search Поиск Вход
, , 12 мин. на чтение

«Мы работаем как минеры» — пластический хирург Владимир Сафронов

, , 12 мин. на чтение
«Мы работаем как минеры» — пластический хирург Владимир Сафронов

Пластический хирург, заведующий отделением пластической хирургии клиники «МедЛаз» и сотрудник кафедры онкологии, радиотерапии и пластической хирургии Сеченовского университета Владимир Сафронов рассказал Ольге Дарфи об истории отношения к операциям по коррекции пола, о разнице между транссексуальностью и дисморфофобией и о том, почему каждый мужчина должен помогать матери своих детей нивелировать урон, которые наносят ее телу беременность, роды и кормление грудью.

В СССР была пластическая хирургия?

Была, конечно. Ей занималось очень небольшое количество докторов, преимущественно для элиты, на базе Института красоты. В СССР существовали две конкурировавшие между собой организации — Институт красоты (назывался он Первый кабинет врачебной косметики), который располагался на Новом Арбате (тогда проспект Калинина), и Институт косметологии и пластической хирургии на Ольховке. Вообще в СССР была хорошая школа пластической хирургии, несмотря на то что отрасль жила по остаточному принципу и новые технологии особенно не осваивали. Пластическая хирургия существует тысячелетия — первой пластической операцией, не считая трепанации для изменения формы черепа, сделанной 8 тысяч лет назад, был так называемый индийский лоскут — способ реконструкции носа с помощью кожи лба, и это практиковали еще 3 тысячи лет назад. Потом появился метод «итальянский лоскут», когда нос реконструируется тканью, взятой с руки.

Студенты в СССР учились на хирурга, а потом проходили специализацию «пластическая хирургия»?

Нет, такой специализации в СССР не было, это было экспериментальное направление, учились на базе профильных учреждений. Даже когда я учился, надо было сначала пройти общее образование, и моя ординатура была первой в России специализированной по пластической хирургии (2012 год). А вот современная пластическая хирургия — это уже отдельное направление, студент учится шесть лет на врача, затем проходит специализированную ординатуру именно на пластического хирурга. Планируется увеличить срок прохождения ординатуры до пяти лет.

Сейчас много делают операций по смене пола?

Что такое операции по смене пола? Давайте разберемся. Смена пола — это некорректный термин. Люди, которые подвергаются тому, что называется сменой пола, это люди, которые имеют диагноз «транссексуализм», и это определенное состояние. Человек рождается, растет и по мере осознания ощущает себя персоной другого пола. К сожалению, это не лечится с помощью коррекции поведения или медикаментозно. Медицина пробовала все — и воспитание, и шоковую терапию, и гормональную, инсулинокоматозную терапию. Диагноз «транссексуализм» появился в 1960-е, тогда психиатры могли позволить себе делать все, что угодно, не было ограничивающих законов, но успеха в лечении этого диагноза не добились. А в начале XX века таким людям просто ставился диагноз «шизофрения», и им грозила госпитализация в психиатрическую клинику до конца дней. Ну и так как это заболевание не лечится, чтобы облегчить страдания человека, стали выполнять коррекцию пола. Первая описанная операция по коррекции пола произошла в 1930 году в Берлине, когда известный датский художник Эйнар Вегенер стал Лили Эльбой. Дело в том, что диссонанс между тем, что у человека в голове, и его телом приводит к очень высокому риску суицида. Для того чтобы человека спасти, ему надо помочь.

Сначала пациент проходит психиатрическое обследование — ему устанавливают диагноз, подтверждающий его гендерное несоответствие. Потом эндокринологи лечат его заместительной гормональной терапией, а уже потом хирурги делают свой этап — то, что называется хирургической коррекцией пола. В итоге мы получаем человека, который наиболее приближен к тому, что он представляет у себя в голове. Другими словами, приводим в соответствие физический облик человека с его гендерной идентичностью.

У меня был пациент, который в 62 года занялся приведением своего тела в гендерное соответствие.

У транссексуализма нет точно установленной причины — это может быть связано и с гормональным фоном во время беременности, и с генетическими факторами, и с кодированием рецепторов гормонов, есть и материальный субстрат…  У транссексуалов определенные области в мозгу больше соответствуют тому полу, к которому они себя причисляют, а не тому, которому соответствуют их половые признаки. Это очень интересная медицинская научная проблема.

Есть ощущение, что транссексуалов сейчас стало гораздо больше?

Вы когда-нибудь сталкивались с людьми, которые меняют пол?

Да! Братья Вачовски!  

Они сделали ряд операций, и все сразу стали говорить об этом, общество просто узнало, что есть эта проблема, есть такой диагноз и есть люди, которые им страдают. А распространенность этого явления невысока. В среднем в мире в случае с женщинами, которые хотят стать мужчинами, одна на 38 тысяч человек, в случае с мужчинами — один на 13 тысяч человек.  Это редкая распространенность заболевания, крайне редкая патология, распространенность меньше, чем у муковисцидоза. В вашем микрорайоне с большой вероятностью вы не встретите ни одного транссексуала. Это не мода, заболевание было до того, как получило название. Но сейчас люди, испытывающие гендерную дисфорию, стали больше знать про свою болезнь и, можно так сказать, выходить из подполья. Но большинство российских трансгендеров не кичатся этим, не отсвечивают где-то в прессе и не ходят на гей-парады, они просто растворяются в обществе и все.

С течением времени некоторые табуированные темы становятся открытыми, общество становится толерантно. Сейчас транссексуализм входит в список болезней, признанных в России. А раньше люди всю жизнь жили и мучались, скрывали все, а потом узнали, что это болезнь и можно что-то с этим сделать. У меня был пациент, который в 62 года занялся приведением своего тела в гендерное соответствие.

А если человек не озвучивает свою проблему гендерной идентичности и не идет к врачу? Или сейчас уже нет таких?

Чем больше возможности получать информацию, чем больше людей осознает, что эта проблема существует, тем больше больных будет обращаться к психиатру, чтобы точно понять, есть у них эта проблема или нет. Потому что существуют виды психических заболеваний, которые могут приводить людей в разные состояния, в том числе когда они думают, что им надо поменять пол. Конечно, эти состояния нужно дифференцировать.

Если ты сомневаешься по поводу своей гендерной идентичности, то надо пойти к участковому психиатру?

Принципиально гендерная идентичность — это не то, в чем вы можете сомневаться время от времени, нет! Большинство историй людей, которые имеют нарушения гендерной идентичности — это люди, которые с детства имеют проявления. Например, девочка с детства дружит только с  мальчиками, носит только брюки, играет с машинками и пистолетами, ей нравятся только короткие стрижки, а потом случается пубертат, и меняется гормональный фон, и у нее начинается осознание того, что она не такая, как все другие девочки. У нее начинается гендерная дисфория, которая может привести к суициду. Таких детей надо обязательно вести к психиатру, да. Транссексуалы испытывают суицидальные мысли. По данным научной литературы, где-то около 40% попыток суицида успешны, а без медицинской помощи практически все пациенты испытывают суицидальные мысли.

Гендерное несоответствие проявляется в основном в подростковом возрасте?

Как правило, люди испытывают его всю жизнь, но в подростковом возрасте ощущают особенно остро. Если подросток приходит к маме и говорит, что ощущает себя существом другого пола, на это надо обратить внимание, а не отмахиваться, пугаться и считать, что он говорит глупости. А при доверительном отношении ребенок может такое сказать родителям. Очень многих транссексуалов, которые хорошо адаптировались к жизни, родители горячо поддерживают.

А возможно, что подросток говорит, что он другого пола, чтобы привлечь к себе внимание? Типа он такой необычный?  

Для того чтобы эти состояния точно диагностировать, существуют специализированные психиатрические учреждения и комиссии, которые занимаются только транссексуализмом. Они наблюдают человека, беседуют с ним и уже устанавливают точный диагноз.

А бывает, что человек сделал операцию, а потом решил, что ошибался?   

Еще раз. Для меня фильтром является психиатрическая комиссия, которая состоит из нескольких сертифицированных психиатров и психологов. Они проводят серьезную диагностику, целое расследование, если можно сказать, и отсеивают всех сомневающихся и сомнительных пациентов. Это позволяет нам свести к минимуму возможные ошибки. Как правило, до хирурга доходят люди, которые уже абсолютно точно являются транссексуалами, и им нужна помощь.

Неужели в мире таких случаев не было?

Когда начинали делать такие операции, то было всякое. По тем данным, что есть в научной литературе, — 2% ошибок и сожалений. Сейчас сами принципы диагностики стали более совершенными, и уже практически невозможно пропустить ситуацию, когда человек болеет другим психическим заболеванием, но мимикрирует под транссексуализм.

А хирургически возможно поменять все обратно?

Если очень захотеть, то возможно. Мы ведь, по сути, не меняем пол, это невозможно. Есть способы реконструкции гениталий, можно сделать очень качественные имитаторы, можно сделать тело человека максимально похожим на противоположный пол. А если он решил поменять пол обратно, то мы делаем его тело максимально похожим на то, что он хочет. Повторю, сейчас благодаря качественной диагностике такого практически никогда не происходит.

Какие этапы операций человек проходит, меняя свой пол?

Например, этапы операций по гендерной коррекции с женского пола на мужской следующие. Первый — маскулинизация мягких тканей передней грудной стенки за счет удаления молочных желез, уменьшения соска, расположения ареол там, где они находятся у мужчин. Потом удаление репродуктивных органов, матки, яичников, фаллопиевых труб. Потом идет комплекс генитальной хирургии — удавление или закрытие влагалища, формирование фаллоса и мошонки, протезирование яичек. Все это делается одномоментно или в несколько этапов, есть трехэтапные методы, это зависит от разных школ, от страны, от хирурга, словом, это целая отдельная тема. Ну и потом комплексы эстетической коррекции, которые можно делать бесконечно — коррекция фигуры, силуэта, липосакция, увеличение подбородка, икроножных мышц, изменение контуров лица, пересадка волос и так далее.

А какие критерии удачной операции и неудачной?

Медицина — это наука, а не гемблинг. Когда мы кидаем кости…  «удачной», как вы говорите — это когда нам повезло, поэтому про операции корректно говорить «успешной».

Пластический хирург должен любить людей и не должен любить деньги.

Успешной можно считать операцию, когда мы не навредили, получили хороший результат, которым пациент доволен и за который нам самим не стыдно.

Бывают случаи, когда вы считаете, что сделали все хорошо, а пациент недоволен?    

Нет, крайне редко. Большинство пациентов, которые недовольны успешной операцией, это люди с заболеванием дисморфофобия — боязнь собственного тела, собственной внешности. Майкл Джексон, например, страдал этой болезнью. Это психическое заболевание, и, как правило, мы отсеиваем таких пациентов на этапе консультации, мы с ними не работаем.

По каким признакам вы понимаете, что у человека дисморфофобия?

Вот я вам сейчас расскажу, а потом мне будет гораздо сложнее по этим признакам выявить таких людей. Нет, это профессиональная тайна. Вы зря смеетесь. Кстати, интересный факт — большая часть трансгендерных людей, которые меняют пол с женского на мужской, работают водителями троллейбуса или трамвая, ну или айтишниками — это две самые популярные профессии. Это ничем не объясняется, просто забавный факт.

Операции по коррекции пола делаются по ОМС?  

К сожалению, они не входят в систему ОМС. Таким больным приходится много работать, чтобы оплатить хирургические вмешательства по коррекции пола. Часто они делают операции поэтапно, до тех пор, пока не будут довольны результатом. Но у нас нет цели сделать максимальное количество операций. У человека, который страдает от гендерной дисфории, есть выбор, когда остановиться, он сам определяет, какого результата он хочет добиться в итоге. Можно ограничиться просто сменой одежды и прически или документов. Если он хочет остановиться после одного этапа, например только поменять документы, то государство это делает бесплатно.

Сама гендерная коррекция — это много разных операций, их может быть бесконечное количество — минимум три, максимум — пока не надоест, ведь наша принадлежность к гендеру определяется не только первичными половыми признаками (если человек проходит «переход», мы их формируем хирургическим методом), но и вторичными. Женщина от мужчины (и наоборот) отличается и строением лица, наличием волос в определенных местах, отсутствием кадыка, прикусом, носом, формой лба. Это настолько всеобъемлющая история, что в некоторых странах даже хотят сделать отдельную специальность для того, чтобы люди лечились у одного профессионала, который занимается только этими вопросами. Человек собирается как пазл заново. В России пока нет такого. Но насколько подробно человек хочет прорабатывать себя и приближаться к своему идеалу, насколько у него есть финансовые возможности и время это все делать, настолько в пределах возможности хирургии мы можем ему помочь.

Сколько таких операций в год делаете лично вы?

Примерно 40–50 пациентов в год, не много. Например, операций по блефаропластике я выполняю не менее 300.

Ого! Мне кажется, много. А можно выделить какие-то специальные качества, которые необходимы именно пластическому хирургу?

Он должен любить людей, должен хотеть им помочь, быть аккуратным, постоянно учиться. И он не должен любить деньги. Когда человек работает только из-за денег, это очень плохо. Я считаю, что в этом случае он не может быть врачом.

Я слышала, пластические хирурги зарабатывают намного больше других врачей. Это так?

Нет. Любые хорошие специалисты в частной медицине хорошо зарабатывают.

Много в Москве клиник, которые делают операции по коррекции пола?

Меньше десяти — все они широко известны в узких кругах.

Насчет пластики лица. Многие барышни начинают делать пластические операции, а потом не могут остановиться. В некотором роде это наркотическая зависимость. В вашей практике такое встречалось?

Пластическая хирургия помогает людям улучшить качество жизни. У каждого человека есть какие-то недостатки, и он хочет от них избавиться. В некоторых случаях пластическая хирургия позволяет это скорректировать, и потом человек может захотеть еще улучшить что-то с помощью других операций. Если мы говорим о девушках, то девушки должны красиво выглядеть, мы же в России живем, у нас культ красоты.

Если мы имеем риски навредить человеку, не стоит ничего делать.

В Москве по улице идешь, и все девушки красивые — это и уход, и ногтевой сервис, и парикмахерские, эстетическая стоматология, у нас очень развита эстетическая медицина и красота на всех уровнях. Создание красивого образа. Поэтому в России особенно сильная школа пластической хирургии, у нас красота, красивая внешность — одна из национальных идей.

Были случаи, когда к вам приходит человек, рассказывает, что он хочет, а вы ему не советуете этого делать.

Разумеется! Я стараюсь делать операции в зависимости от целесообразности и показаний. Если мы не сможем сделать лучше, то не надо. Если мы имеем риски навредить человеку, не стоит ничего делать.

Красота понятие субъективное.

Зато хирургия — объективное, мы, пластические хирурги, прекрасно понимаем, что мы можем. Плюс есть такое понятие «реалистичные ожидания пациента». Если пациент хочет то, что хирург не может сделать, эти два субъекта расходятся. Хирургия — медицинская специальность, и мы понимаем пределы своих технических возможностей, пределы возможностей организма человека, пределы кровоснабжения, и наша задача — пациенту не навредить.

А как вы понимаете, что у человека нереалистичные ожидания?

Опыт. Человек хочет квадратный нос или груди в виде пятиконечной звезды. Так это невозможно пока сделать. Шутка. Это профессиональная тайна.

А какая любимая операция у вас самого как у специалиста?

Я очень люблю блефаропластику (пластика век, операция, когда производится подтяжка, удаление избытков кожи и жировых тканей век с целью улучшения внешнего вида зоны вокруг глаз и устранения мешков под глазами). Правда. У меня есть три любимых направления — одно касается блефаропластики, потому что это благодарная операция. Она значительно меняет внешний вид человека. Если мы говорим о том, какая операция даст больший эффект и при этом наименее тяжелая в плане реабилитации и наименее травматичная, то это блефаропластика. Человек после нее молодеет, свежеет, словом, выглядит отлично, и никто не скажет, что он что-то там делал, все говорят: «О, как хорошо ты отдохнул, видно, у тебя был отличный отпуск!»

Еще одна благодарная операция — маммопластика (пластическая операция по изменению формы и объема молочных желез). Женщина рожает наследников, организм получает определенный урон, животы растягиваются, груди опускаются, роды — это испытание. И когда мы возвращаем женщине то, что у нее было — это очень здорово. Я считаю, что долг каждого мужчины заключается в том, чтобы помочь матери своих детей нивелировать тот урон, который ее тело получает в процессе беременности, родов и кормления грудью.

Ну и третье. Различные пластики лица позволяют сильно улучшить качество жизни людей, для которых вид лица очень важен. И эти операции сложны для хирурга тем, что можно сделать больше, чем требуется. Это самая сложная задача в пластике — все сделать точно настолько, насколько нужно, ни много ни мало, чтобы никто не понял, что что-то сделано, но все поняли, что человек стал выглядеть лучше. Мы работаем как минеры. «Как ты посвежела! Наверное, любовник новый» — это хороший отзыв об операции. А «Как тебя перекосило, что ты с собой сделала?» — это плохой.

Вы рисуете или визуально представляете, что надо сделать с лицом, чтобы оно было покрасивее?

Это секреты мастерства, мы знаем, как объяснить человеку, как он предположительно будет выглядеть. У нас тут поток людей, не протолкнуться, это под вас расчистили время.

А на моем примере можете сказать, что мне надо сделать, чтобы я покрасивее была?

А что вас беспокоит?

Э-э-э…  Да ничего, в общем-то.  

Ну тогда ничего и не надо делать. Сначала мы выясняем, что человека беспокоит, и работаем с этими данными. Если человек не понимает, что конкретно его беспокоит, а просто хочет абстрактно выглядеть лучше, я ему скажу: найдите хорошего парикмахера, высыпаться надо как следует, питание правильное, ну режим сна соблюдать, спортивные нагрузки. Косметолога хорошего надо обязательно найти, укольчики поделать, и это должен быть настоящий доктор, а не учительница младших классов, которая решила стать косметологом, и вы будете красивой и ухоженной, это я вам гарантирую.

Как коррелируется возраст человека с пластикой? Насколько можно помочь человеку в 80 лет?

Если со здоровьем все хорошо, то человеку можно делать операцию в любом возрасте. Если у человека проблемы со здоровьем в 30 лет, то мы не оперируем такого пациента, даже если он (она) много денег нам предлагает. К любому врачу люди приходят с какой-то проблемой своего здоровья, и он должен помочь ее решить. А к нам люди приходят совершенно здоровые, и мы должны сделать так, чтобы они выглядели лучше, чем они выглядели до наших вмешательств. Поэтому на пластических хирургах лежит огромная ответственность.

Фото: Александр Лепешкин