, 2 мин. на чтение

Во «Вторжении» Бондарчук предлагает опираться на здравый смысл, и для нашего нынешнего кино это уже победа

, 2 мин. на чтение
Во «Вторжении» Бондарчук предлагает опираться на здравый смысл, и для нашего нынешнего кино это уже победа

На новогодних каникулах в нынешнем году грядет десант российского кино. Факт оккупации кинотеатров неизменно вызывает возмущение зрителей, однако дело это уже решенное, а значит, придется выбирать между тремя главными премьерами.

Первые две — реконструкция декабрьского восстания 1825 года («Союз спасения») и комедия про воспитание при помощи крепостного права («Холоп»). Третий фильм — редкий случай разговора о дне сегодняшнем — «Вторжение» Федора Бондарчука. Режиссер категорически отказывается называть новый фильм сиквелом «Притяжения» (2017), считая его развитием новой киновселенной — первой, заметим, в истории современного российского кино.

Тем не менее действие здесь начинается спустя совсем немного времени после окончания «Притяжения». Юля Лебедева (Ирина Старшенбаум), спасенная инопланетянином Хэконом (Риналь Мухаметов), учится в университете и находится под постоянной охраной. После занятий ее возят в секретную лабораторию, где изучают благоприобретенные после контакта с пришельцем способности. Артем (Александр Петров) перенес инсульт, оброс волосами и тоже находится под надзором военных. Мерное течение быта прерывает новое появление Хэкона, ушедшего в самоволку от соплеменников, чтобы увидеться с Юлей. Этот поступок провоцирует инопланетный разум проанализировать ситуацию и понять, что для восстановления баланса девушку надо уничтожить. Пришельцы захватывают СМИ и всю прочую связь, заставляя москвичей объявить на якобы угрожающую жизни на Земле Юлю охоту.

Успех «Притяжения» во многом был основан на метко выбранной идентичности. Летающая тарелка натуралистично упала в Чертаново, чем обеспечила приток жителей района в кинотеатры. «Вторжение» в качестве театра военных действий использует уже всю Москву, чем несколько размывает, пожалуй, аудиторию. Однако основные принципы новой франшизы в картине сохранены. Бондарчук по-прежнему делает ставку на молодых — к Петрову, Старшенбаум и Мухаметову на сей раз присоединился Юрий Борисов в роли охранника главной героини. Неизменной осталась и тема. «Притяжение», пользуясь приемами жанра young adult (и вообще во многом наследуя, скажем, «Сумеркам»), было фильмом о толерантности, о принятии другого (причем для наглядности «другой» был докручен до «чужого»). «Вторжение» же продолжает этот разговор, размышляя о механизмах травли и о том, что «другим» или «чужим» может оказаться кто угодно. Бондарчук идеально приспособил фантастический жанр под разговор, в частности, о манипуляции общественным мнением через СМИ — в одном из эпизодов рупором инопланетной пропаганды становится Павел Альбертович Лобков.

Собственно, едва ли не ключевое достоинство «Вторжения» (в кинотеатрах с 1 января) в том, что его сердцем является именно идея. Сердца для полноценного функционирования недостаточно, но и с остальными органами тут, в общем, порядок. Отличные спецэффекты, саунддизайн от человека из «Района №9» и «Прибытия», Олег Меньшиков в расширенной по сравнению с «Притяжением» роли Юлиного папы-военного. Бондарчук неоднократно отмечал, что гордится своим владением механикой коммерческого кино, и «Вторжение» в очередной раз доказывает этот тезис. Здесь много экшна, бодрый монтаж, изобретательные визуальные решения. Временами возникает ощущение, что гордость техническими достижениями несколько перевешивает собственно историю — периодически фильм начинает заговариваться и топтаться на месте, в каких-то случаях слишком старается быть понятным. С другой стороны, не будем забывать, что речь идет о картине для детей и юношества, где все эти длинноты вполне оправданы. Да и все они меркнут в свете того факта, что главный российский режиссер в очередной раз умудрился снять массовое кино, идущее настолько вразрез с главенствующей идеологией. Ведь вместо оголтелого патриотизма здесь идет речь о ценности человеческой жизни и индивидуальной ответственности, то есть об элементарном здравом смысле, который российское кино транслирует, признаем, нечасто. При желании такой посыл можно даже счесть чем-то вроде новогоднего чуда.

Фото: WDSSPR