search Поиск Вход
, 2 мин. на чтение

«Ведьмы»: после принцесс и белых королев Энн Хэтэуэй хочет являться вам в кошмарах

, 2 мин. на чтение
«Ведьмы»: после принцесс и белых королев Энн Хэтэуэй хочет являться вам в кошмарах

В 2013 году «Оскар» за лучшую женскую роль второго плана получила Энн Хэтэуэй за свою страдалицу Фантину в мюзикле «Отверженные».

«Оскар» за главную женскую роль в том же году получила Дженнифер Лоуренс за «Мой парень — псих», и вся пресса в восторге описывала ее как новую «американскую любимицу», идеальную блондинку, которая в тот вечер затмила «скучную» брюнетку Энн Хэтэуэй, до того игравшую сплошь примерных принцесс и белых королев.

Прошло семь лет. Дженнифер Лоуренс на два последних года пропала из кино в отличие от Энн Хэтэуэй, которая с каждым фильмом доказывает, что получила «Оскар» не зря. Роли послушных принцесс давно позади, их сменили героини Кристофера Нолана и Тодда Хейнса, а в «8 подругах Оушена» она умудрилась переиграть Кейт Бланшетт, Сандру Буллок и Хелену Бонэм Картер, то есть добилась почти невозможного.

Сейчас Хэтэуэй получила роль, ровно 30 лет назад с большим успехом сыгранную Анжеликой Хьюстон (и не ударить в грязь лицом — еще одна амбициозная задача для любой актрисы), тем более что сыграть верховную ведьму, «вылупившуюся во льду в Норвегии», хотели почти все голливудские звезды, от Шарлиз Терон до Кейт Уинслет. Но Хэтэуэй не просто хороша в роли доминатрикс с джокеровским ртом до ушей и смешным скандинавским акцентом. Ее верховная ведьма полна такой ярости, злобы и презрения не только к детям, но и вообще ко всем мелким людишкам, что становится вровень с такими великими сказочными злодейками прошлого, как Бетт Мидлер в «Фокусе-покусе» или Гленн Клоуз в «101 далматинце». Такие гротескные роли вообще освобождают хороших актрис, которые могут наконец переигрывать так, как невозможно представить в любом другом жанре.

Интересно также, что Роберт Земекис, режиссер-новатор, первым из коммерческих режиссеров пробующий новые технологии, вдруг решил обратиться к «Ведьмам» Николаса Роуга, причем ему есть что добавить своего. Известно, что Роальд Даль протестовал против измененного Роугом финала своей сказки, который 30 лет назад казался слишком жестоким для детского фильма. Земекис исправил недоразумение и вернул книжный финал. Он также перенес действие из Англии в Алабаму (хотя по иронии часть фильма снималась как раз в Британии) и поменял цвет кожи главного героя и его бабушки (Октавия Спенсер). Конечно, у Земекиса получился более простой и коммерческий фильм, чем у Роуга, но это качественная, яркая коммерция, картина, больше подходящая для современного ребенка, которого не напугаешь накладным носом.

«Ведьмы» (в кинотеатрах с 29 октября) совсем не страшные, скорее честные и зрелые. Даль писал для детей, не сюсюкая с ними — здесь есть и гибель родителей с ранним сиротством, и темы бедности, смерти и неизбежного старения, и отказ родителей от собственного ребенка. Детство жестоко, и Даль, чьи родители тоже погибли в аварии, не пытается его приукрасить, что только добавляет доверия к автору. Ближе к финалу кажется, что Земекис чуть перестарался и хочет превратить «Ведьм» в «Охотников на ведьм», явно намекая на возможность сиквела, но куда же без сиквелов в наше время. Дети получили свое развлечение про говорящих мышей на Хеллоуин, а взрослые — нечто не менее удивительное — трансформацию кинозвезды, от которой, казалось бы, не ждешь ничего нового, в большую и бесстрашную актрису.