоящая южная ищейка Боков заранее презирает. Он недоволен назначением, хочет поскорее исключить версию «гастролей» ростовского маньяка и вернуться к жене. Однако дело затягивается — в реальности поиски Фишера заняли шесть лет: начались в 1986-м и закончились в 1992 году в совсем другой стране.

Сочная темно-зеленая листва, закатное солнце, зловещие тени в темном лесу — с точки зрения эстетики «Фишер», разумеется, отсылает к болотам южной американской готики, к лучшим эпизодам «Настоящего детектива». Есть здесь и движение в сторону русского «Чернобыля» — саги о распаде Союза, основанной на реальных событиях. По структуре, однако, он куда ближе к «Охотнику за разумом» Дэвида Финчера — проекту, сосредоточенному на бесплодности попыток талантливых сотрудников ФБР разобраться в психологии маньяков. В «Фишере» тоже нет модной в современном кино веры в то, что оправдать или объяснить действия монстра можно детскими травмами. Психика Бокова и его коллег куда более плодотворный материал для драматургических построений, вся троица тем успешнее завоевывает зрительские симпатии, чем глубже спускается в ад. Причем фокус то и дело переходит от героя к герою — у всех свои сложные жизненные обстоятельства, у каждого постепенно сдают нервы. Чем дальше продвигается расследование, тем выше напряжение, которое в сериале исправно поддерживается операторской работой или жесткими сценами вроде милицейского штурма православного храма.

Неподдельная мрачность «Фишера» уравновешена уколами метаюмора: на титрах играет изувеченная версия «Крылатых качелей» (любимой песни продюсера Жоры Крыжовникова), а среди героев фигурирует, например, кучерявый порнограф по фамилии Прилепин (встречаются и другие знакомые имена и фамилии). Эти уколы иронии, впрочем, не выбивают зрителя из стилистики, а, напротив, усиливают густое ощущение непроглядной жути. Уже по первым эпизодам очевидно, что это сериал о схватке с иррациональным злом — сюжет, вполне актуальный не только на излете Союза, но и сегодня.

Легально «Фишер» доступен на Wink и more.tv.

Фото: more.tv, Wink

Подписаться: