, 2 мин. на чтение

В сиквеле «Сияния» «Доктор Сон» Стивен Кинг наконец сводит счеты со Стенли Кубриком

, 2 мин. на чтение
В сиквеле «Сияния» «Доктор Сон» Стивен Кинг наконец сводит счеты со Стенли Кубриком

Вряд ли в искусстве есть менее благодарное занятие, чем сочинить продолжение фильма, за десятилетия неоднократно признанного лучшим хоррором в истории кино. Другое дело, если это делает сам автор первоисточника, которому титулованная киноверсия не нравилась, и он не стеснялся об этом говорить.

Стивен Кинг никогда не скрывал, что экранизированное Стенли Кубриком в 1980-м «Сияние» ему не нравится. Он называл картину «кадиллаком без двигателя» и «мертвой статуей», то есть все же признавал ее художественные достоинства (фильм «Доктор Сон», кстати, Кинг одобрил, потому что его автор Майк Фланаган отнесся к литературной основе гораздо трепетнее Кубрика).

«Сияние» появилось на экране еще во времена, когда не обязательно было снимать сиквелы, поэтому смотрится завершенным произведением, не требующим продолжения. Стивен Кинг все же написал его спустя целых 33 года, в 2013-м, про повзрослевшего сына сыгранного Джеком Николсоном писателя Джека Торренса. Конечно, кошмары из отеля «Оверлук» испортили жизнь маленькому Дэнни, которого через десятилетия играет Юэн Макгрегор. Оставшись без отца, а позже и без матери, Дэнни стал алкоголиком, зато научился избавляться от преследующих его призраков, запирая их в вымышленные гробы-шкатулки. Тут сюжет делает долгое отступление на группу демонов во главе с роковой Рози (Ребекка Фергюсон), которые рыщут по Америке, питаясь детскими страхами буквально, то есть убивая невинные души и вдыхая их как сигаретный дым. Местами кажется, что смотришь очередных «Людей Икс», а не Стивена Кинга. Бросивший пить Дэнни объединяется с такой же обладающей телекинетическими способностями (Кинг называет это «сиянием») девочкой Аброй (Кайли Курран), чтобы уничтожить монстров, и это приводит его к столкновению с собственными монстрами из детства. Круг замыкается, уже взрослый Дэнни смотрит в глаза детским страхам.

Кинг, а за ним и режиссер киноверсии «Доктора Сна» (в кинотеатрах с 7 ноября) Майк Фланаган показывают судьбу поколения детей бэбибумеров, теперь живущих по науке, психоанализу, соразмерно здравому смыслу, выбирающих жизнь, а не смерть. «Доктор Сон», как и «Сияние» — программное произведение Кинга, которое больше, чем «Кэрри», «Оно» или «Кладбище домашних животных». Здесь есть его любимые темы — детского страха и необъяснимого ужаса американской глубинки — но кажется, что Кинг написал продолжение «Сияния» после долгого посещения психоаналитика и выяснения собственных отношений с родителями. Дэнни осознает, что нужно отказаться от образа жизни отца, но подсознательно все равно чувствует себя обреченным так или иначе повторить его путь, потому что родители и дети часто соединены травмой больше, чем безусловной любовью. Поколение Джека Торренса считало алкоголь лекарством, а семью обузой. У поколения Дэнни все ровно наоборот, но от первого хоть есть общество анонимных алкоголиков, а от отсутствия второй не существует никакого общества, кроме собственного. Поколение Дэнни — это уже люди, не обвиняющие близких в своих неудачах, а зацикленные на себе, недаром он говорит: «Мозг — как радио, если мысль не вызывается, просто сиди и слушай, она сама придет». Это вслушивание в себя, в каждое свое желание и мысль — другая крайность, к которой поколение нынешних 40–50-летних привел хаос жизни их родителей. Кинг, к счастью, во второй половине «Доктора Сна» возвращается к теме «Сияния», как только последний выдуманный монстр превращается в прах. Потому что фэнтези — это, конечно, хорошо, но лучше всего у Кинга получаются реальные ужасы человеческой жизни.

Остается вопрос, зачем нужно (конечно, кроме желания расквитаться с Кубриком) продолжение истории, которая за четыре десятилетия так обросла мифами, что какой сиквел ни сними — все будет хуже. Сегодняшние фильмы вообще нельзя сравнивать со сделанными в прошлом веке, тогда нужно было угождать гораздо меньшей и более взрослой киноаудитории. Поэтому «Сияние» — фильм про отца. Теперь нужно нравиться молодым зрителям — значит, перед нами кино о сыне. Но фильм Фланагана почему-то не раздражает. Возможно, потому что только Стивен Кинг имеет право распоряжаться своими произведениями как ему угодно, а мы знаем его уже так долго, что глупо относиться к нему как Дэнни к своему отцу.

Фото: Каро-Премьер