search Поиск Вход
, 5 мин. на чтение

Это мой город: хедхантер Алена Владимирская

, 5 мин. на чтение
Это мой город: хедхантер Алена Владимирская

О ненависти к ресторанам из-за профдеформации и о том, что москвичи стали очень внимательны друг к другу.

Я родилась…

В Вологде. Первый раз оказалась в Москве лет в пять-семь. Не знаю, стремилась я к этому сама или родители мне в голову вложили, но с тех пор я очень хотела в Москву. Окончив школу, я поступила на журфак МГУ. И вот так с 18 лет живу здесь, правда, были небольшие перерывы, когда я жила в Вологде и Петербурге.

Сейчас живу…

В нелюбимой москвичами Марьиной Роще. Когда люди узнают, где я живу, они обычно говорят «фу-у-у», а мне безумно нравится этот район. Я, кстати, много где жила, так как сознательно не покупаю квартиру в Москве (ту, которую хотела бы, не могу себе позволить, а ту, какую могу себе позволить, я не хочу). И мне значительно удобнее жить в съемной. А снимаю я в зависимости от того, где работаю. Так что я перепробовала много районов и уже лет восемь живу в Марьиной Роще и безумно ее люблю и ни на что не променяю.

Здесь удобная инфраструктура: десять минут пешком — и куча магазинов, ресторанов, прекрасных парков, с одной стороны, а с другой — нет вот этого ужаса, когда вокруг безумное количество людей и тебе нечем дышать (я пробовала жить в районе Белорусской/Тверской). А Марьина Роща такая московская, очень уютная и очень про людей.

Гулять…

Я люблю. Офис у нас в прекрасном месте на Новослободской, и там есть большой ландшафтный парк, который мы называем «Маленькое Зарядье». И каждый день я до дома иду пешком. Мимо театра Армии, по чудесным районам.

Я вообще очень люблю гулять по Москве и за эти годы неплохо ее изучила. В центре я практически перестала передвигаться на метро и машине.

Я обожаю оперу. Вот в кинозале ГУМа бывают трансляции спектаклей «Ковент-Гарден» или «Гранд-Опера», и я из своей Марьиной Рощи за 2,5 часа выхожу и неторопливым шагом иду до ГУМа смотреть киношечку или до какой-нибудь выставки.

Нелюбимый район…

«Сити». Деловой центр. Это район моего кошмара. Периодически приходится туда приезжать. И когда я выхожу в этот торговый центр или прошу такси высадить меня у главной площади, я звоню клиенту и говорю: «Я вот здесь стою, заберите меня». Потому что я вообще не понимаю, как там можно что-то найти, какие бы подробные карты и схемы мне ни присылали. Это прямо ужас: каменюка на каменюке и еще в каком-то постоянном благоустройстве-ремонте-недострое.

Но при этом, если честно, я почти не знаю окраин. Если не считать времени, когда я жила на улице Шверника в ДАСе (ну еще было самое далекое место — квартира на «Кантемировской»), то мы всегда снимали жилье в центре. Я, конечно, допускаю, что есть какие-то страшные рабочие окраины, но по тем фоточкам, которые я вижу сейчас, новые районы прекрасны. Я просто их не знаю.

Рестораны…

Тут у меня профдеформация. Как любой хантер, я ненавижу рестораны. Мне ежедневно приходится бывать в четырех-пяти…  Поскольку мои клиенты в основном топ-менеджеры, встречаться в офисах не получается (у них — им неудобно, ехать к нам — времени нет), так что проводим собеседования в ресторанах. Уж «Кофемании» я знаю вообще все. В общем, не люблю рестораны, потому что для меня это работа. Зато люблю небольшие бары. Мне нравится формат «Пороселло» — это и барчик, и еда. Раньше часто завтракали в «Дизенгофе», поскольку я люблю хорошую шакшуку. Но сейчас уже нет — там стало слишком много народу. Еще люблю хорошее мясо. Ну и невозможно встретить выходные, не съев вьетнамскую лапшу и не выпив манговый шейк в знаменитой закусочной Bô. Мы из Марьиной Рощи ходим есть на Цветной бульвар — все небольшие демократичные заведения в районе Цветного и Центрального рынка мне очень симпатичны.

Москвичи отличаются от жителей других городов…

Раньше бы я сказала, что москвичи сумрачные, угрюмые и невоспитанные, но сейчас это не так. На самом деле, москвичи стали очень внимательны друг к другу. Если кто-то оступился на улице или женщина не может перевезти коляску, или бабушка запуталась — всегда помогут. К сожалению, москвичи мало улыбаются, потому что Москва — это город не про удовольствия, а про деньги. Это город для заработка, город, который гонит за возможностями. И здесь люди очень собранные. Приезжаешь в какую-нибудь Францию или Италию, все такие…  лай-лай-лай, и никто не работает.

Нас с детства накручивают: ты должен стать лучшим, ты должен стать успешным. Там этого нет. Здесь такое ощущение, что люди не живут в кайф, хотя город это позволяет, если у тебя достаточно денег, потому что Москва — дорогое место.

Москва лучше Берлина, Парижа, Нью-Йорка…

Во-первых, Москва значительно чище. Во-вторых, сейчас Москва стала и много безопаснее. Я жила во Франции, училась в Сорбонне. Вечернее или ночное метро Парижа — это мой кошмар. Я там однажды оказалась, будучи молодой девушкой…  Слава богу, поблизости оказался еще и полицейский, который меня защитил.

В Москве прекрасная инфраструктура в смысле поесть и бытовых нужд. Вот эта хваленая Скандинавия, где все рестораны закрываются в 8–9 вечера…  Или Италия, где они закрываются днем — если ты не успел до полудня пообедать, то следующий шанс будет только в 7 вечера. Москва очень комфортный город. Сделать ночью маникюр, в три часа заказать еду, в четыре купить велосипед — пожалуйста. Я не знаю других европейских городов с таким уровнем сервиса.

Мне не хватает…

Стало лучше, но не хватает локальных пространств, маленьких пятачков для жизни. То, чему мы так радуемся в Италии. Крошечная клумба, три столика, чувак печет пиццу и сидят счастливые люди с собачками.

А у нас, поскольку Москва — город больших денег, везде гигантомания: уж если парк, так «Зарядье», уж если выставка, так всего Мунка привезти. А вот таких островков счастья — локальных, «на районе» — мало. Почему я еще люблю Марьину Рощу? Она историческая, она такая осталась — с маленькими газончиками, двориками, палисадничками…  А ровно это дает человеку ощущение нормальной жизни, возможность чувствовать себя человеком.

Проект «Недореализованные»…

Поколение 40+ выросло во времена постоянной турбулентности. Три кризиса, менялась страна, сейчас меняются профессии, и многие люди не смогли реализоваться с точки зрения карьеры, а многие так и не поняли, кем они могли бы быть. Ну вот жизнь так сложилась — стал инженером. Менеджер по продажам дорос до коммерческого директора — классическая история. Такое было время, что многим приходилось выживать, кормить семью, а потом затянуло, а потом все снова перевернулось…  И вот мы затеяли такой проект, когда даем людям за 40 возможность рассказать свою историю и потом предложить им другой вариант развития карьеры. 40+ — это не приговор, не старость, это сейчас нормальный средний возраст, когда еще есть прекрасная возможность попробовать себя иначе.

Люди этого не делают, во-первых, из страха потерять доход. Во-вторых, они не очень понимают, как. Ну и работодатели на психологическом уровне, конечно, тоже порой думают: ой, 45, куда я буду его брать. А мы показываем его навыки, чем он будет полезен, как он вырос в другой отрасли. Это дает возможность сказать, что в 45 жизнь только начинается. Если раньше говорили, что 50 — это возраст дожития, то сейчас 50 — это еще ого-го!

Мы бросили клич, получили множество историй, которые делятся на две части: первая — рассказы людей, которые изменили свою жизнь, когда им было уже за 40, вторая — огромное количество воплей отчаяния: мне 45, 47, я ненавижу свою жизнь, ненавижу свою профессию, помогите!

Из тех, кто нам пишет, около 60% — женщины. У мужчин большой страх потерять статус. Они должны быть готовы принять факт, что они быстро нагонят. Я не говорю, что это легко. Это довольно скучно, и не у всех получается, и гарантий не бывает. Но если побороть свой страх и переступить через вот это «ну как же, я же был топ-менеджером, а теперь я неизвестно кто», то все становится намного проще.

Мы поможем консультациями всем, но в проект взяли самые яркие истории — будем рассказывать об этих людях и помогать им реализовываться.

Мы стартовали в сентябре, первый этап закончится в январе, вообще планируем, что проект пойдет полгода, а дальше как получится.

Фото: limmud.spb.ru