, 2 мин. на чтение

В «Неизбранных дорогах» Салли Поттер и Хавьер Бардем выводят нас из зоны комфорта и из себя

, 2 мин. на чтение
В «Неизбранных дорогах» Салли Поттер и Хавьер Бардем выводят нас из зоны комфорта и из себя

Лео (Хавьер Бардем) лежит в своей квартире в Нью-Йорке и не может пошевелиться. Он (вроде бы) писатель и стремительно превращается в овощ (а вот это уже очевидно).

Смерть оказывается ближе, чем может показаться, когда в квартиру никак не может попасть славянская сиделка. Чтобы впустить нянечку к отцу, через весь город спешит Молли (Эль Фаннинг), для карьеры которой этот сеанс заботы, судя по разрывающемуся телефону, может стать фатальным. Тем не менее теперь им предстоит вместе прожить день, посвященный в основном визитам к разнообразным врачам. Параллельно Лео будет все глубже проваливаться в воспоминания о том, как он был влюблен в Долорес (Сальма Хайек) и какую-то блондинку, встреченную некогда в Греции.

Семидесятилетняя Салли Поттер — заслуженная деятельница британского кино, которая, несмотря на почтенный срок жизни в искусстве, до сих пор не боится постоянно менять творческую манеру. Чтобы понять, о чем идет речь, достаточно сравнить знаменитый и почти классический уже барочный «Орландо» и предшествовавшую «Неизбранным дорогам» черно-белую сатирическую «Вечеринку». Если у всех фильмов Поттер есть какое-то общее свойство, то это, пожалуй, неизменный вывод зрителя из зоны комфорта, а зачастую и из себя. «Неизбранные дороги» в этом смысле по-настоящему яркий образец творческого почерка. Большую часть этой короткой (всего 85 минут) картины зритель вообще не понимает, что происходит. При этом собственно экранное действие тоже не доставляет никакого удовольствия. Понятно, что для Хавьера Бардема как для актера является своеобразным вызовом сыграть героя, способного в основном рычать и мычать, но зритель-то в чем провинился. 

Вообще в актерском смысле это по-своему выдающаяся история. Бардем, как уже было сказано, в основном мычит (а в какой-то момент писается в кресле у зубного), Эль Фаннинг показывает, что она настоящая драматическая актриса, но на дочь Бардема все-таки никак не похожа. Сальма Хайек многозначительно появляется в трех или пяти сценах, из которых непонятен ни характер, ни то, кем она, собственно, приходится герою. Во всем этом будто бы нарочно не хватает какой-то элементарной логики, а чисто стилистически, если не считать выдающейся операторской работы, «Неизбранные дороги» похожи не на большое кино, а на серию какого-нибудь европейского сериала. 

Говоря проще, Поттер ни секунды не пытается доставить зрителю удовольствие, и за это ее легко можно возненавидеть. Однако те, кто все-таки доберется до финала, получат что-то вроде вознаграждения. Режиссер, которая придумала эту историю после того, как тяжелая болезнь приключилась с ее братом, размышляет здесь совсем не о проблемах отцов и дочерей, как может показаться на первый взгляд. Пользуясь предельно сухими, аскетичными художественными средствами, Поттер очень просто и достоверно показывает механику памяти. Благодаря нелинейному монтажу в какой-то момент возникает ощущение физической зыбкости абсолютно реалистичного сюжета. Герой фильма не просто бредит, а существует сразу в нескольких временных пластах, через которые, подобно Одиссею (он, конечно, упоминается в греческой части), совершает свое нужное только ему самому путешествие домой. Иными словами, «Неизбранные дороги», которые должны были выйти в кинопрокат, но по известным причинам оказались сразу онлайн, не слишком комфортно смотреть, зато после окончания фильма легко обнаружить, что твое собственное сознание превратилось во что-то вроде машины времени.

Фото: Вольга