search Поиск Вход
Регистрация
Через соцсети
С паролем

Восстановление пароля

Введите email на который будут высланы инструкции по восстановлению пароля

, , 8 мин. на чтение

«Кислород — главный яд, который приближает старение» — физиолог Полина Лосева

, , 8 мин. на чтение
«Кислород — главный яд, который приближает старение» — физиолог Полина Лосева

В серии Primus издательства «Альпина», публикующей дебютный научпоп, вышла книга «Против часовой стрелки. Что такое старение и как с ним бороться» — скрупулезный анализ физиолога Полины Лосевой основных исследований в сфере бессмертия.

«Москвич Маг» поговорил с автором о том, почему для увеличения продолжительности жизни важно соблюдать режим и не переедать, о межклеточном мусоре и главной причине поломок клеток.

На сегодняшний день существует более 300 теорий старения. Вам их удалось систематизировать. По какому принципу вы их объединили в четыре группы?

Это довольно условная классификация. В первую группу попали теории, рассматривающие старение как изнашивание. Их основная идея в том, что есть некие факторы, действующие на разных уровнях (от отдельных молекул до систем органов), которые постепенно вносят поломки в работу человеческого организма. В определенный момент таких поломок становится критически много, и организм начинает разваливаться и болеть. Это довольно пессимистичные теории, так как предполагают неизбежность старения, признавая главным врагом человека время.

Второй подход рассматривает старение как защитный механизм. Последователи этих теорий предлагают задуматься о том, что некоторые возрастные процессы идут организму во благо. Может оказаться, например, что какие-то механизмы старения защищают от рака.

Хотя в массовом сознании онкологические болезни воспринимаются как возрастные, в некотором роде рак и старение — антагонисты. Раковая клетка постоянно делится и развивается, а стареющие клетки, наоборот, деление прекращают. А возрастной болезнью опухоли становятся только потому, что у организма заканчивается ресурс и нет больше сил защищаться.

Можно ли использовать этот механизм возрастной приостановки развития для «состаривания» раковых клеток, чтобы они не делились и не росли?

Можно. Именно такой эффект иногда бывает от химиотерапии. Проблема только в том, как с любой терапией, что сложно избирательно прицелиться в опухолевые клетки, поэтому после такого лечения стареют и здоровые клетки в ткани.

Третья группа самая оптимистичная и включает в себя теории запрограммированного старения. Они предполагают, что существует условная красная кнопка, которая запускает в организме процесс старения, включает программу на уровне клеток и генов. Правда, ученые эту встроенную программу пока не нашли, но многие верят, что она обнаружится, и ее смогут отключить, подарив человечеству шанс на сверхдолгожительство.

И последняя, четвертая группа — теории, рассматривающие старение как побочный эффект от молодости, некую квазипрограмму.

Основная идея этого подхода в том, что есть какие-то гены, которые положительно влияют на организм, пока человек молод, но в старости они же оказывают противоположный эффект.

В итоге естественный отбор, который действует на размножающихся молодых особей, приводит к тому, что вредоносные в пострепродуктивном периоде гены продолжают накапливаться в популяции с каждым поколением. Эволюция смотрит на молодых, а наши болячки в старости — расплата за здоровую молодость и плодовитость.

Бытовой лексикон современного человека пополнился такими anti-age терминами, как стволовые клетки, антиоксиданты и теломеры. Теперь дискуссии на эти темы ведут даже бабушки на лавочке. А что из этих исследований действительно способствует продлению жизни?

Научных подтверждений того, что стволовые клетки продлевают жизнь человеку, пока нет. Но они могут помочь справиться с конкретной болезнью: с их помощью успешно лечат некоторые заболевания глаз (из стволовых клеток выращивают роговицу), воспалительные болезни кишечника или суставов, кожу. Когда-нибудь научатся делать и совсем сложные органы вроде печени. Но это не продление жизни в целом, а лечение конкретных заболеваний и за счет этого отсрочка смерти.

Чрезмерное снижение уровня стресса «расслабляет» клетки, и они не запускают собственные механизмы защиты.

Модная раньше тема антиоксидантов возникла на пике развития теорий про изнашивание организма. Ее суть сводилась к минимизации клеточного стресса. Но сейчас эти идеи не в тренде, так как ученые выяснили, что чрезмерное снижение уровня стресса «расслабляет» клетки, и они не запускают собственные механизмы защиты. По последним данным в повседневной жизни, наоборот, надо создавать небольшие уровни стресса (например, физические нагрузки или перепады температуры), чтобы организм и его клетки оставались в тонусе. При этом антиоксиданты хорошо работают в тех случаях, когда стресса заведомо много, например у человека хроническое воспаление.

С теломерами, хвостиками ДНК, которые не несут никакой информации, история еще более сложная. Мы вроде как знаем, что с возрастом теломеры в большинстве своем сокращаются, тем самым останавливая способность клетки к делению и приближая нашу старость. Но одновременно этот же механизм защищает нас от рака. И непонятно, если теломеры удлинить, будет ли человек жить дольше, не станет ли он чаще болеть и сможем ли мы все это проконтролировать. На мой взгляд, данная технология ближе всего к продлению жизни человека в целом, но она очень сырая, и в ней больше вопросов, чем ответов.

Сегодня 40 — это новые 20, тогда как сто лет назад 40-летние считались людьми почтенного возраста, да и выглядели значительно старше, чем сейчас. С чем связано это омоложение? Неужели психологическими установками можно отменить старение?

Это и психологические установки, и развитие медицины, и ориентация на здоровый образ жизни, и отказ от вредных привычек. Но это не радикальное продление жизни, а лишь сглаживание кривой смертности.

Какие поломки клеток в первую очередь привлекают внимание исследователей?

Точечные мутации ДНК. Сами по себе они могут быть безвредными и никакого влияния на работу конкретной клетки не оказывать, но чем больше у нас таких замен в организме, тем выше шанс, что какая-то поломка окажется вредоносной и приведет к появлению опухоли. Эти точечные замены ДНК в нас начинают появляться еще на стадии эмбриона, сразу после того, как яйцеклетку оплодотворил сперматозоид, и она начала делиться. Поломки накапливаются не только в ДНК, но и в белках. В течение жизни в клетках собирается разнообразный мусор (это называют garbage aging), как пыль в комнате, и организм в какой-то момент перестает справляться с уборкой. Человек стареет тогда, когда мусора становится больше, чем его могут убрать клетки.

Возможно, ученые в скором времени придумают препараты, которые будут помогать чистить этот мусор. Знаю, что идут клинические испытания веществ, которые должны расщеплять поврежденные молекулы внеклеточного вещества. С ним сложно: оно не живое и не обновляется, но в нем часто, например, застревают остатки сахара из крови.

На всякий случай отмечу, что то, что я называю уборкой клеточного и межклеточного мусора, не имеет никакого отношения к популярным у поклонников ЗОЖ чисткам организма.

Что способствует появлению повреждений в клетках?

Стресс. На клеточном уровне стрессы — это разные яды, токсины, перепады температуры, физические нагрузки, воспаление. Но главный яд, вызывающий стресс и ведущий к поломкам, это кислород, а точнее, свободные радикалы, которые из него образуются в клетках. А поскольку он поступает в наши клетки постоянно, то с каждым вздохом повреждаются какие-то молекулы. Получается, что на клеточном уровне мы всегда живем в стрессе.

В течение жизни в клетках собирается разнообразный мусор, как пыль в комнате, и организм в какой-то момент перестает справляться с уборкой.

Правда, этот стресс можно усилить или замедлить. Например, интенсивный обмен веществ и потребление большого количества кислорода и калорий усиливает стресс, и в клетках накапливается больше повреждений. То же самое с токсинами, отравляющими веществами, перепадами температуры.

Получается, что бег на длинные дистанции, баня и шампанское приближают старение?

Все зависит от доз и интенсивности. Терапевтические, низкие дозы стресса полезны, так как запускают внутриклеточные механизмы, отвечающие за починку ДНК, исправление поврежденных белков и уборку межклеточного мусора.

Только понять, какая точно доза стресса какому человеку подходит, пока невозможно. Когда исследования проводят в лаборатории, там все очевидно: капнул на клетку спирт в той или иной концентрации — и смотришь, что происходит. А с человеком подобный эксперимент невозможен, наш организм устроен намного сложнее. Поэтому лучшее, что мы можем сделать, это следить за собственными ощущениями и здоровьем, чтобы не переусердствовать в закалке.

Где люди живут дольше в городе или в деревне?

Сложно сравнивать, слишком много факторов влияет. В деревне, скорее всего, нет того психологического стресса, как в городе, но там гораздо хуже с квалифицированной медицинской помощью.

Что реально способствует продолжительности жизни кроме доступной медицинской помощи и низких доз стресса?

В списке ничего нового нет: сбалансированная еда, регулярная и умеренная физическая нагрузка, четкий режим сна.

Почему именно режим и низкокалорийный рацион?

Дело в том, что наши клетки существуют в двух режимах, которые условно можно назвать «рост» и «экономия». Если клетка получает много энергии, то она работает в режиме роста, активно дышит, переваривает, строит белки, делится. Но рядом с любой стройкой обычно вырастает кучка мусора. Поэтому чем активнее наши клетки живут, тем больше они накапливают повреждений. Если мы хотим, чтобы организм служил дольше, лучше бы перейти в режим экономии ресурсов еще в молодости. Когда еды мало, «стройка» снижает активность, рост на клеточном уровне притормаживается, зато подключаются системы починки и уборки мусора. С точки зрения продления жизни такой экономрежим выгоден.

Я, правда, довольно скептически отношусь к длительным голодовкам, даже под присмотром врачей. Поэтому позиция с ограничением калорий лично мне ближе.

Здесь тоже есть разные подходы, и сложно сказать, какой из них более эффективный, как лучше есть — по чуть-чуть, но часто, или перейти на интервальное голодание. Подходы и практики разные, но смысл примерно один — перейти из режима роста клеток в режим экономии.

Болезнь Альцгеймера — геронтологическая боль, ее невозможно ни полностью вылечить, ни гарантированно предотвратить.

Кстати, что именно стоит есть — тоже вопрос. Нужно ли избавиться от белков, потому что именно они становятся основой для роста клеток, или стоит сократить углеводы, так как глюкоза не только заставляет клетки активнее работать, но и дополнительно повреждает белки. Впрочем, на одних жирах далеко не уедешь. Лично я жду, когда ученые определятся, и советую просто питаться сбалансированно.

Режим питания тоже важен. Дело в том, что в каждой клетке человека работают внутренние часы: днем в ней больше одних белков, ночью — других, которые отвечают в том числе за производство белков и уборку мусора. Внутриклеточные часы реагируют на разные стимулы, например еду. И если человек решит поесть ночью, то некоторые клетки, получив энергию, могут решить, что настал день, и вместо режима экономии перейти в режим роста, а другие в этот момент продолжат «спать». Произойдет рассинхронизация.

Болезнь Альцгеймера как-то связана с поломками клеток?

Болезнь Альцгеймера — геронтологическая боль, ее невозможно ни полностью вылечить, ни гарантированно предотвратить.

Механизмы возникновения Альцгеймера чрезвычайно сложны — это и генетические предрасположенности, и травмы, и стрессы. В какой-то момент между клетками и внутри них начинают накапливаться белковые комки, с которыми клетки ничего не могут сделать: ни переварить, ни расщепить, ни выбросить. И начинается замусоривание нервной ткани, причем мусор этот довольно токсичный, от него гибнут нервные клетки и начинается процесс нейродегенерации, а следом и привычные нам симптомы Альцгеймера.

Есть ли шанс у человечества получить таблетку от старости?

Так как старость не болезнь, то и проводить клинические исследования, связанные с лекарствами от нее, пока нельзя. Сегодня мы знаем только, что есть некоторые препараты (вроде рапамицина), которые продлевают жизнь лабораторным животным, но до результатов на людях нам еще далеко.

Мне кажется, не стоит рассчитывать на то, что будет какая-то единая таблетка от старости. Скорее всего это будет для каждого из нас очень сложная работа, похожая на то, как сегодня живут биохакеры: масса препаратов и постоянные обследования.

Думаю, будет много разных таблеток и процедур, которые с определенной периодичностью нужно будет проделывать: здесь мы притормаживаем обмен веществ, тут чистим межклеточное вещество, а еще наращиваем теломеры и не забываем параллельно лечиться от всех болезней, которые неизбежно возникают.

Путь к бессмертию — большая и сложная работа. И из того, что мы можем сделать уже сейчас, лично мне симпатичней всего идея переключить организм в режим экономии.

Фото: из личного архива Полины Лосевой