, 2 мин. на чтение

В новом сериале «Сумеречная зона» автор «Прочь» и «Мы» Джордан Пил пугает, обращаясь к классике

, 2 мин. на чтение
В новом сериале «Сумеречная зона» автор «Прочь» и «Мы» Джордан Пил пугает, обращаясь к классике

Вертикальный взлет в шоу-бизнесе — явление не то чтобы совсем уж редкое, но всегда увлекательное. Режиссер Джордан Пил цену успеха знает прекрасно — он начинал комиком и славы на этом поприще не снискал.

Как выяснилось в дальнейшем — просто занялся не своим делом. Не принесло необходимого признания и актерское ремесло — зато, очевидно, позволило познакомиться с нужными людьми, и вот к своему сорокалетию Пил получил наконец признание, которого давно заслуживал. После успешного режиссерского дебюта «Прочь» («Оскар» за лучший оригинальный сценарий) он сумел развить его при помощи наделавшего совсем недавно шуму хоррора «Мы». Ну а теперь пришло время выхода на бис — в качестве продюсера и ведущего сериала «Сумеречная зона».

Здесь полагается небольшое пояснение. Первые серии «Сумеречной зоны» вышли 60 лет назад (к юбилею франшизы и приурочен нынешний перезапуск). Ее автором стал Род Серлинг, придумавший новаторский для молодого тогда телевидения формат — сборник серий-рассказов, включающих такой обязательный эпизод, как выход рассказчика. В этом качестве выступал сам Серлинг, и многие из его реплик сегодня уже стали классикой, регулярно цитируемой в американском кино. Фактически именно благодаря «Сумеречной зоне» появились «Байки из склепа», «Электрические сны Филипа К. Дика», «Черное зеркало» и другие сериалы-альманахи. Сериал регулярно возвращался на экран, эволюционируя вместе с кино и телевидением — нынешняя реинкарнация тоже не первая. Проще говоря, «Сумеречная зона» — это даже не бренд, а символ огромного пласта американского телекино.

Все это надо знать, поскольку нынешняя «Зона» сразу же несколько обескураживает. Первый эпизод называется «Комедиант» и рассказывает про стендап-комика (Кумейл Нанджиани), открывшего в себе талант уничтожать людей шутками. Буквально — каждый, кто попадает к нему на язык во время выступления, исчезает. Во второй серии журналист, сыгранный Адамом Скоттом, пытается предотвратить катастрофу самолета, на котором находится, узнав о ней из мистического подкаста. В третьей (и пока лучшей) серии под названием «Перемотка» героиня Сэны Латан обнаруживает, что ее старенькая видеокамера способна буквально перематывать время назад.

Обескураживает здесь не качество сценария или картинки — с этим порядок — а абсолютная анахроничность формата. После того же «Черного зеркала» сборник разрозненных историй, объединенных только условной мистической составляющей, больше подходит для короткометражного конкурса какого-нибудь кинофестиваля, но уж никак не для праймтаймового сериала канала CBS. С другой стороны, художник, как известно, никому ничего не должен — в том числе и отвечать каким-то там требованиям времени и уж тем более аудитории. Если для молодых зрителей новая «Сумеречная зона» — странная и скучноватая вещица, то для более взрослых — дань почтения классике (как минимум первые серии зарифмованы с классическими эпизодами Серлинга). Да и, кроме того, стоит вернуться к человеку, который за всем этим стоит.

Джордан Пил не только выступает в роли таинственного рассказчика, но и на правах продюсера наполняет актерский ансамбль представителями всех возможных национальностей (есть и русские), но прежде всего — собратьями афроамериканцами. Собственно, третья серия потому и получилась лучшей (как с точки зрения эмоций, так и по драматургии), что говорит про явно и открыто занимающий Пила расовый вопрос. Другое дело, жаль, что Джордану, вероятно, пока не готовы развязать руки, чтобы посвятить близкой теме весь сериал — хотя так явно было бы гораздо увлекательнее.

Фото: CBS Television Studios